Страница 65 из 73
Глава 19
Глава 19
— Здравствуйте, родичи, — негромко поприветствовал Павел двух прижавшихся к стене коридора мужчин.
Ответом ему стали настороженные взгляды и тишина.
— Можно понять, — равнодушно прокомментировала Светлана поведение родственников через несколько шагов.
Павел пожал плечами, но мысленно с сестрой согласился. Он и сам не стал бы стоять на дороге у десятка боевиков с оружием в руках и жетонами СИБ, закреплёнными поверх одежды. Да и вообще, он как-то и представить себе не мог, что однажды обычный поход от зала Совета до стартового стола превратится в самую настоящую боевую операцию с риском получить пулю в спину.
Павел шёл по коридору родной высотки и ловил себя на странном чувстве. Он вырос здесь и знал каждый поворот коридора. В высотке прошло его детство. Пятью этажами ниже он учился ходить, говорить, думать как настоящий клановец под присмотром инструкторов. В тире на сто семнадцатом впервые взял в руки оружие…
И вот теперь приходится уходить. Не навсегда, конечно. Настанет момент, когда он вернётся. Однако сейчас Павел покидал дом. Пусть и не как изгнанник. Но по острой необходимости.
«Забавно, — оценил дурацкую ситуацию молодой человек. — Побеждаешь — уходишь. Проигрываешь — всё равно уходишь. Разница только в том, кто закрывает за тобой дверь».
Он обернулся. Светлана шла рядом, спокойная, собранная. Тишь координировала движение. Гладь и Стих проверяли коридоры. Мышь и Князь прикрывали тыл. Остальные — фланги.
Мысль оборвал один из «пассажиров».
— Почему мы медлим? — раздражение Михаила Павловича и его же страх трансформировались в излишнюю торопливость.
И говорливость.
Но ему отвечали редко. И чаще с пожеланием прикрыть рот до конца операции.
— Гладь, Стих, проверьте радиальный коридор, — скомандовала пристроившаяся за правым плечом клановца, Тишь, координировавшая порядок движения.
Двое бойцов тут же ускорили шаг, чтобы успеть проверить следующие повороты до подхода ядра группы.
— А они куда пошли? — тут же вклинился Михаил Павлович.
Он даже представить себе не мог, на какой уровень выйдет противостояние с Кардиналом. И оттого было ему сейчас очень страшно.
— Не мешай профессионалу работать, Михаил Павлович, — негромко попросил Павел.
В голосе его не было особых эмоций. Все они остались там, в зале Совета. Сейчас молодому хотелось просто как можно быстрее покинуть родную высотку. Желательно без приключений.
— По второму маршруту чисто, — сообщила Тишь.
Павел кивнул. Он и так был «в сети». Так что доклад передового дозора получил сразу же. Слова предназначались его спутникам: Светлане, Михаилу Павловичу и Кондрату Риммовичу, которого Волконский «прихватил» с собой из зала. Ну не оставлять же его на растерзание родичам? Отчего-то молодой человек был уверен, что перебежчик проживёт недолго.
Впрочем, и самому клановцу бывший помощник Дмитрия Яковлевича был не нужен. Такова цена предательства. Даже если оно было ситуативно совершено в их пользу.
Кондрат Риммович на предложение пройти с ними лишь коротко кивнул. В пути он рта не открывал и будущим своим не интересовался. Только чётко исполнял команды бойцов охранного периметра. А вот бывший спикер Правления нервничал настолько, что держать рот на замке сейчас, похоже, не был способен органически.
— Ты понимаешь, что это раскол? — бросил он Павлу с паникой в голосе.
Молодой человек понимающе кивнул. Двойного толкования быть не могло. Трибунал явно отошёл от кланового Кодекса, оправдав Кардинала при наличии неопровержимых и чётких улик. С другой стороны, старейшины не осудили и Павла.
— Спорный результат, — негромко выдохнул молодой человек.
Судя по реакции родичей в зале, отныне клан можно считать разделившимся на «за» и «против». И если противостояние раньше ограничивалось скрытой игрой друг против друга, то сегодня стороны взглянули друг другу в лицо. Оппозиция нынешнему Главе клана получила нового лидера. Но и Игорь Георгиевич обрёл поддержку тех, кому вольнодумство в вопросах управления казалось вставшей поперёк горла костью.
— Как спускаемся? — переведя беседу в практическую плоскость, спросила Светлана, едва они вышли на лифтовую площадку.
Павел быстро окинул взглядом центральный лифтовый зал, отметив, что Гладь и Стих уже застыли возле неприметной двери.
— Туда, — негромко скомандовал Волконский.
— Ты серьёзно? — нервно выдохнул Михаил Павлович.
Истинный «небожитель» даже представить себе не мог ситуации, когда вместо лифтов можно воспользоваться чёрной лестницей. Ему не ответили. Но и шаг никто не сбавил. «Нет ничего глупее, чем дробить группу по разным этажам и кабинкам, каждая из которых может превратиться в ловушку по команде операторов.» — мысленно добавил Павел.
Но не тратить же сейчас время на объяснения?
— Семнадцать этажей? — с ужасом в голосе удивился бывший спикер Правления.
Задерживать группу он благоразумно не стал. Хотя если бы попытался, то наверняка получил бы поощрительный тычок в спину от отставшей на два шага Тишь.
— Почему не лифт? — выдохнул Михаил Павлович.
Павел не ответил. Просто не видел смысла объяснять очевидное. Лифт — это замкнутое пространство. Замкнутое пространство — это ловушка. Ловушка — это смерть. Всё просто. Однако Михаил Павлович хоть частенько и «двигал солдатиков», отдавая приказы гвардейцам, военным не был. А потому категориями угроз и уязвимостей не размышлял.
— Сейчас для нас лифт — это гроб, — негромко ответила за брата Светлана.
Михаил Павлович побледнел. Больше вопросов он не задавал.
— Для здоровья полезно, — положил конец бессмысленной дискуссии Павел, первым выходя на лестничную клетку.
При спуске процессия растянулась на два пролёта. Авангард в составе всё тех же Стиха и Глади продвигался с небольшим отрывом. Мышь и Князь встали в арьергард, купируя возможную угрозу с тыла. Ядро группы держалось плотным строем. Особенно после того, как попытавшийся было «отстать» Михаил Павлович таки получил мотивирующий толчок от Валентины. Больше попыток растянуть строй никто не предпринимал.
— Почему сюда? — вновь подал голос спикер, едва они остановились на площадке сто двадцать шестого этажа.