Страница 38 из 101
Когда улыбаюсь, выглядит как заигрывание, а это никому не нужно. Нынче тренд на искренность. Улыбаться, когда на самом деле не весело, не нужно. Можно НЕ. А я улыбаюсь, потому что окружающие не виноваты в том, что мне не весело. Виноваты, конечно, я даже знаю, кто именно виноват, но улыбаюсь.
У моего дня обязательно должно быть мужское лицо. Идеальный день, когда жду встречи. Лучше, чтобы она не была подтверждена. Просто чувствую, что он будет спрашивать про вечер, и готовлю непринуждённый ответ.
Предвкушение – любимое из удовольствий. У меня нет плейлиста, но в такие дни хочется его завести. И поставить «Он ей отчаянно не был нужен», «Позвони мне, позвони» и «Спасибо, жизнь». Музыку без стихов понимаю совсем плохо.
А если он не позвонит и не собирался или собирался, но не позвонил, разница здесь не так велика, то тогда это про слишком «Громкий грохот города». Тогда «Вдоль по тротуару мокрому я иду шагами твердыми. Я, наверно, слишком гордая». Хотя именно я вообще не гордая.
Просто мне бывает жаль предвкушения. Не позвонит – и такое предвкушение пропадёт!
Относительная масса, или Постоянное время
7:59. Она:
Когда ты в первый раз увидел это платье, оно так тебе понравилось.
8:01. Она:
Ты даже на секунду забыл про ситуацию опасности, которую ты так не любишь и в которой твой огромный мегаполис кажется тебе маленьким провинциальным городком, где всех можно встретить в центре.
8:02. Она:
Даже от этого твоего самого главного опасения тебя отвлёк его цвет и замочки.
8:03. Она:
Ты говорил что-то о том, что ты не соответствуешь заявленной высокой планке.
8:03. Она:
Это было забавно.
8:03. Она:
По сути, это было самое начало. Прошло что-то около двух месяцев, но всё было уже так глубоко.
8:04. Она:
Ничего не изменилось за этот год.
8:04. Она:
Совсем ничего. Этот магнит, который тянет где-то в районе солнечного сплетения, никак не ослабил своё действие.
8:05. Она:
Да и как он мог? Второй полюс же не переместили, он по-прежнему обитает между Арбатской и Ленинским?
8:08. Она:
И парадокс действия этого магнита заключается в том, что, если ты переместишься подальше от источника притяжения, ну, скажем, в Берлин или в Питер, да хоть в Тынду, действие его усилится пропорционально расстоянию.
8:08. Она:
Это такой парадокс, может быть, он в физике как-то называется?
8:12. Она:
Может быть, Эйнштейн тогда об этом писал, когда перевернул всё с ног на голову и объяснил нам, что то, что было постоянно, ну, скажем, масса, оказывается относительной, а время каким-то постоянным?
8:16. Она:
А блондинкам идёт жёлтый, и синий, и золотой… И ещё им идёт любить и чувствовать, что он, именно он, вот такой вот он, тот самый он тоже любит, и звонит, и ждёт, и говорит, и приезжает, и целует. Так хочется быть твоей…
8:33. Он:
Я проснулся с мыслью о тебе.
8:44. Он:
У тебя нет времени скучать, болеть, скулить.
8:44. Он:
Тебя пока нет в журнале Forbs.
8:45. Она:
«Скулить»?
8:45. Она:
Я скулю?
8:45. Он:
Другие скулят.
8:45. Он: А
ты – нет.
8:47. Она:
Я не понимаю.
8:48. Он:
Не бери в голову.
8:48. Она:
Как я могу не брать в голову то, что ты пишешь?
22:28. Он:
И ты со мной совсем не кокетничаешь.
22:28. Она:
Никогда не кокетничала с тобой.
22:29. Она:
Даже в Штутгарте, даже в наш первый день.
22:29. Он:
Никогда?
22:29. Она:
Ты не такой, как все, не такой, как всегда, я с тобой не такая, как была.
22:29. Она:
Я с тобой совсем другая.
22:30. Она:
Мне очень хочется тебе нравиться, это правда.
22:30. Она:
Но я не представляю себе кокетство по отношению к тебе.
22:31. Она:
Мне кажется, что моё поведение, когда я с тобой, отличается от моего поведения вообще точно так же, как любовь отличается от пустоты.
22:32. Она:
С тобой ничего не надо и всё есть.
22:32. Она:
Ничего не надо делать, не надо стараться, не надо казаться, надо просто быть с тобой.
22:32. Она:
И есть такое огромное чувство.
22:33. Она:
Тебе хочется кокетства? Ты серьёзно говоришь об этом?
22:37. Она:
Милый?
22:38. Она:
Ты засыпаешь? Да?
Лёгкая простуда
У тебя простуда. Ты заболел. Ты говоришь и пишешь слова: «инфекция», «горло», «насморк», «заложило» и ещё что-то, много всего. Рассказываешь подробно, как ты заболел, не должен был, а заболел, никогда не болеешь и вот… Заболел. И поэтому нужно всё отменить.
Лучшего всего пока вообще не встречаться, но если мне так хочется, то ты можешь, ненадолго.
Но ты сейчас совсем без сил. Да и дома столько дел. И нам лучше всё перенести… На среду.
Я улетала на двадцать дней. Все эти двадцать дней я ждала встречи. Это было моим основным занятием. На фоне этого ожидания были переговоры, работа в «полях», споры, открытия, закрытия, осмотры и заседания. Но главным был отсчёт дней, часов и минут до этого звонка. Звонка, когда я скажу:
– Я здесь, я жду тебя там-то, как всегда.
– Слушай, а давай перенесём на среду, я простыл. Это заразно, и глотать совсем не могу.
Ты остыл… то есть простыл, конечно… Конечно, простыл. Такое бывает. Это заразно.
– Выздоравливай…
Оправдание
Шестнадцатого марта, в день, когда букеты окончательно завяли и подрезание больше не помогает, думаешь, а почему, собственно, он не звонит?
Очевидный общий ответ на этот вопрос в большинстве случаев: не хочет. И если есть малейшее подозрение, что это предположение верно, то нам не кажется. Так и есть. Он не хочет, нужно открепить из закреплённых и в lelegram, и в голове. Хорошо помогает замещение.
Но если это не очевидная ситуация? Он же подарил этот букет, делал это явно не через силу – и не звонит. Почему?
У меня есть два полезных навыка: не умею любить того, кто не любит меня, и могу оправдать любое мужское действие или бездействие. Недавно оправдала мужа подруги, который исчез, когда она родила дочку.
Он не звонит, потому что это не просто дежурный звонок и ничего не значащий разговор. Он не любит просто так. Он не звонит, потому что это звонок от НЕГО к ТЕБЕ. Сказать нужно что-то значимое, ценное: пригласить куда-то по-серьёзному, подарить что-то совпадающее. А если пока не готово (не все ассистенты быстро работают), то и звонить просто так не нужно, воздух сотрясать. А то, что у меня всё хорошо, и в соцсетях видно, он в этом не сомневается.
Вот почему он не звонит.