Страница 133 из 184
Хельги пристально рассматривал ромея минут пять, не произнося ни слова. Ромей не выдержал взгляда и опустил глаза в землю. Наконец, конунг произнес:
— Я хочу поговорить с ним.
— Он твой, — пожал плечами Бермята. — Я свое дело выполнил, сохранил его для тебя.
— Принесите мне кресло и оставьте нас вдвоем! — приказал Хельги.
Когда приказ был выполнен, конунг уселся в кресло и произнес, глядя на ромея:
— Я могу сделать с тобой все, что захочу. Ты мой.
— Делай, — безразлично ответил ромей. — Мне все равно. Хоть режь, хоть пытай.
— Легко умереть я тебе не дам, не надейся!
— Я уже давно ни на что не надеюсь…
— Правильно. Ты уже мертвец. Ответь мне на один вопрос. Зачем покушался на меня и княжну?
— Я должен был отомстить за боярина Пожегу… — все такое же безразличие так и сквозило во взгляде Афанасия.
— Для чего? Кто тебе был Пожега?
— Он спас меня от смерти. Я был обязан ему всем. Я был рабом и меня собирались принести в жертву каким-то вашим нурманнским богам, а боярин выкупил меня и приблизил!
«О, хоть какие-то эмоции проявились!» — подумал Хельги. — «А вообще интересный персонаж, этот ромей. Настолько преданный, что готов умереть. А если попробовать его перевербовать?»
— А зачем стал служить Драгомиру? — конунг продолжил разговор. — Он тебя тоже от чего-то спас?
— Я ему не служил! — с вызовом ответил ромей. — Я работал на него за деньги! Я много чего умею и могу быть полезен любому правителю!
— Ты трэль, ты раб, ты ничто! — обломал ромея Хельги.
— Теперь да… — согласился Афанасий и снова поник.
— Ты хочешь жить, Афанасий? — спросил тогда конунг.
— Жить хотят все! — уже с интересом посмотрел в глаза Хельги ромей.
— Это смотря как жить, — возразил конунг. — Можно жить свободным человеком, богатым, верным своему господину. А можно жить слепым и немым трэлем в свинарнике. Каждый сам делает свой выбор!
— Зачем ты это мне все говоришь? — осторожно спросил ромей. Кажется, в его глазах появилась надежда.
— Ты умеешь быть верным, и мне это нравится. Но готов ли ты, уже мертвец, восстать из мертвых и начать новую жизнь?
— Ты предлагаешь мне служить тебе? — недоверчиво спросил Афанасий.
Конунг посмотрел ему прямо в глаза. На этот раз ромей взгляда не отвел, стоял прямо.
— Я могу дать тебе новую жизнь, — наконец произнес Хельги. — Готов ли ты быть верным мне?
— Я буду верен тебе, господин! — выдохнул ромей. — Я умею быть верным!
Афанасий упал на колени, опустил голову и протянул конунгу свои руки.
— Прими, господин, мою клятву до самой смерти служить тебе!
Конунг взял его руки в свои и сжал их.
— Я тебе верю и принимаю клятву! Встань! Теперь ты свободный человек. Мой человек. Помни об этом всегда!
Они вышли из избушки.
— Ярл! — обратился Хельги к Харальду. — Отведи Афанасия к Иво Соколу. Пусть выдаст ему приличную одежду и нож с оружием. Отныне Афанасий — мой человек!
Ярл усмехнулся, хлопнул ромея по плечу и сказал ему:
— Я знал, что этим кончится! Конунг у нас умеет выбирать нужных и полезных людей! Ты, как я вижу, из таких! Пошли, выберем тебе клинок по руке. Умеешь с мечом-то?
— Не хуже тебя, ярл! Меня учили лучшие мастера Константинополя! — улыбнулся в ответ Афанасий. — Я слыхал, что ты можешь биться сразу двумя клинками. Почту за честь провести с тобой учебный поединок!
— Ха! А он мне нравится, конунг! — заржал Харальд. — А когда пир начнется? Пива охота…
— Скоро, ярл! Бермята уже накрывает столы! — ответил конунг и тоже расхохотался.
Кажется, он сделал сегодня очень выгодное приобретение, что не могло не радовать.