Страница 52 из 121
Местный десятник, радостный от дополнительного заработка, любезно подсказал Хельги, как найти нужный ему постоялый двор. Конунг, в сопровождении верных хирдманов, отправился в указанном направлении.
На подворье их встретили со всем возможным почтением. Хирдманов усадили за столы в харчевне, а Хельги проводил в горницу один из местных хольдов. Предложил пива и, получив отрицательный ответ, оставил конунга одного дожидаться хозяина. Хельги остановился у окна и стал наблюдать за обыденной суетой, происходящей во дворе, размышляя о том, что необходимо разведать в городе и с кем следует повидаться.
— Я — Ратибор Белый Кречет! Здрав будь, хевдинг! — поздоровался с Хельги вошедший в горницу хозяин постоялого двора. — Как поживает дядька Полудан?
Это был пароль, который Крив, шпион конунга, передал Ратибору для связи.
— Я — хевдинг Хельги! Жив дядька и тебе привет шлет, вождь! — произнес отзыв конунг и медленно обернулся.
— Олег⁈
— Юрка⁈
Оба растерянно смотрели друг на друга. Не ожидал никто из них встретить здесь человека из
своего
времени, да еще и знакомого.
— Нам нужно поговорить! — тихим голосом сказал Хельги.
— Еще бы, конечно нужно! — ответил Ратибор. — Я сейчас дам команду, чтобы нас не беспокоили!
Ратибор крикнул кого-то из своих людей и приказал выставить караул у дверей и принести пищи и выпивки.
Важный разговор затянулся до позднего вечера. Оба рассказали друг другу о своих удивительных приключениях и обсудили дальнейшие планы.
— Что про дружину Драгомира скажешь? — спросил Хельги.
— Воевода Ингвар подтянул каких-то своих дальних родичей, двух ярлов с неплохими хирдами. Им пообещали хорошие земли с данниками. Около ста двадцати нурманнов пришло с этими ярлами. Не отроки, все матерые. И с полсотни разрозненными группами набрал, из купеческих охранников. Эти уже разные по уровню. Недавно еще один ярл пришел, Гуннар Волчий Клык его зовут. Откуда он — не знаю. С ним три десятка хускарлов. От соседей еще полсотни примерно перебежало. Что характерно, варягов в дружине почти нет, ушли все от Драгомира.
— Это мне известно. Ко мне и ушли. Вацлав с твоим родичем Бермятой хорошо поработали, их приглашая. А сколько сейчас личной дружины у Драгомира?
— Примерно две сотни гридней, сотня-полторы отроков. Детских не считаю. Да еще сотня стражников под Ходотой. Но этого я на себя возьму, надеюсь, что удастся завербовать. Он мужик правильный, да и князем не сильно доволен.
— Значит, где-то пять сотен у Драгомира, кого он против нас выставить сможет, так?
— Получается, что так. Тут вопрос еще в ополчении. Этих тоже сотен пять поднимет, думаю. Может больше, пока не знаю точно.
— Ополчение разбежится, как только бронированных нурманнов увидит.
— Да не скажи, конунг, — усмехнулся Ратибор. — Эти кривичи не трусы, как я успел заметить. Правда, не все довольны князем, так что может и не встанут за него. Тем более, что среди народа последнее время слухи циркулируют, что «царь не настоящий», а княжна Ингигерда не погибла и скоро вернется. Твоя работа?
— Ну а чья же еще? Моя, конечно! Работаем, по мере сил. И в дружине Драгомира мои люди уже есть. В нужный час ворота откроют.
— Ярл Гуннар? — догадался Ратибор.
— Ты сообразительный, хевдинг! — кивнул Хельги. — А сколько у тебя лично людей?
— Пять десятков. Из них двое ульфхеднаров, мои родичи. Каждый десятка стоит. И один берсерк. Он тоже очень хорош, только немного отмороженный. И стрелять все умеют отменно. В том числе десяток моих валькирий. И печенеги с хузарами, одни из лучших лучников.
При упоминании хузар конунг оживился.
— Какие хузары? Из благородных?
— Именно. Езекия бар Кофин его зовут, белый хузарин со своими людьми.
— Забавно! — улыбнулся конунг. — Его старший брат — мой ярл!
— Да, действительно забавно. Но я в курсе, Езекия мне об этом рассказывал.
— А берсерк — это Болли Костолом? — удивил друга Хельги.
— Да, он самый. А откуда ты…
— Это я его к тебе отправил. Приказал втереться в доверие и предложить свою службу. Ему повезло, он встретил тебя в гарде конунга Бернта. Я должен все знать о тех, с кем работаю, не обессудь! — конунг развел руками. — Но он — твой, я с ним регулярно веду переписку, так что в курсе событий. Через твоих голубей переписка, между прочим — Крив и от Болли письма мне шлет. Болли просил разрешить ему остаться в твоем хирде. Можешь ему верить, он не обманет. Что ты ему такое предложил, чего не смог дать я?
— Я его побил, — ухмыльнулся Ратибор. — В честном хольмганге победил и жизнь сохранил.
— Обалдеть! Болли же зверюга непобедимый! Хотя, я ему тоже навалял!
— Чем больше шкаф… Он рассказывал, что я второй, кто его победил. А первым, значит, ты был?
— Ну да, ну да… Ты уж прости, что соглядатая к тебе подослал! Я же не знал, что ты — это ты, Юра!
— Без проблем! Тем более, что он мне действительно должен жизнь, такой уговор перед хольмгангом был. А докладывать тебе я теперь сам планирую!
— Спасибо за доверие! Я слышал, что у тебя хорошие отношения со смоленским князем Мстиславом. Так ли?
— Ты и про это знаешь, конунг? — усмехнулся Ратибор. — Хотя, чему тут удивляться… Да, успели мы с ним познакомиться и даже поработать на него. Поучили пару деревенек покорности, да разбили один приличный отрядик князя черниговского, некоего Ингвара. А так, да, мы расстались с князем почти друзьями.
— Сходим к нему вместе потом, представишь меня, — конунг не просил, а говорил утвердительно, но счел нужным пояснить. — Хочу предложить ему союз против Драгомира.
— Ты можешь предложить Мстиславу что-то за этот союз?
— Могу. Я дам ему гарантии, что не нападу на его княжество, когда возьму Полоцк.
Сильно. При этом Ратибор понимал, что это вполне реальный вариант. Такой конунг, как Хельги, на одном Полоцке не успокоится и постепенно подчинит себе всех соседей. Смоленский князь Мстислав далеко не дурак и должен понимать это. И правильно сделает, если сообразит, что лучше дружить с таким соседом.
— Еще одна важная задача, хевдинг! — вспомнил конунг. — С помощью Стояна, Бермяты и других верных людей нужно определить подворья и жилища, которые принадлежат сторонникам княжны, друзьям нашим. Чтобы мы их случайно не пограбили и не побили.
— Это мы сделаем. Могу людей к твоим отрядам приставить, проследят и подскажут, кого не трогать.