Страница 21 из 608
Несмотря на команду, остальные рабы не спешили её выполнять. Потому что все девять человек прямо сейчас корчились и стонали так, словно их изнутри режут. Бойцы на это смотрели со спокойствием, будто так и должно быть.
Я же не понимал, что происходит. И тем более не понимал, почему сам ничего не чувствую.
— Босс, тут один живчик, — парень указал пальцем в мою сторону.
Гораций подошёл ближе и внимательно осмотрел меня с ног до головы, затем взял в руки край моего свитера и оторвал кусок. Повертел ткань в руках и выбросил.
— Ничего не болит? — деловым тоном спросил он. — Тошнота, головокружение?
— Нет, — растерянно ответил я.
— Голоса в голове, может? Чувствуешь, будто сознание стало единым с чем-то большим? Нет? Какие-нибудь изменения в себе? Как будто внезапно заново научился дышать. Огонь сотворить из ничего можешь?
— Нет, — теперь я уже начал смотреть на мужика с изрядной долей скепсиса.
Но его будничный тон походил не на вопросы психически нездорового человека, а скорее вызывал изумление. Он это серьёзно сейчас всё спрашивает?
— Что у него было? — обратился Гораций к бойцам.
— Компас.
— И?
— Походу работает, босс. Он создал артефакт.
— Надо же… — Гораций вновь посмотрел на меня, словно на диковинную зверушку. — И одежда не изменилась, и артефакт создал. И сам ничего не чувствуешь. Как тебя зовут?
— Рейн.
— Ты тот придурок, которого из глубины вытащили ребята Зиндая? Вот как ты выжил, значит. Поздравляю, Рейн. Походу, у тебя иммунитет к глубине. Делай, что я говорю, доживёшь до выхода и считай, что паспорт гражданина Дельта-Четыре у тебя в кармане. Если готов будешь трудиться на благо города, разумеется.
Вот же радостью придавило, аж колени трясутся. Ну прям не жизнь, а сказка. Вот-вот радугой блевану от счастья, из последних сил держусь.
— Остальные, слушайте внимательно. Захотите бежать — скатертью дорога. В глубине никто с вами нянчиться не станет. Только учтите, что жрать здесь нечего. Наоборот, еда здесь — вы. Если же будете слушать и выполнять всё, что вам говорят, имеете неплохие шансы вернуться. И даже с повышением. Вы теперь все потенциальные спириты, может, даже укрепитесь достаточно для первого ранга, а у таких в городе куда больше привилегий. Не ссыте, у меня иногда аж половина мяса до выхода доживает.
Эти слова не особо впечатлили публику, большая часть которой до сих пор прикидывалась тюленями-эпилептиками.
Кто-то из отряда достал старую пожелтевшую бумажную карту и расстелил на полу. Я через плечо одного из воинов пытался разглядеть, что там нарисовано. Самой карты я не разобрал, там явно какой-то город. Зато увидел, как на бумаге начинали вспыхивать разные символы, складывающиеся в странные иероглифы. Повторюсь, это была обычная бумажная карта.
— Так, мы тут, вот здесь ближайший выход. Компас тоже на него указывает. Часов за десять доберёмся, если свезёт. Вот тут и тут по пути как раз эйб-активность повышена, так что будут варики прихватить хабара.
— Отлично. Людей должно хватить, лёгкий заход.
— Не каркай. Глубина всё слышит.
После недолгих сборов Гораций скомандовал выдвигаться. Разумеется, мне никто нихрена не объяснил, что тут вообще происходит. Почему мы нырнули в странный фонтан, а вынырнули из каменного пола, который с недавних пор снова стал обычным? Что за артефакт и как я его создал? Почему всех корежит, а меня нет? И что вообще тут творится?
Сон. Дурной сон.
Пара наёмников тем временем поднялась наверх и доложила, что всё чисто. Затем начали выгонять остальных. Поднявшись, стало понятно, что появились мы в подвале старого дома. Только вот от самого дома осталось лишь несколько обломков стен, так что выбираться пришлось через груды ломаного кирпича и деревянных балок.
Спуск в подвал прикрывали остатки потолка, но буквально через пару метров дом обрывался, и мы оказались под открытым небом. Небом, больше похожим на натянутый матовый потолок где-то в вышине. Ни солнца, ни луны, ни звёзд. Только какое-то тусклое свечение пробивалось сквозь пелену, так что даже не понять было, день сейчас или ночь.
В остальном пейзаж выглядел уныло и предсказуемо. Повсюду огрызки зданий, пялящихся в небо обломанными клыками города. Некогда широкие улицы завалены остовами ржавых автомобилей, а местами перекрыты рухнувшими домами.
Всё это за долгое время успело порасти лианами, плющом и мхом, но и те уже давно высохли и пожухли. Так что вся картина пестрела тонами от ржаво-коричневого до жёлто-бурого. В сумраке зрелище навевало тоску и вызывало блевотный рефлекс.
Буквально хотелось блевать от каждого вдоха — воздух был приторно-кислым. В общем, это была та самая Изнанка, в которую мы с доком и пытались попасть, один раз даже вполне успешно.
— Иммунка, как там тебя, Рейд, Рейв… Короче, вот тот залихватский тип с огроменным топором — Лимпопо, — представил бойца Гораций. — На время рана он твой папка и мамка. От него ни на шаг. Остальные встали на места, как вам было сказано. Авангард, вперёд.
Нехотя, под прицелом арбалета, двое мужчин невольно побрели вперёд, то и дело оглядываясь то по сторонам, то в небо.
Вышли из-под козырька на дорогу и завернули за угол. Впереди раскинулась длинная улица, через которую придётся пробираться чуть ли не в линию выстроившись.
До ближайшего перекрёстка ещё более-менее, но уже дальше путь преграждал поваленный на бок автобус с красноречивой надписью на брюхе «Готовьтесь подыхать». Надпись, кстати, на глобале.
Мы прошли ровно половину пути до перекрёстка, как двойка авангарда вышла прямо на него. Звука не было. Просто откуда-то вылетела тварь, напоминающая то ли птеродактиля, то ли скелет летучей мыши, обтянутый пергаментной кожей, только размером монстр был с быка. Вынырнула из-за угла, в полёте схватила одного из бедолаг когтистыми лапами, после чего с победным визгом захлопала крыльями, унося орущего мужика дальше в небо.
Второй, которого тварь сбила с ног, мог лишь ошалело наблюдать за своим менее удачливым собратом, после чего облегчённо рассмеялся. Хоть и были в его смехе истеричные нотки — продлились они недолго.
Асфальт под ним с треском разлетелся в стороны, разбрасывая комья земли и высохший плющ. В небо взметнулось странное чудовище. Вроде и червь, разве что шкура отдаёт металлом и сплошь покрыта какими-то наростами, напоминающими вены.