Страница 464 из 608
От этого зрелища по спине пробежал холодок. Я нутром чуял, что противник был крайне опасным, но мозг отказывался это признавать. Потому что в нём не было ни капли эйба. Вообще.
— Сраные божественные штучки, — проворчал Четверг.
— Это страж подземного озера, Рейн, — произнёс Грэм, не скрывая тревоги. — Будь осторожен, он куда опаснее, чем кажется.
— Да что ты говоришь, писарь грёбаный, — я даже не пытался скрыть злость. — Как там твоя сигнальная печать поживает? Ты не спеши, доделывай, а то вдруг что случится, а мы и не в курсе.
Вместо ответа Грэм бросился в атаку. Вот с этого момента я так прифигел, что даже растерялся на мгновение. Рунолог попёр в ближний бой. Безоружным.
Подлетел к голему, постучал по нему ладошками, довольно ловко увернулся от размашистых выпадов, которые должны были снести ему башку с плеч, отскочил. Голему даже не нужно было поворачиваться для атаки, он просто с хрустом повернул корпус на сто восемьдесят градусов и принялся молотить.
Я же наконец сбросил оцепенение и сам атаковал в спину. Ну, вернее, это я думал, что в спину. Пара рук просто с хрустом выгнулась в локтях, и вот уже мне самому пришлось принимать шквал ударов. Голем спокойно мог воевать не просто в любую сторону, а во все стороны одновременно.
Два выпада я принял на блок, от двух увернулся, одну руку отвёл тесаком, тут же получил удар клинком вскользь. Ткань плаща затрещала, разрываясь, но энергодоспех выдержал. Однако ж… Прямое попадание точно прошьёт мою защиту.
Сильный враг. Сильный, непонятный, а оттого в разы опаснее. Пара моих выпадов достигла цели, голем не особо-то и уклонялся. Но бить тесаком по костям — это как пытаться напильником ржавчину с доспеха снимать. Пока тебя лупит по башке тот, на ком этот доспех надет.
Но добраться до самого фантома я физически не мог. Зелёная молния хорошо разошлась по всей массе костей. Жаль только, что это произвело примерно ноль эффекта. Фиолетовая волна также не принесла результата, потому что нет некротической энергии.
Собственно это со мной и произошло. Когда еще пара рук изогнулась, я не успел разорвать дистанцию и получил прямой удар в корпус. Благо, что просто костяным кулачищем. Четверг тут же обрубил болевые рецепторы, потому что повреждения оказались существенными. Судя по тому, сколько крови я откашлял, пара сломанных ребер пробили легкое.
Неприятно, но не смертельно. Не на моем уровне. Физические повреждения менее значимы, а эйб-атак я не увидел. А потому бросился обратно в бой.
— Он неуязвим для твоих атак, — продолжала стонать Иха. — Беги. Иначе мы оба погибнем.
— Не надо вот под руку каркать, а?
Я принял сдвоенный удар на жёсткий блок, и меня просто отбросило в сторону, после чего я потерял равновесие на скользкой поверхности и прокатился через всю пещеру, оставляя за собой кровавый след.
Впрочем, кровь тут же исчезла, словно впитавшись в лед. Странно, но сейчас вообще не до подобных мелочей.
Голем бросился было в мою сторону, но тут ему в спину ударил золотой луч. Грэм уже достал свой фолиант. Тот сейчас парил в воздухе прямо перед ним, а сам маг одной рукой отправлял заклинание, а другой сжигал очередную страницу.
— Свет Апола на него не действует, — произнёс он.
— Мне было бы очень обидно, будь это не так.
Что? Зато честно. Я не для того столько сил и времени угрохал на изучение нежити и создание уникальной магии, чтобы уступить какому-то локальному божку-ростовщику.
Голем уже разогнался в мою сторону, так что пришлось придать ему обратного ускорения с помощью алой молнии. Хоть эта способность меня никогда не подводит. Голем от такой наглости даже рухнул на лед, где тут же был схвачен в багровые тиски. Суббота намертво вцепился ублюдку в ногу и принялся с остервенением подметать им пол.
Тут же подскочил Грэм. У него из спины теперь росли полупрозрачные водянистые щупальца, которыми он принялся обволакивать голема.
— Рейн, удержи его, мне нужно подобраться вплотную.
Не знаю, что паладин там придумал, но собственных идей у меня не было, так что почему бы и не помочь мистеру «ваш интеллект меня не удивляет».
Цепь с первой попытки наматывается сразу на две конечности. Стягиваю и метаю тесак в сторону. Лезвие прочно застревает в глыбе льда, звенья натянуты до предела. Риис впивается в другую руку, и я изо всех сил тяну на себя, хотя ноги предательски скользят.
Втроём с Субботой нам кое-как удалось сковать ублюдка. Грэм опять бросился врукопашную, похлопал его и отскочил. И только в этот момент я понял, что он не щупать его пытался, а приклеивал к голему пергаментные листы с магическими печатями.
И сейчас на монстре таких оказалось ровно семь. По одной на каждой руке и ещё одна большая в центре груди.
Грэм разорвал дистанцию и хлопнул в ладоши, печати засияли, и между ними появилась сияющая связь. Через миг они будто бы начали отталкиваться друг от друга вместе с руками. Послышался характерный хруст.
Как только первая рука отсоединилась, я с грохотом шлёпнулся на пятую точку, стоило натяжению ослабнуть. Вырванные конечности разлетелись в разные стороны, а затем все печати разом взорвались.
Сквозь дым я заметил, что руки просто разлетелись на мелкие костяшки, а вот основной туше хоть бы хны.
Мы с Грэмом ударили одновременно. Он вытащил из очередной страницы огненный шар, я впаял добрый заряд алой молнии. Били с противоположных сторон, так что безрукого голема просто закрутило волчком на месте, после чего отбросило в сторону.
Пока неповоротливая туша пыталась подняться на ноги, я с прыжка метнул тесак, пригвоздив ублюдка к поверхности. Это дало нам время, чтобы подготовить свои лучшие удары. Я сформировал мощный заряд Солнечного Копья. Грэм водил пальцами и оставлял сияющие руны прямо в воздухе, пока те не сложились в полноценную печать.
Мы вновь ударили одновременно. Я метнул сияющий шар, из печати паладина вырвался целый радужный поток. Грохот в пещере стоял такой, что на головы посыпалась ледяная крошка. Как бы нам кое-кого не разбудить тут.
Когда дым рассеялся, мы посмотрели на то, что осталось от голема. Да ничего там не осталось — груда костей, разбросанных в радиусе десяти метров. Но из них начал медленно подниматься чёрный дым, стягиваясь в точку.
Грэм первым понял, что происходит. В его руках появилась каменная скрижаль, затем на ее поверхности вспыхнули руны, а камень просто рассыпался пылью, но при этом руки паладина по локоть сияли от насыщенной энергии.