Страница 98 из 109
44
Я рванулся вперед и успел подхватить Картер за мгновение до того, как она рухнула на пол.
— Блядь! Что с ней?! — заорал я на полицейского так, словно он каким-то чудом мог знать, что именно мне нужно сделать, чтобы помочь ей.
— Дайте мне ее осмотреть.
Спокойствие в его голосе только сильнее выводило меня из себя, но я заставил себя промолчать.
Я как можно осторожнее опустил Картер на пол. Полицейский тут же начал осматривать ее. Блузка была разорвана посередине, и, когда он отвел ткань от ее тела, я увидел кровь, скапливающуюся вокруг живота.
К горлу подкатила тошнота, но я сдержался.
Следующие минуты растянулись в вечность.
Я стоял на коленях рядом с израненным телом Картер, пока полицейский прижимал ладонь к ране на ее боку. Кровь сочилась между его пальцами, и я не мог отвести глаз от темной жидкости, словно одним усилием воли мог заставить ее вернуться обратно в тело Картер.
Наконец я вынудил себя отвернуться от крови и посмотреть ей в лицо.
Провел рукой по волосам, мысленно умоляя ее открыть глаза, чтобы я снова увидел эти яркие зеленые радужки.
— Сэр, вам нужно отойти, чтобы мы могли оказать ей помощь.
Я вздрогнул от голоса за спиной, а Блю тихо зарычал.
Обернувшись, я увидел двух парамедиков с жесткими носилками. Второй полицейский, должно быть, уже увел Кайла, потому что этого ублюдка нигде не было видно.
Я снова посмотрел на Картер, наклонился и поцеловал ее в лоб.
— Ты справишься, детка. Борись.
Я заставил себя отойти вместе с Блю. Перед глазами все плыло, пока я смотрел, как медики работают над моей девочкой.
Как, блядь, это вообще могло произойти?
Спустя одновременно целую вечность и всего несколько секунд парамедики уже перекладывали Картер на каталку.
— Поедете с нами? — спросил один из них.
— Да, — хрипло выдавил я.
Во рту и горле было так сухо, будто их натерли наждачной бумагой.
— А с собакой что будете делать?
Я опустил взгляд на Блю и его несчастные глаза.
— Он тоже едет.
Молодой парамедик посмотрел на старшего. Тот пожал плечами.
— У нас нет времени спорить. Берите обоих.
Мы с Блю последовали за каталкой к выходу.
Соседи повыходили из домов и сбились кучками на тротуаре, наблюдая за разворачивающейся перед ними кошмарной сценой. Я не обращал на них внимания, забрался в машину скорой помощи, и Блю тут же запрыгнул следом.
Вспыхнули огни, завыла сирена, и машина тронулась.
— Как она? — спросил я старшего парамедика, который остался с нами в салоне.
Похоже, за годы работы этот мужик довел невозмутимое выражение лица до совершенства, потому что по нему невозможно было понять вообще ничего.
— Пока слишком рано говорить. Думаю, лезвие могло задеть легкое, потому что ей тяжело дышать.
Я стиснул край скамьи и ничего не ответил.
Мы неслись сквозь лос-анджелесские пробки, и, к счастью, машины перед нами расступались.
Наконец скорая резко остановилась, задние двери распахнулись. Водитель, видимо, успел предупредить больницу, потому что нас уже встречали врачи и медсестры в перчатках и чем-то похожем на хирургическую форму.
Каталку вытащили из машины, и старший парамедик начал выкрикивать врачам какие-то термины, из которых я не понимал ни черта.
Я спрыгнул следом, Блю не отставал ни на шаг, и мы помчались за командой, увозившей Картер.
У внутренних двойных дверей один из врачей развернулся и упер ладонь мне в грудь.
— В травматологическую палату вам нельзя. И собаке вообще не место в больнице. Ждите в приемной либо отвезите ее домой и возвращайтесь.
Плечи напряглись, кулаки сжались.
— Я никуда не уйду. И эта собака спасла той девушке жизнь, так что он тоже никуда не пойдет.
Врач раздраженно покачал головой.
— Хорошо. Но дальше вам нельзя.
Стоявшая рядом медсестра коснулась руки этого придурка.
— Я покажу ему, где можно подождать.
Врач коротко кивнул и скрылся за двойными дверьми.
Я посмотрел на медсестру. Та покачала головой.
— Простите. У него не самые лучшие манеры с родственниками пациентов, но врач он отличный. Идемте, я покажу, где вы можете подождать.
Она провела меня по коридору и открыла дверь небольшой комнаты, в которой стояло с полдюжины пластиковых стульев.
— Это отдельная комната ожидания. Здесь никто не должен придираться к вашей собаке. А если начнут, скажите, что это служебная собака, просто документов сейчас с собой нет. Принести вам или собаке воды?
Я посмотрел вниз на Блю и только сейчас заметил, что у него на морде немного крови.
Черт.
— Да, воды для него было бы здорово. И, может, бумажных полотенец, чтобы я мог его вытереть?
Женщина слегка улыбнулась.
— Конечно. Сейчас принесу.
— Спасибо, мэм. Правда.
Я опустился на стул, и жесткий пластик больно отозвался в позвоночнике.
Блю подошел ко мне и положил голову на колени, жалобно заскулив.
— Знаю, парень. Но с ней все будет хорошо.
Я запустил пальцы в густую шерсть на его шее. От прикосновения он вздрогнул.
— Ты молодец, Блю. Ты защитил свою маму.
Он чуть наклонил голову и посмотрел на меня до боли печальными глазами, так и не убирая морду с моих колен.
Так мы и сидели, пока дверь не открылась и в комнату не вошла медсестра с водой в одной руке, а за ней Лиам и Форд.
Черт.
Я даже не подумал позвонить им. Или родителям Картер.
Я поднялся, и Лиам тут же сгреб меня в крепкие объятия.
— Детектив Мэсси позвонил и сказал, что Картер пострадала. Какого хрена случилось? — спросил он напряженным голосом.
Я отстранился. Форд сжал мое плечо.
Я произнес всего одно слово:
— Кайл.
— Блядь! — Лиам резко развернулся и с силой ударил ладонью по стене. — С ней все будет хорошо?
— Он ударил ее ножом, — голос у меня сорвался. — И я не знаю, что еще успел сделать. Врачи увезли ее, сейчас занимаются ею, но мне пока ничего не сказали.
Глаза Лиама блестели от слез, а Форд выглядел так, будто был готов кого-нибудь убить.
Мы все одновременно посмотрели на медсестру, которая как раз наклонилась и поставила воду перед Блю. Выпрямившись, она протянула мне рулон бумажных полотенец.
— Держите. Я схожу и узнаю, нет ли новостей о вашей подруге. Кто-нибудь из вас родственник?
— Нет, — ответил я. — Я ее парень, а это ее друзья.
Слово «парень» вдруг показалось совершенно неправильным.