Страница 633 из 1047
Дополнительная глава триста сорок седьмая — Глава триста сорок седьмая — Железный кулак и неистовство (четвертая часть)
Сказав это, Чжоу Цзин громко рассмеялся. Не обращая внимания на реакцию окружающих, он зашагал прочь.
Толпа поспешно расступилась, наблюдая за уходом троицы.
Лишь когда спина Чжоу Цзина скрылась из виду, окружающие люди осмелились снова взглянуть на золото и серебро на земле. В толпе постепенно послышалось тяжелое дыхание.
— Это мое!
Внезапно многие зеваки начали драться за добычу.
Сцена мгновенно превратилась в хаос. Люди толкались и спорили. Были даже те, кто дрался за золото и серебро.
Некоторые люди, стоявшие в отдалении, вовсе не могли дотянуться до золота и серебра. Однако они внезапно обернулись в сторону резиденции Хэ.
Стражники резиденции Хэ были рассеяны свирепым человеком, что был здесь раньше, а главные ответственные лица, по-видимому, были мертвы. Это было самое уязвимое время для семьи.
По сравнению с небольшой суммой денег на улицах, было неизвестно, какие горы золота и серебра спрятаны в этой резиденции Хэ, да к тому же она осталась без охраны…
Глаза многих людей начали беспокойно бегать.
Сначала у них не было таких мыслей, они все еще находились под впечатлением от доблестного выступления Чжоу Цзина… Однако после того, как Чжоу Цзин выбросил деньги, подобные мысли появились сами собой.
Что касается многочисленных бывших слуг и стражников, сбежавших в сторону, чтобы наблюдать за ситуацией, то и их сердца бешено заколотились.
…
Когда командир Дэн приказал группе людей вместе с чиновниками поспешить к резиденции Хэ, он увидел, что многие горожане второпях входят и выходят из резиденции, вынося вещи. У всех на лицах было тревожное и взволнованное выражение.
Хаотичная толпа полностью перекрыла улицы.
Только увидев солдат, горожане поспешно замедлили шаг и сдержали свой пыл.
Некоторые люди были крайне бдительны и уносили награбленное, стараясь избегать солдат. Многие знали меру.
— Что здесь произошло? Где стража семьи Хэ? Где убийца?
Командир Дэн был в ярости и замешательстве.
Однако, даже не понимая ситуации, он не преминул немедленно отдать приказ. Командир тут же велел войскам взять хаос под контроль, чтобы остановить людей, грабящих резиденцию Хэ.
Солдаты двинулись вперед, чтобы остановить их, и кричали на простолюдинов, пользующихся ситуацией. По пути многие солдаты тайком последовали их примеру и украдкой рассовали золото и серебро по своим доспехам, чтобы набить собственные карманы.
Однако, когда солдаты увидели трагическую картину с телами, усеявшими передний двор резиденции Хэ, их лица побледнели.
Командир Дэн приказал пятерым из них войти во двор. Увидев эту сцену, они почувствовали, как у них заколотилось сердце.
— Погибло так много слуг и стражников. На месте преступления определенно был не один человек. Информация, предоставленная чиновниками ранее, была неточной!
Стоявший рядом помощник Се немедленно вынес свое суждение.
Услышав это, остальные также согласились… Разве мог один человек устроить такое? Должно быть, резиденцию Хэ атаковало множество преступников!
Однако командир Дэн нахмурился и попросил чиновников схватить нескольких гражданских лиц для допроса. Тем не менее ответ, который он получил, был практически одинаковым.
Почти все говорили, что во дворе сражался только один крепкий мужчина с растрепанными волосами. Это был Чэнь Фэн, тот, кого называли Яма, призывающий смерть, который в одиночку убил сотни стражников одним копьем. Хотя позже появились двое сообщников, в драке на переднем дворе они не участвовали.
Многие солдаты отнеслись к этому скептически. Им казалось, что это звучит как легендарное сказание. Как кто-то в этом мире мог обладать такой боевой силой?
— Неужели Чэнь Фэн действительно настолько могуществен?
Командир Дэн еще раз взглянул на трагическую картину во дворе. Его веки дернулись, и он был тайно потрясен. Он не мог поверить, что это то, что под силу одному человеку.
Инструктор Ху, помощник Се, офицеры Дун и Сюэ переглянулись.
Не так давно они собрались выпить и болтали о способности Ямы, призывающего смерть, сражаться против сотни человек. Тогда они думали, что это лишь лестные слухи. Они не ожидали, что всего через несколько дней этот человек совершит преступление и устроит переполох в административном центре провинции. Он казался даже могущественнее, чем гласили слухи.
Офицер Дун сглотнул слюну и заставил себя успокоиться.
— Чего тут бояться? Даже если это правда, после убийства всех этих стражников Яма, призывающий смерть, определенно будет на пределе своих сил и у него не останется энергии. Если мы нагоним его, то легко с ним расправимся.
— Брат Дун прав, — немедленно согласился помощник Се.
— К сожалению, мы опоздали. Этот убийца сбежал! — с негодованием воскликнул офицер Сюэ.
Расспросив людей, они узнали, что Чжоу Цзин ушел уже довольно давно. Многие остались здесь, чтобы грабить, поэтому они, естественно, не знали, куда направился Чжоу Цзин.
Все они были одновременно рассержены и разочарованы. Они чувствовали, что все их усилия были напрасны… По их мнению, Яма, призывающий смерть, должно быть, давно продумал путь к отступлению после совершения столь тяжкого преступления. Как он мог осмелиться остаться? Даже если бы они сейчас повели солдат в погоню, то, скорее всего, не смогли бы его найти.
— Делайте все, что в ваших силах. В конце концов, это приказ магистрата.
Командир Дэн был беспомощен и у него не было другого выбора, кроме как следовать полученным приказаниям.
Он уже собирался позвать солдат, которые забыли вернуться, чтобы начать преследование Чжоу Цзина.
Однако в этот момент множество горожан прибежало с дальней улицы.
— Плохо дело! Тот Чэнь Фэн снова объявился. В этот раз он направился к резиденции Хуан!
Горожане были ошеломлены и тут же взорвались гамом.
Командир Дэн и остальные были также шокированы, услышав такие новости. Они поспешно попросили чиновников схватить тех людей, которые принесли известие, и подробно допросить их.
В итоге показания оказались прежними. После того как Яма, призывающий смерть, покинул резиденцию Хэ, он немедленно направился к семье Хуан, одной из четырех знатных семей, чтобы вырезать их. В этот момент он уже стучался в их ворота.
Никто не мог вымолвить ни слова, услышав о его действиях.