Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 25 из 129

Глава 11

На рассвете, как и было условлено, мы переплыли пролив на нескольких небольших, но крепких лодках. На берегу нас уже ждали готовые к походу лошади и два десятка дружинников епископа. Не его, конечно, а монастыря, но настоятель считал их своими. Естественно, ведь подчинялись бойцы именно Эгберту.

В общей сложности, наш отряд насчитывал около полусотни всадников. С Эгбертом, помимо охраны, за налогами отправились один из его замов, а также келарь, елемозинарий и четверо монахов. Эти будут непосредственно взимать, считать, записывать и учитывать полученные деньги. Ну, или товары, потому что деньги водятся далеко не у всех. Это не страшно — натурой брать налог тоже хорошо. Так даже дешевле всем выйдет, без посредников, обязательно появляющихся при перепродаже. Кстати, вся братия, включая епископа, ехала верхом, хотя телеги у нас тоже были. Интересно, я-то думал, что они только пассажирами или пешком могут.

Охрана представляла собой довольно дисциплинированных бойцов под руководством двух десятников и полусотника, командующего ими всеми. Не ополченцы в кожаных тужурках, а настоящие гвардейцы в приличных доспехах. Причем, королевские гвардейцы. Король Энред не поскупился, и прислал в святую обитель пятьдесят своих гвардейцев для защиты родственника и церковного имущества от посягательств северных дьяволов. Поэтому-то бойцы немного косо и с опаской поглядывали в сторону моих хирдманов. Да и наплевать, это их проблемы и их комплексы.

В деревню, где проходила ярмарка, мы прибыли к полудню, заехав по пути в пару селений и получив от старост налоги, в виде мешочков с серебром. Зажиточные, получается селения, раз наличка водится. Еще несколько жилых территорий мы проехали мимо.

— Сюда заглянем на обратном пути, — пояснил Эгберт. — Эти платят пищей и своими плодами труда, не тащить же туда-сюда.

Ага, понятно. Нищие дадут натурпродуктами и изделиями.

Взимание налогов проходило спокойно и без эксцессов. Да и кто посмеет рыпнуться на такую толпу профессиональных вояк…

Деревня с ярмаркой была довольно большой. Даже и деревней как-то называть ее неудобно. Скорее, село. Нашу процессию встретил староста. Его называли здесь ривом

34

и был он уважаемым человеком, назначенным на должность самим королем. То есть, монастырю это село не принадлежало. Мы сюда чисто на ярмарку прикатили. Нет, конечно, церковная власть распространялась и сюда, но только духовная. Никаких имущественных прав тут у церкви не было.

Епископ с очень важным видом представил меня риву, как посланника Папы Римского, своего дорогого гостя и большого друга.

— Рив Патси — троюродный дядя нашего короля, — шепнул мне на ухо Эгберт. — Мы с ним тоже в родстве. Энред прислушивается к его словам, поэтому было бы неплохо заручиться ривовой поддержкой!

— Хорошо, преподобный, я обязательно переговорю с ривом Патси! — шепнул я в ответ.

Вот тебе и секретная миссия! Да о ней скоро вся Нортумбрия болтать будет. Ладно, пофиг, я же ведь «сварщик не настоящий». Плевал я на их секретность, лишь бы деньги собрали и мне передали. А там уж я разберусь!

Рив потащил нас к себе на подворье. Конечно, таких уважаемых гостей нужно сразу же накормить и напоить! Чего-то я подустал от этого средневекового гостеприимства. Как провалился сюда, так, считай, из-за стола не вылезаю. Так можно и ожирение с алкоголизмом заработать! Надо бы заняться физическими тренировками и улучшением боевых навыков. Но потом, после пира с ривом. Или, скорее, уже только в монастыре…

Для меня, монастырского руководства и военных начальников стол накрыли в доме, а всем остальным нашим спутникам предложили пировать во дворе. Лучше бы я с ними посидел, на свежем воздухе, чем нюхать вонь ривового дома. Но ничего не поделаешь, статус не позволяет. Я взял с собой только Асмунда, как начальника моей охраны. Остальным исподтишка погрозил кулаком, чтобы не вздумали буянить.

