Страница 1000 из 1047
Глава Дополнительная пятьсот двадцать девять — Глава пятьсот тридцать — пятьсот тридцать Жалоба; Потеря расположения (один)
Пятьсот тридцать Жалоба; Потеря расположения (один)
Чжоу Цзин направился на север и вернулся в столицу. Если не считать того, что его перехватили на полпути, остальное время путешествие прошло гладко, без каких-либо потрясений.
Императорский дворец, Императорский кабинет.
Чжоу Цзин проследовал за евнухом в комнату и поприветствовал императора, который писал каллиграфию.
— Приветствую, Ваше Величество.
— Совершенный, вы наконец вернулись. Вы выглядите очень изможденным.
Император поспешно отложил кисть и оглядел его, его тон был дружелюбным.
Увидев, что Совершенный Мастер Идущий по Ветру невредим и все четыре конечности при нем, он не смог сдержать вздох облегчения. Однако он заметил, что лицо собеседника, казалось, немного осунулось, а кожа приобрела нездоровую бледность.
— Благодарю за беспокойство, Ваше Величество. Мне удалось избежать опасности. К сожалению, я не смог добиться ничего в одиночку.
Чжоу Цзин намеренно вздохнул.
Император утешил его: — Совершенный, вам не нужно принижать себя. Я уже слышал о заклинаниях и божественных силах, которые вы использовали на передовой. Все это произошло из-за того, что Лу Лунчуань плохо руководил войсками.
Чжоу Цзин покачал головой: — Если бы меня тайно не повредили и не отравили, из-за чего мне было трудно использовать свои божественные силы, я бы не позволил Чэнь Фэну вести себя так высокомерно и победить командира Лу.
В глазах императора блеснул огонек, он не удивился.
Он уже получил отчет от тайного агента и узнал некоторые внутренние подробности поражения, включая тот факт, что кто-то отравил Совершенного Мастера Идущего по Ветру. Однако большая часть этих новостей была получена от разбитых солдат, поэтому было нелегко подтвердить, правдивы ли они и не преувеличены ли.
Первым делом он вызвал Чжоу Цзина во дворец. Помимо того, что он хотел показать, что ценит его, он также хотел получить информацию из первых рук от тех, кто прошел через войну.
Император знал, что происходит, но все же сделал удивленное лицо и спросил: — Кто причинил вред Совершенному? В чем подоплека?
— Кто-то подкупил солдат Императорской крепости, чтобы отравить мою еду...
Чжоу Цзин объяснил процесс, ясно показывая свою позицию. Он пришел сюда, чтобы пожаловаться.
Хотя он хотел создать образ небожителя, если бы его постоянно преследовали, а он не проявлял бы никакого характера, это выглядело бы так, будто он выше таких мелочных дел. При императорском дворе его сочли бы слабым и легко уязвимым.
Он давно решил, что, вернувшись в этот раз, он обязательно пожалуется и выразит свое недовольство. Он даст чиновникам понять, что он не «настоящий эксперт», который глуп и не знает, как использовать милость императора.
— Вы полностью излечились от яда? — тон императора был обеспокоенным.
— Я подавил его с помощью магической силы и добавил таблетку для детоксикации, прежде чем окончательно избавился от яда. Однако этот яд свиреп. Хотя я восстановился, это похоже на то, как будто я только что оправился от тяжелой болезни. Мое тело все еще немного слабо, и мне нужно время, чтобы набраться сил.
После того как император выразил свою обеспокоенность, он торжественно сказал:
— Я не потерплю этого дела. Я обязательно узнаю, кто вас отравил, и добьюсь справедливости.
Однако Чжоу Цзин прервал его в этот момент:
— У меня есть некоторые зацепки относительно того, кто стоит за кулисами. По пути назад меня перехватила группа людей в масках. После того как я обезвредил убийц, я спросил их, не являются ли они вассалами секты Нефритового Котла, выращенными среди простого народа. Я не знаю, подставил ли их кто-то или это правда, поэтому мне пришлось привезти этих убийц обратно в столицу в качестве свидетелей.
Он совсем не играл в игры. Он не ходил вокруг да около и прямо выложил свои карты.
Император был ошеломлен и нахмурился: — Это правда?
— Этот даос никогда не лжет.
Бах!
Император в ярости ударил по столу, опрокинув подставку для кистей.
— Что за группа мятежных министров. Как они смеют действовать так нагло! Не волнуйтесь, Бессмертный. Я отдам приказ бросить этих убийц в тюрьму и отправить их в Судебную палату для допроса. Мы обязательно выясним правду.
Он понял, что Чжоу Цзин собирается подать жалобу, поэтому принял такой вид, чтобы утешить его. Однако в душе он действительно был разгневан.
В то время, когда Нин Чжунцзюнь поддерживал и отправлял Совершенного Мастера Идущего по Ветру на фронт, император знал, что секта Нефритового Котла нацелилась на него.
Однако император обычно был рад видеть открытую и скрытую борьбу между своими подданными. Иначе как бы он мог сидеть на высоком троне в качестве судьи?
Мысли секты Нефритового Котла в то время не могли укрыться от его глаз. Просто он получил гарантию выживания Чжоу Цзина. Подумав об этом, он позволил этому делу свершиться. Позже он позволил Совершенному Мастеру Идущему по Ветру получить повышение в Бюро Императорского Астронома в качестве предупреждения секте Нефритового Котла.
Однако император не ожидал, что секта Нефритового Котла проигнорирует предупреждение и осмелится выйти за рамки. Мало того, что они пытались убить его, они даже использовали такие методы, как отравление, покушение и даже отправка своих людей для убийства. Это действительно разозлило его.
Ради этой крошечной личной выгоды они пренебрегли общей ситуацией подавления бандитов, чтобы убить Даоса Юйфэна, косвенно вызвав провал этой экспедиции.
«Похоже, я слишком потакал секте Нефритового Котла все эти годы...»
Эта мысль промелькнула в голове императора.
В этот момент лицо Чжоу Цзина помрачнело, и он намеренно сказал: — Этот даос также спрашивает себя, есть ли у него враги при дворе. Я не знаю, хотят ли они просто избавиться от меня или у них есть скрытые мотивы.
Он не сказал этого слишком ясно, но скрытый смысл был очевиден — заказчик хотел убить его. Возможно, заказчик хотел помешать ему питать тело Вашего Величества и продлевать его жизнь. У него злые намерения.
Император, естественно, понял, и холодный свет блеснул в его глазах.
Конечно, он понимал, что Чжоу Цзин раздувает из мухи слона, но эти слова все равно попали в его чувствительную точку. Он не мог не почувствовать подозрение.
Высказав яростную жалобу, Чжоу Цзин не стал продолжать быть непреклонным. Вместо этого он поболтал о других деталях битвы.