Страница 5 из 1047
Глава Дополнительная Ноль Ноль Три — Глава Третья. Принудительная миграция (Часть третья)
Однако при этих словах выражение лица Чжоу Вэйаня изменилось, и он фактически сорвался на крик.
— Ерунда! Как госслужащий, я должен первым отреагировать на подобное дело. Как я могу пойти против иммиграционной политики!
— Но это твое законное право. Если ты можешь им воспользоваться, почему не пользуешься? Если попытаешься, возможно, преуспеешь. Тогда мне не придется иммигрировать и уезжать…
Тон Чжоу Цзина был несколько встревоженным. Это касалось его собственного будущего, поэтому он не мог оставаться в стороне.
Однако, прежде чем он успел закончить, Чжоу Вэйань перебил его, нахмурившись.
— Это лишь «в теории» можно отменить иммиграционные квоты. Мне не нужно тебе рассказывать. Ты и сам должен понимать, что одобрение заявки зависит не только от реального семейного положения, но и от ранга должности… Те, у кого есть квалификация для успешного прохождения освобождения от квоты, не отбираются, а те, кого ждет принудительная эмиграция, проверку не пройдут. Ты понимаешь здешнюю ситуацию?
Чжоу Цзин понимал эту логику, но сдаваться не хотел. Он недовольно пробормотал: — Но какими бы ничтожными ни были шансы, попытаться стоит…
— Хватит!
Чжоу Вэйань хлопнул рукой по столу и сурово произнес: — Сынок, ты всегда был очень рассудителен, так что давай на чистоту… В последнее время в моем отделе идет перестановка кадров. Мне дважды отказывали в повышении. На этот раз у меня наконец-то накопилось достаточно опыта в послужном списке, и есть отличный шанс сделать шаг вперед.
Моя семья была выбрана для занятия квоты, но я не проявляю инициативу в поддержке иммиграционной политики. Что подумают обо мне мои руководители и коллеги? Я ждал столько лет и не могу рисковать сейчас!
Чжоу Цзин остолбенел. Он посмотрел на отца так, будто видел его впервые в жизни.
Межзвездному объединенному правительству требовалось непрерывно расширяться, поэтому следование иммиграционной политике уже давно стало политически корректным шагом.
Если в семье был член-иммигрант, в дополнение к официальным иммиграционным льготным субсидиям существовало множество негласных правил для их поддержки. Ни для кого не было секретом, что к тем, у кого в семье были межзвездные иммигранты, особенно к государственным служащим, проявляли определенную заботу и компенсацию.
Что же касается поисков способов уклониться от ответственности за принудительную иммиграцию, то хотя на них и не стали бы открыто нападать, некоторые льготы прошли бы мимо них.
Он наконец все понял. Чжоу Вэйань переживал, что это отразится на его официальной карьере. Отец скорее предпочтет наблюдать за тем, как сына принудительно переселяют, чем попытается воспользоваться своими законными правами ради защиты семьи.
Если он эмигрирует сам, то у повышения его отца появится не просто шанс, оно может стать гарантированным.
Чжоу Цзин уловил скрытый смысл слов отца, и в его сердце поднялось неописуемое чувство утраты.
Пожалуй, Чжоу Вэйань вовсе не считал это дурным знаком, скорее — благословением с небес.
В семье было шестеро детей. Один из них мог мигрировать ради продвижения карьеры отца, с чистой совестью принимая этот «дар».
Именно поэтому, несмотря на то, что он мог подать заявление и попытаться предотвратить разделение семьи, Чжоу Вэйань вовсе не желал этого делать. В этом и крылась истинная причина.
Они посмотрели друг на друга, воздух, казалось, замер, погрузившись в напряженную тишину.
Сидевшая рядом мать несколько раз открывала рот, но не знала, как вклиниться в разговор.
Словно почувствовав оцепенение в атмосфере, трое младших братьев и сестер постепенно успокоились, переводя любопытные взгляды то на Чжоу Цзина, то на своего отца, Чжоу Вэйаня.
Губы пятилетнего мальчика были испачканы кремом от торта. Он широко раскрыл глаза и в растерянности посмотрел на Чжоу Цзина.
— Третий брат, папа сделал тебе больно?
— …Ешь свой торт. Я купил его на твои карманные деньги. Если не хочешь, я сам съем.
— Мечтай! Ни кусочка не дам! — малыш торопливо уткнулся лицом в торт.
Чжоу Цзин потрогал младшего брата по макушке и натянул улыбку.
Его младшие братья и сестры все еще оставались наивными и не понимали, что произошло. Чжоу Цзин не собирался ничего объяснять. Взрослым вроде них вполне хватит забот и с такими проблемами.
Чжоу Вэйань кашлянул, нарушая молчание.
— Это обязательная политика. Даже если ты не хочешь ехать, чиновники примут принудительные меры. К тому же для молодых людей нет ничего плохого в том, чтобы отправиться в путь и испытать какое-нибудь приключение. Не сопротивляйся.
В общем, подумай сам. Ты ведь еще не нашел работу, а как только иммигрируешь, правительственное пособие сразу же обеспечит тебя рабочим местом. Это также избавит тебя от хлопот с подачей заявлений в институты высшего образования. Разве это не здорово? Тебе больше не придется беспокоиться о средствах к существованию.
Чжоу Цзин некоторое время молчал, а затем тихо произнес: — Я знаю, что иммиграционные льготы хороши… но я все равно хочу остаться.
— Но не тебе это решать. Ты должен мигрировать. Я с тобой не обсуждаю это! — Чжоу Вэйань постучал костяшками пальцев по столу, его тон звучал слегка раздраженно.
— …Разве ты совсем не чувствуешь вины? — не удержался от вопроса Чжоу Цзин.
Голос Чжоу Вэйаня стал чуть громче: — Какая шутка. В чем я должен раскаиваться? Я вырастил тебя, а теперь ты думаешь, что я тебе должен? Если не поедешь ты, то кто тогда? У двух твоих старших братьев уже есть стабильное будущее, так ты хочешь, чтобы поехала твоя мать, или хочешь, чтобы поехал я?
О, то есть ты хочешь заставить меня подать заявление об освобождении от квоты в Иммиграционное бюро? Ты хочешь, чтобы я отказался от повышения, которого ждал столько лет? Хочешь, чтобы я бросил свою карьеру? Не будь эгоистом!
Чжоу Цзин молча смотрел на отца.
Он не знал, стоит ли ему жалеть себя или своего отца.
Его мать, Чжао Цзин, поспешила сгладить углы: — Ладно, ладно. Твой отец просто со зла это говорит.
Чжоу Цзин повернулся к ней: — А ты что думаешь?
— Я… эх, — пальцы Чжао Цзин переплелись, и она продолжила: — Сынок, ты должен смотреть на вещи более оптимистично. По крайней мере, твой отец прав. Мы вовсе не хотим, чтобы ты мигрировал, таковая политика правительства… Я знаю, что ты всегда больше всех заботился о семье, и сейчас мы в тебе нуждаемся, так что…