Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 286 из 608

История действительно вышла не самая захватывающая, но время скрасила. Одор был пацаненком, когда деревню чуть не вырезали под корень налетчики из диких племен. Тогда кто-то из охотников притащил в деревню Обнимающего.

Нашел он его в заброшенном храме Флайвы. Это старая богиня, одна из Семерых, кому поклоняются повсюду. Я в местном пантеоне не особо разобрался. Знаю только, что Флайве поклоняются цветочники. Видимо, она как-то связана с природой.

Еще есть Эбол, покровительствующий спиритам в целом, а кто остальные пятеро, я без понятия. Слышал еще про Бездушного, но так и не понял, он один из Семерых или сам по себе.

В общем, кто-то притащил в деревню Обнимающего, и пошло-поехало. В следующий налет захватчики пошли на корм божка. Как я понял, там и деревня сама по себе была боевитая, так как сражаться им приходилось регулярно.

Дальше история повторилась несколько раз, затем на деревню перестали нападать, и уже самим жителям пришлось ходить в набеги. Потому что безопасность безопасностью, а божку кушать хочется каждый год.

С годами деревня изолировалась, соседи разбежались, и началась стандартная история, когда в жертву стали приносить своих. Сначала власть избавлялась от неугодных, потом от слабых, затем от всех подряд.

Каким-то чудом Одор остался последним, грохнув остальных. И тогда Обнимающий сделал его первожрецом и даровал силу. А так как Одор был сильным боевым спиритом сам по себе, то благословение отожравшегося бога легло в благодатную почву.

Ну и походил он по деревням, а в итоге решил пустить корни в Старых Лыхах. Удобное расположение, рядом река, холм, хорошая земля, в лесу много дичи, а рядом есть город, который про Обнимающего и не слышал ничего.

Вот он и посадил здесь семя прямо на холме. Но так получилось, что бог совсем обессилел, так что первым делом забрал обратно собственный дар. И всё бы ничего, да только за время путешествия они с богом буквально срослись, так что и уйти Одор никуда не смог. Так и пустил тут корни вместе со своим богом.

Прожили они так целый век, и еще лет через десять пришлось бы последнему жителю Старых Лых брать с собой бога и тащить в следующую деревню. Жадный, ненасытный божок. Как он может быть связан с Флайвой, вот вообще не представляю. По рассказам того же Эдварда, богиня была чуть ли не образцом доброты и милосердия. Сама помрет с голоду, но чужого не возьмет.

А тут приперся я со своим ИИ и зелеными молниями. И ни с той, ни с другой стороны меня не взять, везде кусаюсь.

— Интересная история, — произнес я. — А ты тот еще кусок дерьма, Одор. А это, я так понимаю, и есть Обнимающий?

Я смотрел на нечто в земле, отдаленно напоминающее пульсирующий клубень, покрытый шипами.

— Уничтожь его, — прокряхтел Одор. — Не совершай мою ошибку, не бери его в руки. Сожги прямо тут, иначе он проникнет в твой разум, завладеет твоим телом и сделает из тебя свою марионетку.

— Хм… Спорим на сотку, что нет?

Я наклонился и взял сердце бога. Острые шипы тут же вонзились в ладонь, а там еще раны от недавнего поглаживания Субботы не зажили. Тут же другие шипы выстрелили во все стороны, пытаясь пробиться к сердцу, чтобы проникнуть внутрь, захватить, оплести, впрыснуть черный яд.

— Что ты наделал, глупец? — воскликнул Одор.

Но затем быстро смолк, глядя, как острые корни беспомощно пытаются пробить ткань пиджака. Логично, что раз Ателье охотится на темных богов, то и защита у них должна быть на уровне. А вот руку мне вспороло, да.

— Ничему ты, блин, не учишься, — вздохнул я, даже не зная, к кому именно обращаюсь. К богу или к самому себе.

Зеленая вспышка сверкнула на ладони, а корни и шипы моментально втянулись внутрь. Клубень запульсировал втрое быстрее.

Я бросил его на землю перед Одором, а затем и сам выбрался из ямы. Посмотрел на руку, ничего страшного, за сутки пройдет. Обнимающий вновь попытался взять надо мной контроль, видимо, решил, что в этот раз у него будет больше шансов при прямом контакте.

Могу сказать, что образ дракона у Четверга получился на отлично. Механический, правда, со сверкающими боками из нержавеющей стали и разрядами молний, бегущими по шипам вдоль позвоночника. Короче, Обнимающий снова ушел ни с чем.

— Как? — прошептал Одор.

— Ты мне сотку должен, дерево.

Я огляделся и увидел, что поле Горицвета к этому моменту полностью пожухло. Цветы завяли, а земля стала сухой. То же самое было и с корнями, на которые я наткнулся в земле. Обнимающий собрал весь оставшийся темный эйб в сердце, а вокруг выстроил кокон из корней. Но где не прошла лопата, там справился тесак.

Я присел и протянул руку к сердцу. Клубень тут же ощерился множеством шипов, но атаковать больше не пытался. Сердце трепетало и пыталось хоть как-то защититься, лишь бы я его не трогал.

— Так, деревяшка. Если ты меня слышишь, то слушай внимательно. Либо ты прямо сейчас втягиваешь свои отростки и дальше мимикрируешь под камушек, либо я тебя прямо тут нашпигую молниями, пока не сдохнешь. А если не слышишь, то мы сразу переходим ко второму пункту.

Через пару секунд шипы втянулись.

— То-то же, — довольно усмехнулся я, беря клубень.

Повертел в руке, пару раз подбросил. Увесистый и скользкий. Внутри был концентрированный сгусток черного эйба.

— Глазам своим не верю, — прошептал Одор.

— Ты жив еще? Эй, клубень, давай, отключай своего первожреца.

— Спасибо, избавитель, — прошептал тот.

— Гори в аду, тварь, — бросил я. — Сжечь бы тебя живьем за все, что ты сделал, да ты же и этому порадуешься. А, ну и ты сдох уже. Ладно. Опять сам с собой разговариваю. Дурная привычка, надо Четверга возвращать.

Я достал пипетку и забрал из дерева остатки эйба. Затем расстелил на земле ленту, которая осталась у меня от гром-камня, и по очереди запитал каждую руну эйбом. Вот до сих пор не понимаю, на кой я с собой эту повязку таскал столько времени, однако же пригодилась.

Взял сердце и быстро замотал его. Так должно быть надежнее. Вообще не уверен, что это поможет, ведь лента предназначалась для взрывоопасного камня, а не для темного божка. Но вроде бы повязка сдерживала и экранировала эйб, так что по логике и тут должно сработать.

Мы с Субботой вернулись в деревню. Для начала я забрал из пещеры оставшиеся вещи. Плащ подрало нещадно, хотя он всю битву просто валялся на земле. Но хоть кинжал забрал.