Страница 159 из 218
Допрос остальных пленных ничего нового не добавил, но двое раненных свеев, которых перевязал Редферн, слова Торкеля подтвердили: Лешко собирает войско, наемники стекаются со всей Балтики, платят хорошо, а против кого — неизвестно. И про встречу в Данциге и пароль они тоже слыхали.
* * *
Потери своих пересчитали, когда закончили ремонт драккаров, подсчет трофеев и допросы. Четверо убитых, семеро раненых, двое из которых — тяжело, неизвестно, выживут ли. Не слишком дорогая цена за один потопленный и два захваченных корабля.
— Имена павших мы будем помнить всегда, — сказал Сергей своим людям. — А их долю добычи передадим семьям.
Редферн прочитал краткую молитву для тех, кто склонялся к Христу, а Сергей сказал несколько слов для язычников, снова примерив на себя роль годи.
Убитых завернули в парусину, положили на доски и пустили в открытое море.
— Возвращайтесь к предкам с честью, — сказал Сергей, глядя, как тела уплывают к горизонту. — Вы достойно сражались.
Анетта и Вендела вылезли из своего укрытия на палубу, когда все было кончено. Анетта была бледна, но держалась мужественно. Она прошла между рядами раненых, присела рядом с каждым, сказала несколько слов. Вендела помогала Редферну перевязывать тех, кто еще нуждался в помощи.
— Ты не боишься крови? — спросил ее Маклауд.
— Я женщина Севера, — ответила Вендела, даже не подняв головы. — Я видела кровь, и не раз. Не только на чужих руках.
— А на своих?
Она промолчала. Маклауд понял, что спросил лишнего, и отошел.
* * *
Через час корабли снова взяли курс на восток. Раненых разместили на палубе флагмана, захваченные драккары приняли трофейные команды гребцов.
Бьёрн Корабел, осмотрев один, одобрительно хмыкнул:
— Добрый драккар. Свеи умеют строить корабли не хуже данов.
— Сможешь им управлять? — спросил Сергей.
— Смогу, конечно, — ответил Бьёрн, хмыкнув. — Но не стану. Рулевым на нем будет мой помощник — Лейф. Он уже достаточно обучен.
— Хорошо, — пожал плечами Сергей. — Тебе виднее, если так уверен в Лейфе. На второй корабль есть кормчий?
— Найдем, — коротко кивнул Корабел.
К вечеру ветер переменился, подул с юга, и корабли снова набрали хороший ход. Море успокаивалось, волны становились ниже, и на западе, там, где только что бушевал бой, уже ничего не напоминало о схватке — только несколько обломков, медленно дрейфовавших вдали.
— Еще день-два, — сказал Бьёрн, глядя куда-то в море. — Если ветер не переменится, послезавтра утром точно будем в Данциге.
— А если переменится?
— Тогда через три дня.
Сергей кивнул. Потом перебрался на нос «Быстрого Ворона» и долго смотрел на восток, туда, где за горизонтом его ждал Данциг, а в Данциге — князь Велимир, который, возможно, уже знал о том, что замышляет Лешко.
Он думал о плане внедрения. Если удастся выдать себя за людей Арнульфа и проникнуть в лагерь лехитов, можно будет узнать их планы, найти слабые места и, возможно, предотвратить войну до того, как она начнется. А может быть, даже нанести удар изнутри — убить Лешко или его ближних, посеять панику, разогнать наемников.
— О чем задумался? — спросил Асмунд, подходя к ярлу.
— О том, как мы будем играть роли, — ответил Сергей. — Нам понадобятся все люди, которые умеют притворяться и которые не побоятся рискнуть.
— У нас такие есть, — усмехнулся Асмунд. — Маклауд врет как дышит, Редферн может притвориться святым — он и есть почти святой, а Венсан и вовсе сыграет кого угодно, хоть ярла, хоть трэля.
— А ты?
— А я буду молчать. Молчать легко. Я много лет тренировался.
Сергей рассмеялся — впервые за день.
— Хорошо, — сказал он. — Завтра мы будем готовиться, а в Данциге — решим. Но Венсан не пойдет с нами. Он снова останется оберегать женщин и нашу казну, только уже в гостях у Велимира.
Асмунд пожал плечами.
— Франку это не понравится. Он любит драться, а не сидеть без дела…
— Ему не привыкать, — ответил Сергей. — Это его работа — охранять госпожу.
Он повернулся к корме, где Бьёрн Корабел держал рулевое весло.
— Держи курс, — сказал Сергей. — Мы идем домой.
— Домой? — переспросил Бьёрн. — Данциг нам не дом.
— Пока нет. Но станет, по крайней мере, временно.
Ночь прошла спокойно. Луна светила ярко, освещая море призрачным светом. Корабли шли плотной группой, и на палубах только дозорные не спали, всматриваясь в горизонт.
На рассвете ветер снова переменился — подул с северо-запада, холодный, резкий. Паруса наполнились, и корабли понеслись быстрее.
— Попутный, — довольно сказал Бьёрн Корабел. — К вечеру будем в Данциге.
Сергей почувствовал, как напряжение, копившееся несколько дней, начало отпускать. Данциг — это не конечная цель, но важный этап. Там — встреча с князем Велимиром, там — новости, там — возможность передохнуть и подготовиться к следующему шагу.
Он двинулся к шатру, где Анетта сидела с матерью.
— Серж, — сказала она, поднимая на него глаза. — Мы скоро будем в Данциге?
— К вечеру, — ответил он. — Потерпи еще немного.
— Я уже давно научилась терпеть, — она улыбнулась. — С тобой это легко.
— Не обманывай, — он присел рядом. — Я знаю, что тебе трудно.
— Трудно — это когда нет надежды. А у меня она есть, — Анетта взяла его за руку. — У нас есть будущее, Серж. Я в это верю.
— Я тоже, — сказал он. — Поэтому мы и плывем вперед.
Глава 6
К вечеру, когда солнце уже коснулось края горизонта, на востоке показались очертания города. Сначала много дымов над крышами домов, потом — деревянные башенки, потом — причалы.
— Данциг! — крикнул наблюдатель на мачте.
— Ну вот мы и дома, — улыбаясь, сказал Маклауд, спрыгивая с носа, где он сидел на фигуре дракона, обхватив ее ногами, на палубу.
— Это не дом, дружище, — поправил его Асмунд. — Это временное убежище.
— Для меня любое место, где есть пиво и женщины, — дом, — ответил скотт, продолжая ухмыляться.
Асмунд только покачал головой.
Корабли вошли в гавань. На причалах суетились люди, рыбаки, купцы, грузчики, заканчивая дела перед сном. Слышалась разноголосая речь — поморянская, германская, датская, даже арабская.
Князь Велимир, предупрежденный дозорными, ждал прибывших на берегу. Невысокий, плотный, с круглым лицом, изрезанным мелкими морщинами, и умными серыми глазами, он был одет в богатый, но неброский кафтан и держал в руке резной посох. Рядом с ним стояли воеводы Добромир и Малобуд, а позади — несколько дружинников.