Страница 70 из 92
Глава 31
Император, рыжеволосый гигант и несколько сильнейших практиков смотрели куда-то вверх, туда, где среди десятка ещё уцелевших пагод ощущалась стремительно усиливающаяся духовная энергия из смешанных воедино множество концепций самого высокого уровня.
— Не знаю, кто это, но их сила.., — пробормотал рыжий, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Думаю, это гости извне, — кивнул Император. — Рано или поздно, нам пришлось бы с ними столкнуться лицом к лицу.
— Старший, у тебя же есть план, как с ними справиться? — неуверенно спросил один из подчинённых.
— Кое-какие мысли есть, — задумчиво отозвался Император, продолжая наблюдать за растущей силой. — Прошу вас всех продолжить спасение оставшихся жителей, нужно сохранить жизни как можно большему количеству горожан.
После этих слов он щелчком пальцев открыл перед собой ход на «короткие пути» и вошёл внутрь.
— Вы всё его слышали! — крикнул рыжий гигант, прерывая опустившуюся тишину. — Приказ Императора следует выполнить!
___________
Сам Император в этот момент появился на вышине, неподалёку от места, где сражались трое неизвестных сильнейших практиков. Он полностью скрыл своё присутствие, постаравшись не привлекать к себе лишнего внимания. Конечно, рассчитывать на то, что он сумеет полностью спрятаться от практиков столь высоких этапов, было бы глупо. Главное, чтобы столь сильные практики не ощущали угрозы, тогда эти люди не станут тратить на него свои силы, а сам Император при этом сумеет понять, с чем имеет дело. И насколько всё было плохо.
«Это, несомненно, концепция крови, и мне не под силу понять даже общих принципов используемых законов», — Император с осторожностью взглянул на преображённого практика, застывшего, казалось бы, безучастно прямо посреди боя.
Однако два его не менее сильных противника почему-то не спешили этим воспользоваться, они с напряжением вглядывались вперёд, а гигантская статуя Будды, что нависла над всем городом, словно опасаясь чего-то, скрестила на груди все семь рук в явно защитном жесте.
«К несчастью, даже если я использую наследие и все свои козыри, то совершенно неуверен, что смогу справиться с любым из этих воинов..В любом случае у меня, похоже, не остаётся особого выбора».
Император вытащил из карманного пространства сразу пять колец и нацепил их на правую руку, каждое такое кольцо было соединено с соседним украшением тонкой серебряной цепочкой, и инкрустировано разными по цвету камнями. Зелёный, синий, красный, жёлтый и чёрный. Пожалуй, сейчас было именно тот момент, когда не стоило экономить на своих силах, но как бы то ни было, он готов был вмешиваться лишь в самом крайнем случае.
__________
— Ты же не думаешь, что я первый нападу на эту тварь? — спросил охотник с мечом у предводителя. — Он же Проклятый, я не собираюсь подставляться под первый его удар.
— Я сумею удержать его контратаку, а теперь вперёд, Будда нас прикроет, — ответил главный охотник.
— Проклятье, за это задание нам должны отвалить тройную цену, я не подписывался сражаться с отражением древней твари.
Взмахнув перед собой мечом, оставляющим за собой остаточные сиреневые огненные всполохи, мужчина выдохнул через плотно сжатые зубы воздух, и рванул к всё так же стоящему без движений дьяволу.
Множество остаточных отражений вспыхнули за летящим практиком. Мгновенье и он оказался напротив врага, нанося серию взмахов клинком, напоенным таким количеством духовной силы, что они буквально вспарывали пространство, точно раскалённый нож масло, оставляя после себя зияющие чёрные раны, горящие сиреневым пламенем.
«Сотня разрезов порока!» — ключ-слово, казалось, было высечено самим клинком во время атаки, а в следующую секунду дьявол впервые отреагировал на удар появившегося перед ним практика.
За спиной дьявола появилось сразу с десяток мечей, созданных из темно-алой крови, каждый с потрясающей скоростью парировал любой выпад противника и с той же невероятной быстротой клинки дьявола мелькали в воздухе, стремительным росчерком обрушиваясь на охотника и заставляя уйти в полную защиту.
— Проклятье, да где вы уже там, ублюдки?! — прокричал тот из последних сил парируя практически невидимый его глазу удар. — Да отвали ты уже от меня! — не выдержал он, и больше не жалея сил отчаянно, в момент паузы между выпадами, ударил в ответ.
«Зарево бури мечей», — кое-как, устало, выдохнул охотник, а в следующий момент подоспели и его товарищи.
Статуя Будды, с потрясающей для такой громадины быстротой сложила руками несколько печатей, и тут же обрушила сонм ударов на сражающегося с охотником дьявола.
Над городом Огненного Древа в это же время начали появляться миллионы сиреневых клинков, нацеленных на кровавого практика. Когда статуя золотого Будды атаковала дьявола, те, словно что-то понимая, одновременно рухнули вниз на врага, неся за собой чудовищный шлейф из сиреневого духовного огня.
Предводитель охотников, что всё это время подготавливал собственный удар, успел как раз вовремя, чтобы присоединиться к своим товарищам. Его атака, в отличие от подчинённых, была не такой впечатляющей, но не менее смертоносной.
Коса, используемая им в качестве оружия, описав полукруг, создала росчерк расширяющегося луча, настолько яркого, что на него было тяжело смотреть. Ударив совместно с другими, луч без труда пробил защиту кровавого практика, пронзив его сердце, и через миг, уйдя вверх, разрезая ключицу и плечо.
Вот только, судя по всему, это нисколько не обеспокоило кровавого практика. За мгновенье до того, как ладони Будды и сиреневые мечи настигли его, тот одной лишь мыслью создал за своей спиной тысячи кровавых клинков, обращённых в вышину неба. Повинуясь его приказу, сформированные кровавые мечи рванули ввысь, создавая настоящее алое огненное море в тот момент когда столкнулись с сиреневым заревом падшего охотника.
Две колоссальные силы, встретившись в небе породили огромное количество взрывов духовной силы, грозящих в любой момент затянуть весь город во тьму межпространственного хаоса. Разрывы хаотической энергии то и дело вырывались из разломов, буквально «слизывая» часть улиц города, затягивая их в хаотическую воронку.
Статуя Будды продолжала наносить сокрушительные удары, превращая в руины всё, что находилось в эпицентре битвы, вдруг пошатнулась, пронзённая насквозь частью одной из городских пагод, укреплённых застывшей кровью.