Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 135 из 197

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ. АРИН

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ. АРИН

Лед звенел о стенки пустого стакана, пока Арин гипнотизировал взглядом дверь.

Прошло примерно два часа и семнадцать минут с тех пор, как он вернулся из Лукуба. Двадцать из этих минут он провел в пустой карете, уставившись на Цитадель. Башню, которая служила домом для поколений самых могущественных людей Низала, наделенных священным долгом защищать королевства от ужасов безрассудного колдовства. Верховные и их Командующие, отцы и сыновья — цепочка преемственности, уходящая корнями к самому Фариду.

И все это ложь. Изощренное глумление над каждой ценностью, каждой заповедью и каждым принципом, которые Арина учили отстаивать.

В темноте покоев Арин вновь наполнил стакан и принялся ждать. Теперь уже недолго.

Стук раздался в тот самый миг, когда последняя капля талвита скользнула в горло.

— Войди, — бросил он.

За окном качнулись облака. Комнату залил лунный свет, и его синеватый оттенок высветил измученных гвардейцев, переступивших порог.

— Пресветлый Сираук, — прошептал Джеру, округлившимися глазами осматривая разгром.

Полог кровати был изрублен на щепки. Ковер во многих местах прожгли глубокие подпалины. Шкаф лежал опрокинутым, а старинное оружие и осколки стекла усыпали подоконник и пол.

Если бы Арин не решил откупорить талвит, он, чего доброго, принялся бы крушить мечами мебель в смежных комнатах.

Ваун застыл как вкопанный, заметив предмет, который покоился в самом центре стола с картами. Лицо гвардейца мгновенно осунулось и побелело.

Следом за его взглядом цепочку разрушений проследил Джеру — и тут же изменился в лице.

— Это что… — Джеру осекся, прижав кулак к ямке на шее.

Его едва не вывернуло прямо на ковер, впрочем, Арину было уже плевать.

Из центра стола на них смотрела голова Уэса. Помутневшие серые глаза застыли, устремившись в пустоту, к неведомой им точке.

— Я нашел его там, — произнес Арин. Он сел, закинув ногу на ногу и удерживая пустой стакан на колене. — Надо полагать, послание от отца.

— Зачем… зачем Верховному убивать Уэса? — Джеру стал грязно-желтого цвета.

Глупый вопрос, но Арин все же снизошел до ответа.

— Я просил Уэса проследить за отцом. — Арин покатал стакан между ладонями. — Насколько хорошо ты знаком с добычей магии, Джеру?

— Не очень, мой лорд, — выдавил гвардеец, с трудом подбирая слова. Внимание бедняги разрывалось между Арином и отделенной от тела головой сослуживца.

Джеру был хорошим человеком. Порядочным парнем, которого Арину следовало оставить в покое, подальше от Цитадели. Подальше от себя самого.

— В большинстве хроник написано, что добыча магии — оскверняющий ритуал и именно из-за него созвали Кровавый саммит. Чего там не напишут, так это того, что этой добыче уже сотни лет. Там умолчали, что правители — абсолютно все — выкачивали магию из подданных для собственных нужд задолго до того, как их любимый ресурс стал иссякать, а потом и вовсе додумались им торговать. Предприимчивые у нас предки, ничего не скажешь.

Глаза Арина воспалились от сухости, но закрыть их он не мог. Каждый раз, когда он моргал и мир погружался в спасительную тьму, он забывал, что ждет его на свету. А когда открывал глаза и вспоминал, заставить себя сделать это снова становилось все труднее.

Осталось всего три задачи. Три шага, и можно будет оставаться во тьме сколько угодно.

— В конце концов остальные королевства лишились магии, и Джасад остался единственным источником. Идеальный рычаг для престола, чтобы творить беспредел, — кто бы им помешал? Кто встал бы из-за стола переговоров, если все они зависели от привозной магии, помогавшей пережить суровые зимы и бесконечные восстания? — Губы Арина тронула горькая усмешка. — Но джасадская магия слабела с каждым поколением. Настало время, когда Джасад перестал делиться и начал копить силы. Они задумались о собственных границах. Что станет с крепостью, когда магия окончательно иссякнет? Ведь крепость оставалась единственной преградой между ними и королевствами, с которыми они забавлялись на протяжении всего правления.

Арин швырнул бутылку на пол и поднялся. Обойдя стол, он остановился спиной к окну. Карты под головой Уэса пропитала густая темная жижа. Названия провинций Низала расплылись, превратившись в грязные кляксы.

— Простите мне эти домыслы, — проговорил Арин, опершись предплечьями о приподнятый край стола. — Детали… размываются. Мой отец — человек деятельный, это общеизвестно, и он разглядел новые возможности в каиде Джасада. Женщине по имени Ханым Верда, которая славилась жестокостью в бою и презирала джасадскую корону. К тому же Ханым возглавляла муфсидов. Да-да, тех самых мятежников, которых отец казнил прежде, чем я успел выбить из них хоть что-то полезное. Судя по всему, они с отцом годами плели заговор, чтобы свергнуть малика и малику, но Ханым поймали и изгнали.

Джеру подошел ближе, глядя на голову Уэса с такой надеждой, словно тот мог ожить, если очень сильно захотеть. Ваун с момента прихода не сдвинулся ни на дюйм.

Разглядывать руины собственного существования оказалось на удивление успокаивающим занятием. Арин больше не блуждал в тумане, где каждая крупица необъяснимой информации била наотмашь, как кулак из темноты. Солнце наконец взошло, очистив небосвод, и к нему вернулось зрение. Теперь он видел все.

— После убийства Нифран муфсиды разграбили Уср Джасад и попытались укрепить чары на крепости. Полагаю, занервничали, что кто-то призовет их к ответу за набег и гибель Наследника. Как бы то ни было, заклятие сработало с точностью до наоборот. Крепость рухнула. А по ту сторону границ уже ждала приказа к атаке наша армия. За два дня до Кровавого саммита. За две недели до того, как остальные королевства двинули войска в Джасад бок о бок с нами.

— Но как? — прохрипел Джеру. — Как Верховный мог знать?

Арин щелкнул пальцами, заставив гвардейцев вздрогнуть.