Страница 603 из 1047
Глава триста двадцать девятая — Дополнительная глава — Случайная встреча (третья часть)
Проще говоря, если бы Го Хайшэнь присоединился к небольшому лагерю, этого было бы достаточно, чтобы главарь на месте сложил полномочия.
Если бы он присоединился к крепости с десятками тысяч наемников, а главарь не отдал бы ему место в первой пятерке или даже тройке, этот главарь стал бы посмешищем для всего мира.
Вот такой эффект давало громкое имя.
Согласно пониманию Чжоу Цзина, Зеленый Лес набирал людей точно так же, как бизнес нанимал партнеров.
Партнеры должны были быть либо знаменитыми, либо способными, либо обладать властью, деньгами или связями. Они должны были участвовать, чтобы заполнить пробелы в «бизнесе».
Что касается Го Хайшэня, его можно было считать топовым партнером с чрезвычайно высокой репутацией. С присоединением такого человека к крепости репутация значительно бы возросла, и можно было автоматически получить ряд «баффов», таких как «Увеличение набора», «Прибытие героя» и так далее. Он был подобен знамени с эффектом ореола.
Когда Гао Юнь услышал слова Фан Чжэня, он на мгновение остолбенел, а затем внезапно пришел в восторг.
— Вы двое, братья, тоже здесь, чтобы увидеться с ним?
— Какое совпадение. Мы действительно планировали навестить его по пути. Было бы упущением не встретиться с таким героем, — улыбнулся Чжоу Цзин.
Он не мог пойти с Ли Чунем и двумя другими обсуждать дела, но было бы упущенной возможностью не посетить столь знаменитого персонажа.
С другой стороны, маленький воришка, сопровождавший их, опустил голову, продолжая есть. Когда он услышал это, выражение его лица слегка изменилось, промелькнуло удивление, словно он сомневался.
Однако в этот момент снизу послышались шаги.
БАМ!
……
В следующее мгновение дверь отдельной комнаты распахнулась, и ворвались несколько крепких мужчин. Все они были в бамбуковых шляпах, лица их были скованными. На самом деле все они носили маски из человеческой кожи.
— Кто посмел прервать нашу трапезу?!
Фан Чжэнь был в ярости. Он швырнул чашу с вином, которую держал в руке, в эту группу людей.
Человек, возглавлявший их, был мужчиной средних лет плотного телосложения с проседью на висках. Он был одет в роскошную одежду и выглядел как богач, но от него исходила суровая аура, словно он привык отдавать приказы круглый год.
Этот человек небрежно взмахнул рукавом и ударил по чаше, разбив ее вдребезги с грохотом, что продемонстрировало его глубокое мастерство.
— Хм, неплохое мастерство! — Фан Чжэнь сразу нахмурился. Он поднял железный посох, стоявший рядом, и уже собирался напасть.
Однако в этот момент мужчина средних лет в костюме богача не стал атаковать. Он указал на вора, сидевшего за столом, и вежливо поклонился остальным:
— Господа, прошу прощения. Этот воришка — мой друг. Он еще молод и безрассуден, из-за чего в итоге обидел вас всех, поэтому я извиняюсь от его имени.
Увидев это, Фан Чжэнь не смог сразу напасть. Он повернулся к Чжоу Цзину.
Чжоу Цзин догадался, что эта группа людей — товарищи, привлеченные вором. Он встал, сложил кулаки в приветствии и фыркнул.
— Ваш друг украл вещи моего брата и хотел подставить меня, когда сбежал, поэтому я пригласил его выпить. Видя, что он еще молод, я не собирался ничего предпринимать. Однако я не ожидал, что, не сумев обокрасть меня, он найдет группу помощников… Если я не отпущу его, что вы сделаете?
Как только он закончил говорить, кто-то из группы немедленно выкрикнул: — Тогда посмотрим, кто здесь настоящий мастер! Я покажу тебе свои методы!
— Заткнись! Не будь грубым! — крикнул возглавлявший их богатый мужчина средних лет, чтобы остановить своих спутников.
Затем он почтительно поклонился Чжоу Цзину, достал пухлый кошель с деньгами, положил его на стол и опустил голову.
— Господин, пожалуйста, отпустите моего друга. Это наша вина, что мы побеспокоили всех вас. В качестве компенсации за этот обед плачу я.
Когда Фан Чжэнь услышал это, он пришел в ярость. Он внезапно перевернул стол, и посуда с вином тут же разлетелись по земле.
— Вы, стайка крыс, прячущихся по углам. Вы лишь достали немного серебра и даже не назвались. Вы хотите, чтобы мой брат просто так его отпустил? За кого вы нас принимаете? Как вы смеете так нас оскорблять!
Среди этой группы людей многие крепкие мужчины едва не оказались облиты вином и едой. Они тоже были в ярости. Кто-то закричал: — Не веди себя агрессивно! Ты думаешь, мы тебя боимся?!
В тот момент, когда обе стороны были готовы наброситься друг на друга, вор поспешно встал между группами и торопливо обратился к богатому мужчине средних лет:
— Брат, не нападай! Эти трое — не бездельники. Они тоже здесь ради брата Го Хайшэня! Мы все на одной стороне. Не стреляйте по своим!
Сказав это, воришка поспешно повернулся к Чжоу Цзину и двум другим. Он почтительно поклонился, чтобы извиниться:
— Пожалуйста, не вините их. Раньше я не знал, что вы трое делаете в этом городе, поэтому не осмелился вам рассказать… Этого зовут Ши Цин, другие знают его как Тысячеликую Ласточку.
Во время пиршества он на самом деле уже узнал имена сидящей троицы. Он знал, что все они — влиятельные люди из «Зеленого леса» или мира боевых искусств. Однако только что он не осмелился представиться, потому что у него были на то свои причины. Он не знал, прибыли ли Чжоу Цзин и двое других ради Го Хайшэня или они просто проездом. Послушав немного, он убедился, что у этих троих та же цель, что и у них.
Неожиданно в этот момент прибыло подкрепление. Ему оставалось лишь быстро выйти вперед, чтобы извиниться и остановить обе стороны.
— Тысячеликая Ласточка?
Гао Юнь изначально поднял посох, чтобы помочь Чжоу Цзину, но, услышав это, остолбенел. Он внезапно о чем-то подумал и поспешно сложил кулаки в знак приветствия перед мужчиной средних лет.
— Могу я спросить, являетесь ли вы предводителями крепости Небесного Короля?
Услышав это, группа крепких мужчин перестала шуметь и внимательно посмотрела на Гао Юня.
Вдруг кто-то воскликнул. Было ясно, что они были знакомы раньше.
Мужчина средних лет внимательно посмотрел на Гао Юня и удивленно воскликнул:
— Ой, да разве это не Ломающий ряды копье, брат Гао Юнь? Но почему ты выглядишь бледнее, чем раньше? Я чуть было тебя не узнал!
Когда Гао Юнь услышал это, он искренне смутился. Он беспомощно произнес: — Я не путешествовал последние несколько лет, бездельничал дома и совершенствовался, поэтому не подвергался воздействию стихий.