Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 680 из 1047

Дополнительная глава триста семьдесят первая — Глава триста семьдесят вторая. Вступая в Нин Тянь (часть первая)

Торговое судно семьи Е рассекало речные волны и медленно двигалось к пристани.

Чжоу Цзин стоял на носу корабля. Матросы на окружающих судах в шоке и изумлении следили за ним взглядами. Некоторые из них даже встали на колени на палубах своих кораблей и издалека поклонились Чжоу Цзину.

Большинство матросов были суеверны и часто поклонялись богам вроде «Речного Бога» и «Царя Драконов». Считалось, что они благословляют моряков на благополучное путешествие. Когда они увидели волшебное представление Чжоу Цзина на реке, они, естественно, пришли в трепет.

Изначально Е Шуньчжун планировал пригласить Чжоу Цзина в каюту, чтобы побеседовать и подадать ему хорошего чая, но Чжоу Цзин отказался. Он хотел стоять на самом заметном месте на носу корабля.

Ему было непросто продемонстрировать свою «божественность» перед всеми и вызвать переполох. Он хотел лишь почаще показывать свое лицо, чтобы как можно больше людей увидели его облик на переправе, дабы весть об этом происшествии разнеслась по всей префектуре Нин Тянь.

Е Шуньчжун и остальные не смели уйти. Они могли лишь сопровождать его на носу корабля и с уважением объяснять положение дел своей семьи. На самом деле это были вещи, о которых знал каждый житель префектуры Нин Тянь.

Чжоу Цзин пристально смотрел на приближающийся причал. Слушая слова Е Шуньчжуна, он не мог не ощутить воодушевления по поводу своих перспектив.

Случайная богатая семья, которую он выбрал, на самом деле оказалась одной из самых богатых семей в префектуре Нин Тянь. То, что он изначально считал мелкой креветкой, на самом деле оказалось крупной рыбой, нет, драконом, изрыгающим жемчуг!

Такой магнат был отличным трамплином. Похоже, его план по созданию фальшивой личности и собственному продвижению теперь станет реализовать гораздо проще.

— Даос Лин Фэнцзы, могу ли я узнать, в каком даосском храме вы раньше совершенствовались? Учения какой секты вы практикуете?

— с любопытством и осторожностью спросил Е Шуньчжун.

Изначально он не знал, как обращаться к Чжоу Цзину, и называл его только «мастером». Чжоу Цзин сам проявил инициативу и попросил обращаться к нему как к даосу.

Поскольку Чжоу Цзин отрицал, что он бессмертный, Е Шуньчжун и остальные относились к нему как к необычайному человеку, владеющему бессмертными методами. Хотя они больше не ошибались, считая его божеством, они все равно глубоко уважали его.

Однако всем все еще было любопытно узнать о личности и прошлом Чжоу Цзина, поэтому Е Шуньчжун попытался зайти с расспросами дальше.

Чжоу Цзин даже не повернул головы, непринужденно произнеся:

— Дао находится не в храме, а в дикой глуши. Я никогда не практикуют Дао других людей и мне не нужно вступать ни в какую секту для обучения. Я совершенствуюсь исключительно сам. Если Дао у меня в сердце, мне не нужно искать другое. Мне не нужно полагаться на внешние вещи. Мои божественные силы рождаются сами по себе.

Е Шуньчжун и остальные были ошеломлены его словами.

Будучи богатым человеком, Е Шуньчжун не то чтобы никогда не контактировал с другими даосами. Он имел некотором представление о самых разных даосских книгах, но подобное слышал впервые.

Из этих слов складывалось впечатление, будто этот человек родился настолько могущественным, что ему вообще не нужно было учиться.

Однако Е Шуньчжун не мог сомневаться в нем. Этот человек только что продемонстрировал свои божественные силы, так что все, что он говорил сейчас, воспринималось как абсолютная правда.

Чжоу Цзин сказал это намеренно, поскольку он действительно мало что знал о даосских книгах в этом мире. Если бы он попытался «притвориться», это лишь вырыло бы ему яму в будущем, если бы он не смог ответить.

Было лучше придумать байку о том, что у него своя «собственная школа», чтобы другие не знали, с чего начать расспросы. В любом случае, его навыки не были подделкой.

Он намеренно напускал туману!

— Даос, вы поистине мастер, даже ваши слова глубокомысленны. Я всегда верил в даосские техники, и после слов даоса я многое понял…

Е Шуньчжун поспешно осыпал его лестью.

Чжоу Цзин безразлично кивнул и сохранил невозмутимое выражение лица. Он притворился, что спрашивает невзначай:

— Глава семьи Е, я долго жил в глуши и был сосредоточен на самосовершенствовании. Я много лет не ступал в мир смертных. Теперь, когда я вернулся в префектуру Нинтянь, хотелось бы знать, есть ли в мире смертных какие-то правила?

Е Шуньчжун был польщен и поспешно объяснил некоторые правила и законы в префектуре Нинтянь, такие как свидетельство о регистрации домохозяйства, дорожные документы и так далее.

В этот момент он увидел, что Чжоу Цзин слегка нахмурился, поэтому быстро добавил:

— Даос, не беспокойтесь. Раз уж я дал вам слово, моя семья Е позаботится обо всех этих пустяках за вас.

Только тогда Чжоу Цзин расслабил брови и с улыбкой кивнул.

Он помолчал мгновение, прежде чем спросить: — Я пришел сюда, чтобы искать небесные тайны. Интересно, есть ли какие-нибудь слухи, на которые стоит обратить внимание в последнее время?

Услышав это, Е Шуньчжун на мгновение задумался и рассказал ему несколько слухов, которые дошли до него в последнее время.

Чжоу Цзин слушал молча и время от времени кивал.

В этот момент Е Ингуан на мгновение замялся, прежде чем прервать его:

— Не так давно произошел странный инцидент, но это случилось в районе реки Лу. Говорят, что более месяца назад преступник по имени Чэнь Фэн вызвал огромный переполох в столице штата. У него было мужество призрака, и он сразился с сотнями людей. Он перебил добродетельных дворян и тяжело ранил магистрата.

Совершив такое тяжкое преступление, он сбежал из префектуры Аньлинь и исчез… Правительственные документы о поимке были разосланы в соседние провинции, и даже в моей префектуре Нинтянь вывесили объявление о розыске.

— Неужели такое бывает?

Глаза Чжоу Цзина блеснули, когда он притворился удивленным.

Оказалось, что прошел уже месяц с лишним… Подвиги Чэнь Фэна также распространились на соседние провинции, и теперь о них знали многие.

Однако выражение лица Е Шуньчжуна изменилось, и он немедленно отчитал сына: «Как ты смеешь упоминать такие грязные дела, совершенные вором из Зеленого Леса? Это очернит уши нашего почтенного гостя!»

Е Ингуан поспешно извинился.

Чжоу Цзин взмахнул рукой и спросил, зная ответ наперед: — Все в порядке. Это свежая новость. Интересно, почему этот преступник напал?