Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 328 из 608

Глава 9 Я и так расстроился, но не окончательно

Попытаться сдвинуть Людвига? Это он переоценил мои возможности. Попытаться попасть в стоящего Людвига — вот был план минимум. Говнюк лениво уклонялся от любых моих выпадов и максимум мог подпрыгнуть на месте, если я метил в ноги.

Единственный раз, когда я попал, был выстрел красной молнией. Если бы и она в стоячую цель промазала, я бы окончательно расстроился. Я и так расстроился, но не окончательно.

Просто от моей молнии он лишь отряхнул кожу, которая слегка покраснела. А вот когда я пошёл в ближний бой, рассчитывая угостить его зелёной, тогда и понял, что совершил фатальную ошибку. Мало того, что он перехватил моё запястье и впечатал рожей в пол, так затем ещё и мою же цепь намотал мне на ноги. После чего с упоением швырял меня по всему залу пару минут, пока я не смог высвободиться.

Разница в уровнях была колоссальная. Причём не в силе — силу он даже не показывал.

— Ты сражаешься как варвар. Где-то что-то увидел и повторил, — произнёс Людвиг спокойным тоном. — Это хорошая тактика, если сражаешься с варварами послабее или диким зверем. Но абсолютно непригодна в бою с подготовленным, хорошо обученным противником. Отдыхай, вечером возвращайся, мы начнём с самых основ.

После «тренировки» я вернулся в тонкую башню и лёг отмокать в ванне. Заодно дал себе время обдумать произошедшее.

— Четверг? Что за хрень желтоглазая была? Я же не мог вспотеть, спускаясь по лестнице?

— Я провёл внутренние калибровки, последствия яда к этому моменту были полностью нейтрализованы. В остальном, я вижу и слышу то же, что видишь и слышишь ты. Если это была галлюцинация, то она имела внешний источник воздействия, а не внутренний.

— То есть этот чувырла был реален? И я каким-то образом растянул секунду в пятнадцать минут?

— Тут как раз ничего удивительного. Мы уже видели темпоральные манипуляции в исполнении братца кролика. Только здесь поле большего размера, статичное и без использования артефактов. Но если что-то можно сделать с помощью артефакта, значит, это можно повторить и самостоятельно. Мы тому отличный пример.

— Тоже верно. Значит, темпоральная магия, помноженная на несущего всякий бред придурка.

— Придурка, который знает моё имя, — напомнил Четверг. — И обладает выдающимися возможностями по скрытию эйба.

— Ага, понтовщик недоделанный. Эйба у него нет, как же. Давай думать логически, кто знает о твоём существовании?

— Наблюдатели меня видели. Следовательно, все, кто связан с Единой. До сих пор мы встречали из этой фракции только Наблюдателей, Крикунов и Машиниста живого поезда.

— Первая версия. Кто ещё?

— Человек в серебряной маске. Он хорошенько порылся у тебя в воспоминаниях.

— Это два.

— Церковь Форсайта. Если они запустили генерацию спасителя, то могли иметь доступ к терминалу. И увидеть всё, что было сгенерировано и создано.

— Маловероятно. Мы уничтожили теплицу и подтёрли все следы. К тому же мы не знаем наверняка, что Чада создала церковь.

— Да, но мы подтёрли лишь те следы, что нам оставили. Не факт, что кто-то не воспользовался удалённым подключением, или он мог прийти в промежуток между нашим созданием и уничтожением теплицы.

— Хорошо, третья сила, пока назовём её так. Единую отметаем, как агрессивную к нам сущность, к тому же Наблюдатель не мог узнать твое имя. Желтоглазик, наоборот, пытался нам помочь.

— Понедельник также не проявлял заинтересованности в наших успехах. Он лишь желал, чтобы мы держались подальше от Мерлина.

— Получается, остаётся третья сущность. То есть ничего нового. Очередной вопрос улетает в стопку таких же, лежащих в чёрном ящике вопросов.

— И ответ на него такой же, как и на все остальные вопросы из этого ящика.

— Да хрен его знает! — произнесли мы одновременно.

— Да и хрен с ним, — выдохнул я.

Полежал пару минут в тишине, но чувствовал при этом внимание Четверга.

— Да говори уже.

— Может, пора обсудить?

— Что именно?

— Сам знаешь. То, что мы увидели в теплице.

— А что тут обсуждать? Меня случайно сгенерировали побочным продуктом. Тебя сгенерировали ещё более случайно. Оба мы — всего лишь ошибка, собранная из остатков того, что было.

— И?

— И это ничего не меняет. Мы как жили до этого знания, так и живём теперь. Ничего не изменилось. Я всё ещё ощущаю себя полноценным человеком, как было до этого. Сколько ни копаюсь, я не чувствую в себе никакой искры. У меня человеческий мозг, человеческие нейронные связи, у меня нет твоих возможностей обработки больших объёмов данных, но есть стандартные человеческие черты.

— Принцип утки. Если что-то выглядит как утка, ходит как утка, говорит как утка, то скорее всего это утка.

— Вроде того, — кивнул я.

— Принял. Деалаю вид, что ничего не случилось. Стратегия страуса. Получается, все равно близко к утке.

Человечество давно уже пыталось играть в бога. Вернее, в моей симуляции это было прописано. Были попытки создать человека с нуля с помощью внедрённого ИИ. Живой андроид. Были попытки переноса оцифрованного сознания в выращенное тело, что давало потенциальное бессмертие.

Я уж не говорю о сопутствующих проблемах вроде перенаселённости и ещё большего классового расслоения, где богатые будут жить вечно, а бедные — устраивать революции, потому что, что им ещё остаётся? Жить всем хочется.

Про теологические вопросы и права искусственно созданных людей я вообще молчу. Непаханое поле для дискуссий и философских споров.

Но факт остаётся фактом. Если это всё имело место быть в нейросимуляции, значит, откуда-то взялась база для подобного. Это могли быть как собственные построенные модели и прогнозы нейросети, так и реально существующая основа.

Для расы, создавшей эйб и ИИ-богов, клонировать человека по идее не должно быть проблемой.

Оставался главный нерешённый вопрос. Считается, что ИИ никогда не сможет стать человеком, потому что не способен прожить человеческую жизнь. У него нет органов чувств, как у человека, чтобы через них изучать мир. Технически Четверг не видит моими глазами. Он обрабатывает информацию, получаемую от того или иного органа чувств.

Так, например, сегодня он точно знает, что информация была получена извне, а не являлась плодом моего воображения.