Ну, хоть кормили тут очень неплохо. Кажется, у рива имелся гениальный повар. Еда была великолепная. Чего не скажешь о пиве, точнее, эле — кислятина невкусная. Пришлось пить вино, щедро разбавляя его водой, чтобы не окосеть раньше времени.

После нескольких дежурных тостов в честь короля, гостей и хозяина дома, Эгберт решился сообщить риву цель моей миссии и свои опасения касательно архиепископа Паулина. Рив выслушал и согласился с аббатом в том, что преподобный обязательно попробует перехватить инициативу по сбору нового налога.

— Наверняка Паулин не упустит возможности засунуть лапу в такой мешок серебра! — сообщил нам уже сильно пьяный хозяин.

Он, в отличии от меня, винище хлестал неразбавленное. И мешал с элем. Как и Эгберт, кстати.

— Я поеду в Йорк и поговорю с королем, пока архиепископ еще ничего не знает! Но ты, Эгберт, сделаешь, как всегда. Понял?

Епископ испуганно скосился в мою сторону, пытаясь понять, услышал ли я намек рива про откат. Я сделал вид, что пьян и ничего не понял. Более того, я стал клевать носом, как будто бы засыпаю.

Увидев это, аббат усиленно затряс головой и замахал руками, подавая Патси сигнал заткнуться. До того дошло, что сболтнул лишнего при постороннем.

— Пришлешь мне рыбы, племянник! — нашелся рив. — Я люблю твою морскую рыбку. Мой повар ее чудесно готовит!

Ой, цирк какой-то. Ну, лошары! Мне очень хотелось рассмеяться, но я сдержался. Значит, нагреть руки на моей миссии захотят все. Интересно, сколько король отщипнет себе в карман? Как бы не вышло, что мне всучат жалкие остатки от «денария святого Петра», вместо всей суммы.

Надо подумать, как предотвратить грабеж уже, практически, из моего кармана. Епископа я, скорее всего, подцеплю на крючок, с мерзкими делишками его подчиненных в монастыре. Рива он должен будет урезонить сам. Пусть думает, как. Остается король и архиепископ Паулин…

Ладно, сейчас про это думать рано, время покажет, как поступить.

Я глупо улыбнулся риву и уронил голову на грудь, прикинувшись спящим. Трогать меня никто не стал, а рив с епископом шепотом принялись обсуждать, какую же сумму можно получить с нортумбрийцев всего и сколько можно будет положить себе в закрома. К общему мнению они так и не пришли. Поругались, поболтали, продолжая пить, и, в конечном итоге, задрыхли, пьяные вдребезги.

Я «проснулся», потянулся и вышел во двор проветриться. Асмунда, сидевшего за другим концом стола, я поманил пальцем за собой. Хватит жрать и пить, пора меня охранять.

Во дворе вовсю шел пир младшего комсостава и рядовых дружинников. Вместе с ними пировали и какие-то местные граждане, которые удостоились чести посетить мероприятие.

Мы с хольдом дружно освободились от лишней жидкости в углу двора. Потом огляделись, и подсели за стол к нашим хирдманам, о чем-то увлеченно болтающим с человеком в богатой одежде, походящим своим видом на купца или бонда-землевладельца. Говорили на древнескандинавском, что характерно. Ага, значит купец все-таки.

Так и оказалось. Меня представили, с большим почтением раздвинувшись на скамье и уступив место. Я пыжиться не стал и уселся там, схватив первую же наполненную кружку. В ней был эль, причем очень неплохой, в отличии от того, что подавали в доме рива. Странно.

Купец назвался лордом Колдером и сообщил, что имеет обширные землевладения неподалеку. Сам он регулярно ходит на собственных кораблях, а у него их аж три штуки, в Европу. Торгует и с франками, и с фризами, и с данами. То есть бывал практически на всем северном побережье Европы и в Скандинавии. В торговые походы ходит именно сам, что говорило о нем, как о человеке смелом и решительном.