Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 197

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. СИЛЬВИЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. СИЛЬВИЯ

Ещё час назад я бы с радостью покалечила любого в Аде ради возможности наконец поспать. Когда Латиф нас отпустил, единственной моей заботой было доползти до комнат и не упасть в обморок прямо в коридоре.

Так было до тех пор, пока я не начала раздеваться.

Натянув одеяло до самого подбородка, я уставилась в потолок. Сон смыло так чисто, словно я не спала несколько лет.

Появилась новая вена. На этот раз серебряная, бегущая от подколенной впадины к лодыжке. Я заметила её случайно, когда повернулась, чтобы поправить завязку пижамных брюк. В панике сбросив одежду, я принялась судорожно осматривать себя в поисках других скрытых линий. К счастью, их оказалось всего две: золотая на ладони и серебряная на ноге. Если бы не глухая ночь, я бы уже разыскала Намсу и потребовала объяснить, почему моё тело трескается, точно статуя под ударами паршивого резца.

Завтра. Завтра же покажу Намсе эти вены.

Я повернулась на бок, прижав к груди подушку. Стоило закрыть глаза, как передо мной вставали две картины. В половине случаев я видела Сорайю и Муфсидов, штурмующих Уср-Джасад, чью победу в миг оборвало крушение крепости. В остальное время — Верховного Равейна, подмигивающего мне из-за стола на Кровавом Саммите за секунду до того, как начался кошмар.

Переключиться на стратегию было почти облегчением.

Ураби собрали поистине впечатляющий отряд джасадцев с редкими видами магии. Чего стоили только двадцать магов Хаганы. Мои дедушка с бабушкой презирали это направление, считая его годным лишь для тех случаев, когда нужно срочно закатить шумную пирушку. Как выяснилось, Хаганы умели поднимать панику среди животных за мили от себя. Если нам понадобятся кони, маги Хаганы станут лучшим шансом угнать их у любого патруля в Эссаме. Как ни странно, их способность выпускать в воздух импульсы хаотической энергии не только заводила толпу, но и призывала зверьё.

Ещё удивительнее оказалось количество Сахиров в их рядах. Сахиры славились своей нелюдимостью; многие из них терпеть не могли иерархию джасадских вилайятов и покинули родину задолго до войны. Ураби, должно быть, пустили в ход все ресурсы, чтобы отыскать и завербовать пятнадцать человек. Сахиры умели переносить магию между стихиями: вылепить сталь из грязи или вытесать клинок из обычных веток. С ними и магами Хаганы мы получим столько оружия, сколько они успеют создать, пока не иссякнут силы. Правда, на восстановление им требовалось в три раза больше времени, чем остальным.

В конце концов и военные планы наскучили. Я натянула подушку на лицо и сжала её руками, заглушая стон. Обстановка в комнате была скудной, но это всё равно вдвое больше того, что имелось у остальных. Ко мне относились по-человечески, делясь уютом, которого лишены сами, а у меня не хватало совести даже просто этому порадоваться.

Грудь снова сдавило. Я прижала ладонь к сердцу, точно ребёнок, слушающий когда-то любимую сказку.

Раз, два. Я жива.

Три, четыре. Я в безопасности.

Пять, шесть. Я не дам ему себя поймать.

Когда узел страха в желудке затянулся ещё туже, я попробовала снова.

Раз, два . Я жива.

Три, четыре… На чём я остановилась?

Очертания комнаты поплыли, размываясь и тая на глазах. Паника мгновенно сменилась ледяным пониманием. Только не это. Только не снова. Не сейчас.

Когда стены обрели чёткость, они уже не имели ничего общего с моими. Босые ноги погрузились в мягкий ковёр.

Я очутилась в огромных и поразительно строгих покоях. Над столом, заваленным пустыми флаконами и окровавленными тряпками, мерцала свеча. Болезненные струйки лунного света пробивались сквозь покрытое каплями дождя окно и падали на роскошную кровать с балдахином в изголовье. Я замерла, глупо разглядывая пышное покрывало. На таком ложе даже я не смогла бы бороться со сном.

Внезапно тени в углу качнулись — в лампе треснуло масло. Я вздрогнула, заметив обнажённую спину мужчины, сидевшего на краю матраса. Он сидел лицом к стене, упёршись ладонями по обе стороны от себя и напрягая широкие плечи.

Этот позвоночник я знала лучше собственного. Сколько раз я восхищалась грацией его тела и плавностью движений? Арин двигался как недопетая песня, повинуясь ритму, который никто больше не слышал. И даже кровь, склеившая волосы на затылке и превратившая серебряные пряди в тёмно-бордовые, не могла лишить его этого величия.

Мне хотелось отвернуться, но среди всей этой изысканной обстановки Арин Низальский затмевал всё вокруг.

Он меня ещё не заметил, а значит, оставался шанс исчезнуть. Из всех возможных времён и людей магия выбрала именно его. О чём она вообще думала, притащив меня сюда? Да и с каких пор моя магия стала обладать собственным разумом? Пожалуй, Эфру порадовало бы известие, что последние дни я вовсю пользуюсь силой. Если не брать в расчёт то,как именно она пробуждалась и как мало я на это влияла.

Он до сих пор не почуял моего присутствия. Впрочем, в саду было точно так же. Чувственность Арина к магии должна была выдать меня в ту же секунду, как я переступила порог.

«Будь ты здесь по-настоящему, я бы ощутил твою магию в тот самый миг, когда ты ступила на земли Цитадели» .

Я взглянула на ладонь. Золотая вена не исчезла, но её свечение потускнело. Я попыталась дотянуться до своей силы, обшарила каждый уголок и трещинку в душе, но вернулась ни с чем.

Значит, я здесь… без магии?

На столе справа среди пропитанных кровью бинтов в полном беспорядке лежали серебряные инструменты. Дорогие вещи — лекарь точно забрал бы их с собой.

Он что, пытался зашивать себя сам?

Испуганный смешок сорвался с моих губ:

— Ну и дурак же ты, чтоб тебя черти забрали.

Спина Арина мгновенно выпрямилась, каждая мышца натянулась как струна. Он не повернулся.

Паршивый знак. На самом деле, этот знак вопил:«Опасность! Опасность!»

— Аль-Анкаа могла прикончить тебя. Ты так хотел подохнуть? Стать шинкованным ужином для птицы?

В поле зрения появились бинты, стягивающие его торс и бок, и я резко выдохнула. В иллюзии Визионеров раны от когтей твари не выглядели настолько страшными.

Арин ранен. Тяжело.

Дорожка крови запеклась от самой линии роста волос до челюсти, но остальные повязки оставались чистыми. Почему он не стёр эту кровь?

Я сжала пальцы в складках туники. Если моя магия ещё способна на что-то, сейчас самый подходящий момент унести меня отсюда. Сейчас, пока пыль не опустилась на моё рушащееся сопротивление или пока моя рука…