Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 175 из 218

— Рискованно не идти в бой, когда враг собирает силы, — ответил Сергей. — Но окончательное решение я приму в Данциге. Поговорю с князем Велимиром, узнаю, что ему известно — может, его разведчики уже что-то выяснили. А потом — решим.

— А если Велимир ничего не слышал и не знает? — спросил Асмунд.

— В конце концов, поморянскому князю будет полезно знать, что у него под боком собирается большое войско. Он поблагодарит нас за новые сведения, а мы будем действовать сами, по обстоятельствам, — Сергей посмотрел на захваченные драккары. — Теперь у нас пять кораблей. И одна хорошая легенда. Но снекку я снова отдам Венсану. Он вместе с женщинами останется в Данциге дожидаться Ратибора, если мы все же решимся идти к Лешко.

Товарищи понимающе кивнули.

— Асмунд, поговори с остальными пленными, прежде чем… Ну, ты понял, — приказал Сергей. — Хорошо бы получить подтверждение словам этого Торкеля. Может быть, оставим кого из них еще.

Допрос остальных пленных ничего нового не добавил, но двое раненных свеев, которых перевязал Редферн, слова Торкеля подтвердили: Лешко собирает войско, наемники стекаются со всей Балтики, платят хорошо, а против кого — неизвестно. И про встречу в Данциге и пароль они тоже слыхали.

* * *

Потери своих пересчитали, когда закончили ремонт драккаров, подсчет трофеев и допросы. Четверо убитых, семеро раненых, двое из которых — тяжело, неизвестно, выживут ли. Не слишком дорогая цена за один потопленный и два захваченных корабля.

— Имена павших мы будем помнить всегда, — сказал Сергей своим людям. — А их долю добычи передадим семьям.

Редферн прочитал краткую молитву для тех, кто склонялся к Христу, а Сергей сказал несколько слов для язычников, снова примерив на себя роль годи.

Убитых завернули в парусину, положили на доски и пустили в открытое море.

— Возвращайтесь к предкам с честью, — сказал Сергей, глядя, как тела уплывают к горизонту. — Вы достойно сражались.

Анетта и Вендела вылезли из своего укрытия на палубу, когда все было кончено. Анетта была бледна, но держалась мужественно. Она прошла между рядами раненых, присела рядом с каждым, сказала несколько слов. Вендела помогала Редферну перевязывать тех, кто еще нуждался в помощи.

— Ты не боишься крови? — спросил ее Маклауд.

— Я женщина Севера, — ответила Вендела, даже не подняв головы. — Я видела кровь, и не раз. Не только на чужих руках.

— А на своих?

Она промолчала. Маклауд понял, что спросил лишнего, и отошел.

* * *

Через час корабли снова взяли курс на восток. Раненых разместили на палубе флагмана, захваченные драккары приняли трофейные команды гребцов.

Бьёрн Корабел, осмотрев один, одобрительно хмыкнул:

— Добрый драккар. Свеи умеют строить корабли не хуже данов.

— Сможешь им управлять? — спросил Сергей.

— Смогу, конечно, — ответил Бьёрн, хмыкнув. — Но не стану. Рулевым на нем будет мой помощник — Лейф. Он уже достаточно обучен.

— Хорошо, — пожал плечами Сергей. — Тебе виднее, если так уверен в Лейфе. На второй корабль есть кормчий?

— Найдем, — коротко кивнул Корабел.

К вечеру ветер переменился, подул с юга, и корабли снова набрали хороший ход. Море успокаивалось, волны становились ниже, и на западе, там, где только что бушевал бой, уже ничего не напоминало о схватке — только несколько обломков, медленно дрейфовавших вдали.

— Еще день-два, — сказал Бьёрн, глядя куда-то в море. — Если ветер не переменится, послезавтра утром точно будем в Данциге.

— А если переменится?

— Тогда через три дня.

Сергей кивнул. Потом перебрался на нос «Быстрого Ворона» и долго смотрел на восток, туда, где за горизонтом его ждал Данциг, а в Данциге — князь Велимир, который, возможно, уже знал о том, что замышляет Лешко.

Он думал о плане внедрения. Если удастся выдать себя за людей Арнульфа и проникнуть в лагерь лехитов, можно будет узнать их планы, найти слабые места и, возможно, предотвратить войну до того, как она начнется. А может быть, даже нанести удар изнутри — убить Лешко или его ближних, посеять панику, разогнать наемников.

— О чем задумался? — спросил Асмунд, подходя к ярлу.

— О том, как мы будем играть роли, — ответил Сергей. — Нам понадобятся все люди, которые умеют притворяться и которые не побоятся рискнуть.

— У нас такие есть, — усмехнулся Асмунд. — Маклауд врет как дышит, Редферн может притвориться святым — он и есть почти святой, а Венсан и вовсе сыграет кого угодно, хоть ярла, хоть трэля.

— А ты?

— А я буду молчать. Молчать легко. Я много лет тренировался.

Сергей рассмеялся — впервые за день.

— Хорошо, — сказал он. — Завтра мы будем готовиться, а в Данциге — решим. Но Венсан не пойдет с нами. Он снова останется оберегать женщин и нашу казну, только уже в гостях у Велимира.

Асмунд пожал плечами.

— Франку это не понравится. Он любит драться, а не сидеть без дела…

— Ему не привыкать, — ответил Сергей. — Это его работа — охранять госпожу.

Он повернулся к корме, где Бьёрн Корабел держал рулевое весло.

— Держи курс, — сказал Сергей. — Мы идем домой.

— Домой? — переспросил Бьёрн. — Данциг нам не дом.

— Пока нет. Но станет, по крайней мере, временно.

Ночь прошла спокойно. Луна светила ярко, освещая море призрачным светом. Корабли шли плотной группой, и на палубах только дозорные не спали, всматриваясь в горизонт.

На рассвете ветер снова переменился — подул с северо-запада, холодный, резкий. Паруса наполнились, и корабли понеслись быстрее.

— Попутный, — довольно сказал Бьёрн Корабел. — К вечеру будем в Данциге.

Сергей почувствовал, как напряжение, копившееся несколько дней, начало отпускать. Данциг — это не конечная цель, но важный этап. Там — встреча с князем Велимиром, там — новости, там — возможность передохнуть и подготовиться к следующему шагу.

Он двинулся к шатру, где Анетта сидела с матерью.

— Серж, — сказала она, поднимая на него глаза. — Мы скоро будем в Данциге?

— К вечеру, — ответил он. — Потерпи еще немного.

— Я уже давно научилась терпеть, — она улыбнулась. — С тобой это легко.

— Не обманывай, — он присел рядом. — Я знаю, что тебе трудно.

— Трудно — это когда нет надежды. А у меня она есть, — Анетта взяла его за руку. — У нас есть будущее, Серж. Я в это верю.

— Я тоже, — сказал он. — Поэтому мы и плывем вперед.