Страница 16 из 608
Глава 5 Проживешь долго и счастливо. Последнее не точно. Первое тоже
Следующие несколько дней меня никто не трогал. Ни ночью, ни днём. Мой незадачливый дежурный исправно будил меня в три и получал свой кредит. Кажется, он даже был рад такой сделке.
Старик Соломон спал мало в силу возраста, просыпался ещё до подъёма, так что давал мне пару часов доспать до того, как мерзкий бодрый голосок начнёт поздравлять всех с очередным прекрасным рабочим днём.
Выходных, кстати, тут не было. Вроде как только по большим праздникам делали сокращённые смены по восемь часов, но это случалось настолько редко, что никто уже и не помнил, когда было в последний раз.
Лишь однажды нас отпустили на час раньше. Согнали в отдельный барак, раздели, после чего включили систему пожаротушения. Вода, тонкими струями лившаяся с потолка, была настолько пропитана хлоркой, что мыться пришлось крепко зажмурив глаза. Потом дали время немного обсохнуть и разогнали по жилмодулям.
Я исправно ходил на смены, работал на износ, после чего всё тут же проедал. Физический труд позволял телу быстро восстанавливаться — по крайней мере, я чувствовал сквозь постоянную ломоту, как мышцы вновь наливаются силой.
Еда также помогала хоть немного прийти в норму. Но я чувствовал, что отстаю. Это было затишье перед бурей, потому что Лихой должен был сделать свой ход, но почему-то медлил.
Кстати, из той парочки, что ушли на глубину или, как здесь говорят, «в глубину», никто не вернулся. Из коротких разговоров по вечерам мне удалось выяснить кое-какие детали. Глубиной здесь называют то, что мы с доком считали Изнанкой.
Получается, я каким-то образом прошёл сквозь неё и оказался на другой стороне. В другом мире, что ли? Как? Сейчас это не имело значения, главное — отыскать дорогу назад, починить Четверга, а затем уже разбираться, как, что, почему и какого хрена.
Местные при входе в глубину иногда получали разные сверхспособности, вроде того же телекинеза. Порой это было что-то полезное, вплоть до боевых навыков, вроде метания молний. Порой способности оказывались абсолютно невзрачными — умение разговаривать с тараканами или утолять голод с помощью ультрафиолета.
Но чаще люди просто становились крепче и здоровее, или вообще ничего не происходило. Всё это было маловажно, так как из глубины возвращались крайне редко. Примерно один из десяти.
Это если говорить про мясо вроде меня. Это, кстати, почти официальное местное название касты «должников», читай, рабов. Дайверы-то возвращались исправно и всем составом. Хотя и среди них бывали потери, но не такие частые. Создавалось ощущение, что мясо на той стороне используется согласно названию.
По какому принципу выдавались способности — никто не знал. Почему у меня их нет? Скорее всего, это работало только для местных, так как в Изнанку я заходил уже дважды и ничего не получил.
Но попасть туда в третий раз было необходимо, потому что всё, что мне нужно, так или иначе было с ней связано. Встретиться с Зиндаем, найти место, где меня подобрали, отыскать переход обратно и дождаться, когда док запустит его с той стороны. В идеале ещё и своё снаряжение отыскать, куда-то же оно должно было деться.
Посмотрел бы я на местных, как они заставят меня работать, будь на мне технологичный бронежилет и энерговинтовка в руках.
План был, и именно он не давал моему мозгу сойти с ума. Пока жила надежда на светлое будущее, окружающая реальность воспринималась легко, словно дурной сон, от которого я вот-вот очнусь.
В то, что я могу помереть в глубине, я не верил ни на мгновение. Уж скорее тут, чем там. В отличие от местного мяса, мозгов мне хватало. Разберусь, что к чему, дальше буду действовать по обстоятельствам.
Оставалась главная загвоздка. Как быстро перейти в красную зону, чтобы попасть в команду счастливчиков? Увы, добровольцев они не набирали. Кредитный рейтинг в этом мире был не только долговой кабалой, но и неким идентификатором полезности. Так что понапрасну рисковать дойной коровой никто не собирался.
Держись серединки, работай, плати проценты, не гаси слишком быстро, ведь выскочек нигде не любят. Не нарывайся на штрафы, не попадешь в глубину. Будь середнячком, серой массой, проживешь долго и счастливо. Последнее не точно. Первое тоже, если уж начистоту. Такие правила.
Но мне на них было насрать. Штрафы капали каждый день, но для меня это было слишком медленно. Лихой прикончит меня раньше, чем я попаду в красную зону.
Но удача пришла откуда не ждали. Похоже, в этом мире иначе не бывало, но повезло мне лишь потому, что кто-то где-то умер. И меня переставили с костей на сортировку риса. Это была их главная ошибка.
Рисом тут называлась белесая крупа скорее шарообразной формы. Именно из неё готовилась та жидкая дрянь, которую я ел все эти дни. Моей задачей было следить, чтобы сито, через которое просеивалась крупа, не забивалось. Я должен был убирать слипшиеся комочки и складывать их в отдельное ведро. Они позже пойдут нам в пищу, а нормальное зерно — нормальным людям.
Разумеется, при виде этого праздника живота я тут же сорвал маску и принялся запихивать рис в глотку горстями. Сухой, твёрдый, абсолютно безвкусный. Я грыз его с такой скоростью, что треск стоял в ушах. Глотал, давился, хрипел, но продолжал есть. Кажется, охранники среагировали лишь через две минуты, после чего влетели в сортировочную, повалили меня на пол и принялись избивать, но было уже поздно.
Позже я добрался до столовой и на имеющиеся кредиты запил всё водой. Рис в животе разбух, даруя чувство сытости, которого я, кажется, не испытывал никогда. Настоящее блаженство. Потом всю ночь мне крутило живот, так что уснул с трудом, но оно того стоило.
В итоге за эту выходку, помимо избиения и криков старшего, мне влепили тысячу кредитов штрафа. И вернули на кости, само собой.
На следующий рабочий день я действовал умнее. Отработал положенную смену, заработал кредитов, а примерно за час до конца просто ушёл со своего места и направился к рисовой кормушке. Охранник на входе вовремя меня увидел и открыл рот, но тут же получил по лицу лопатой. Той самой, которой я грузил кости в тележку. Уже через две минуты прибежали ещё несколько охранников, и им пришлось приложить немало сил, чтобы оторвать меня от чана с рисом.
Дальше всё по накатанной: избиение, мат, уже две тысячи штрафа за рецидив. К сожалению, в столовую меня не пустили. Хорошо, что в обед я потратил все заработанные кредиты на воду, так что зёрна легли куда надо.
Вторую ночь спал ещё хуже. Тело ныло от побоев, зато желудок потихоньку начал привыкать к необработанной пище.