Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 97 из 184

— Сдается мне, хевдинг, что эти ливы хотят поживиться нашим добром! — проговорил он.

— Ты уверен? — хмыкнул Магни. — Думаешь рискнут?

— Когда у тебя больше сотни хускарлов, то почему бы и не рискнуть? — ответил Торгильс, пожав плечами.

— Больше сотни? — Магни уже не был так спокоен. — Прикажи-ка гребцам ускориться. Проверим!

Гребцы увеличили темп. Через несколько минут стало понятно, что ливы действительно их преследуют. Они тоже увеличили скорость, причем их ярл, или кто там у них главный, посадил всех на скамьи, вознамерившись догнать снекку как можно скорее.

— Наверное, ему известно про Новый гард, и он хочет успеть остановить нас до него! — вскричал Магни. — Все на весла! Мы должны дойти раньше!

Быстроходная снекка пулей полетела по темному Волхову.

— Поднажмите, хускарлы! — подбодрил хирдманов юный хевдинг. — Хотелось бы поужинать сегодня дома, а не в Вальхалле!

И они поднажали. Но по пять десятков гребцов на каждом драккаре — это, действительно, очень много. Медленно, но верно, ливы догоняли их.

Вот и причалы показались со свежими строениями на берегу. Снекку Магни заметили и, кажется, поняли, что не все в порядке. У причалов началась суета, забегали караульные и через некоторое время Магни услышал сигнал рога, трубящий «Опасность!».

Это был рог его ближайшего друга и хольда Стурлы.

Когда кораблик Магни почти поравнялся с причалами, хевдинг заметил, что вся караульная смена грузится на снекку. Других кораблей видно не было. И больше никого на берегу! Где же конунг? Неужели ушел? Это значит, что к берегу идти нельзя. Если ливы высадятся на берегу, гарду конец. Сожгут. Надо грести в озеро. Возможно, что конунг с остальными хирдманами там. Что-то они говорили про рыбалку…

Хевдинг заметил, что снекка со Стурлой и Эгилем наконец отчалила и устремилась за ними. А сам Магни уже выходил на озерный простор.

Враги настигали. Но здесь, на водном просторе Ильменя, хотя бы имелась возможность для маневра. Магни сообразил, что Стурла с Эгилем спешат им на помощь, чтобы успеть оттянуть на себя второй драккар ливов. И еще они продолжали подавать сигнал опасности — изо всех сил со снекки ревел рог Стурлы. Это значит, что они зовут конунга, и тот где-то рядом. Магни вгляделся в водную гладь, но не увидел парусов. Ну да, впрочем, ветра почти не было, поэтому конунг мог и без паруса, чисто на веслах, уйти.

Хоть какой шанс. С командами двумя драккаров, целой сотней с лишним ливов, экипажу Магни, состоящему всего из двух десятков, не справится при всем желании. Правда, и со Стурлой победа им вряд ли светит. Половина хирдманов его десятка — неопытные юнцы, и Магни это прекрасно понимал. Но сдаваться никто не собирался. Ливы еще пожалеют. Они не знают, с кем решили связаться. Не зря конунг дал Магни прозвище — Отважный.

— Вот уж нет, обойдетесь! — азартно вскричал Магни. — Сегодня вечером мы будем пировать!

Двусмысленно сказал, но все его поняли. А для тех, кто не понял, хевдинг добавил:

— И мне еще жениться надо! А для этого серебро нужно! Добудем сегодня немного серебра, ребята!

Ребята дружно заревели, а Торгильс Угрюмый добавил:

— И золота! Побольше золота! Да и драккары новые нам не помешают!

— Да! — громогласно поддержали парни.

* * *

Вот уже пролетела мимо причалов снекка Магни. И оба преследователя тоже на всех веслах прошли. А Стурла с Эгилем только отчалили от берега. Не успевают перехватить, однозначно. Бронзовое било, в которое колотил один из хускарлов по команде кормчего Эгиля, задало бешеный ритм, но это помогало мало. Что ж, будут догонять.

А Магни выскочил уже в озеро, на широкий водный простор.

С драккаров заметили, что от причала за ними рванул еще один кораблик, и дружно заревели, не сбросив, однако, скорости. Видать, обрадовались, что дополнительная добыча сама в руки плывет.

Хевдинг Магни, стоя у рулевого весла, прекрасно видел, что враг догоняет их, но поделать ничего не мог. Тогда он приказал половине хирдманов оставить весла и готовиться к бою — надевать брони и доставать оружие. Когда эти воины изготовились, они сменили остальных гребцов, предоставляя им время также облачиться в доспехи.

Полетели первые стрелы. Драккары немного разошлись в стороны, встав на параллельный курс, чтобы взять снекку Магни в клещи и атаковать сразу с двух бортов.

Когда от преследователей оставалось каких-то двадцать локтей, Магни скомандовал резко опустить весла левого борта в воду. Снекка круто повернула, рискованно подставляя борт под вражеский драккар, но столкновения удалось избежать. Кормчий на драккаре в последний момент разгадал маневр и сделал то же самое. Ломая друг другу весла, корабли сошлись бортами. А вот на втором драккаре сообразить не успели и пролетели мимо. Клещи не удались. Однако, снекка Магни с вражеским кораблем уже сцепилась намертво — противники забросили кошки. Начался бой.

Второй драккар не успел развернуться, как его догнала снекка Стурлы. И эти два корабля тоже сошлись бортами.

Эгиль швырнул копье, пригвоздив к борту какого-то крикливого лива из старших, и сам прыгнул первым на палубу противника. За ним посыпались остальные хирдманы. Враги не ожидали такой прыти от малочисленной команды, что дало небольшую фору. Сбившись в плотную кучу, прикрытую щитами, хирдманы Стурлы и Эгиля ощетинились копьями в центре вражеской палубы.

Магни пришлось хуже. У него произошло все в точности наоборот — его людей разделили враги, выдавливая к носу и корме.

* * *

Конунг заметил, что в истоке Волхова происходит неладное, первым. И сразу скомандовал бросать бредень, уже полный рыбы, который вытаскивать было некогда, и ударить по веслам. Харальд на втором корабле услышал его и проделал то же самое. Обе снекки устремились на помощь своим.

Конунг летел на выручку на всех парах. Точнее, на всех веслах. Благо, количество гребцов позволяло это сделать. Он уже увидел, как сошлись корабли — свои снекки и чужие драккары, и смог отчетливо разглядеть, что началась ожесточенная схватка. Харальд отставал от конунга всего лишь на пару десятков метров. До места схватки примерно километра три, поэтому Хельги рассчитывал прибыть на помощь уже через несколько минут. Удары по бронзовому диску выдавали бешеный ритм, и гребцы выкладывались на полную, стараясь изо всех сил.