Джинн

Глава 22

Горе

Когда ты теряешь родных тебе людей, то можешь и потерять смысл.

Моя цель была, оставлять Джинна в живых, пока он полезен и защищает мою семью, возрождает её. А теперь…теперь в этом нет смысла. Он не просто не помог, а сделал хуже.

Перед глазами пелена из слёз. Отчаяние так и вырывается из меня. Кричу и брыкаюсь в его руках. Хочу убить его прямо сейчас. Уничтожить. Отомстить уже не только за отца. За всю семью.

Он не смог их защитить. Не смог спасти и помочь.

Я лишилась всего и сразу.

Вырываюсь. Бегу в сторону дома. Параллельно набирая в телефоне номер Рината.

Гудок идёт, но трубку никто так и не берёт. Пробую ещё пару раз. Тщетно.

Теперь Адам.

Здесь сразу мне сообщает, что его телефон отключён.

Арил… Он точно был в доме. Ещё прощался так со мной… Но всё равно набираю. С дикой надеждой, что успел…Что может хотя бы через окно выпрыгнул или ещё как.

«Абонент отключён или находиться вне зоны действия сети»

Ужасно противный голос. Не правда ли?

— Мина, стой!

Снова хватает и удерживает. Пытается привести в чувства. Конечно, он не ожидал, что я могу выпрыгнуть из машины, когда она на ходу. Я просто открыла дверь и выпрыгнула. Повредила колени и расцарапала все руки. Даже лицо задела сильно. Удар об асфальт был жёстким.

Но я не могла ехать с ним дальше, когда мой дом, родные и любимые люди полыхают в огне. Я должна хоть чем-то помочь.

— Отпусти меня! Ненавижу тебя! Ты их не защитил! Хотя обещал! — кричу ему в лицо и выдёргиваю руки из захвата.

— Ты обещал мне! — плачу и кричу. Настоящая истерика и во всём виноват он.

Разворачиваюсь и хочу бежать дальше. Я должна убедиться, увидеть своими глазами и если, есть шанс, то вытащить кого-нибудь, помочь.

Но меня резко перехватывают. Заламывают руки и я падаю на колени.

— Свяжите и дайте успокоительного. — вижу вначале только его брюки и до отвращения чистую обувь. Поднимаю голову и смотрю на этого шайтана с такой ненавистью, где обещаю, что убью его. Но вначале он пройдёт все круги ада. Обещаю это себе.

Выдерживает мой взгляд со свойственным ему спокойствием и ужасающей энергетикой.

— Ромео, отвези её в аэропорт и доставь в новый дом. Я прилечу через три дня.

— Хорошо, Джинн, — говорит рядом появившийся парень. Очень молодой и на его фоне кажется слишком худым, но на самом деле. Он достаточно высокий, а внешностью напоминает известную кинозвезду, не помню, как его зовут, но, по-моему, он как раз и играл Ромео в фильме. Прям точно молодая его версия.

Джинн присаживается на корточки передо мной, и наши лица ровняются, взгляды скрещиваются. Мой ненавистный и убивающий, его тяжёлый и угнетающий.

— Сев в мою машину, ты сделала выбор, Мина. Теперь ты моя.

Ах, ты подонок! Неужели он изначально не собирался помогать моей семье?

Только хочу дёрнуться и плюнуть ему в лицо, как шеи касается игла.

— Что вы мне вкололи⁈ — резко дёргаюсь в руках верзилы, кажется, этот меня как раз таки пьяной привозил к Джинну.

Лицо Джинна сменяется на более светлое и милое, того самого Ромео.

— Это для твоей же безопасности, ну и успокоишься, поспишь просто немного. — объясняет как ребёнку и мило улыбается.

Никого не волнует, что мой дом полыхает? Что там людей убили? Что я возможно, лишилась всех и сразу.

Стоят такие спокойные, а у этого Ромео даже настроение приподнято. Улыбается так мило, будто солнышку радуется.

Сволочи! Ненавижу вас всех!

Ярость вскипает, но выразить я её не успеваю, потому что веки становятся тяжёлыми, а руки и ноги, будто немеют и перестают слушаться, шепчу последние слова и обмякаю, проваливаясь в самую страшную и удушающую меня темноту.

* * *

Три дня.

Самые тяжёлые и ужасные в моей жизни. Утро, ночь совершенно неважно, какой день недели и сколько времени. Я в таком ужасе и горе нахожусь, что не замечаю ничего.

Никак меня привезли в какой-то дом, на закрытой территории. Очнулась я ещё в самолёте. Передо мной сидел Ромео. Все с такой же светящейся рожей, предлагал кофе или что-то поесть.

Он был со мной везде. Всё переводил и старался меня как-то подбодрить, но на главные мои вопросы остался ли кто-то в живых и что со мной будет дальше, вежливо молчал или переводил тему.

Я отказывалась от всего. Еды, одежды, прогулок по их саду. Комнату разгромила, как вошла.

Руки мне никто больше не связывал и усыпить не пытался. После нескольких попыток со мной поговорить или накормить. Ромео, наконец, оставил меня в покое. Давая выпустить всю боль и ненависть. Только легче мне не стало.

Вначале ярость и неверие, что это вообще произошло. Надежда, что взрыв — это просто сон. А потом открываю глаза и вижу вокруг себя, разгромленную мной же комнату, и реальность с новой силой обрушивается на меня.

Мне кажется, что слёз не осталось, я выплакала, всё, что могла. И на третий день, когда мне уже казалось, что легче покончить собой, чем стать его. В комнату постучали.

Как обычно, ничего не отвечаю.

— Привет?

Знакомый голос заставляет повернуться. Девушка Лиса, тот самый милый ангел, стояла в дверях, осматривая мои разрушения, и, видимо, была удивлена. Но наткнувшись на мой взгляд, расплылась в улыбке и зашла, закрыв за собой дверь.

— Смотри, что я принесла, — девушка аккуратно садится на край постели возле моих ног и протягивает мне телефон. Не понимаю, что она говорит.

Но присутствие этой девушки, делают эту комнату уже не такой ужасной. И вообще, мне хочется снова разрыдаться.

А я думала, что уже не смогу.

Смотрю всё же на экран, что она мне так настойчиво пытается протянуть.

И вижу приложение, где можно говорить, а потом оно переведёт твоё голосовое на другой язык, правда, больше текстом, но вроде и прослушать можно будет.

Так, она мне предлагает поговорить. И Ромео звать не стала, захотела со мной наедине. А учитывая, что я не говорю по-русски, а она по-итальянски, нашла выход.

Мило. Но разговаривать я даже с ней не хотела.

Хотя, может, она, что-о скажет о моей семье?

Склоняюсь над телефоном и аккуратно нажимаю на микрофон, запись начинается.

Потом она читает перевод. Вижу, как тень сожаления появляется на её лице. Лучшего ответа я не получу. Здесь же отворачиваюсь и прижимаю к себе ноги.