Страница 60 из 119
Глава 36
Магические лампы не были зажжены, а света луны, что пробивался в окно, едва хватало, чтобы можно было рассмотреть очертания предметов.
Но я сразу узнала этот кабинет. Именно сюда меня отвели после того, как я впервые очутилась в этом мире. И именно сюда я бегала весь последний месяц с короткими отчётами о своём состоянии.
Ректор Деморт смотрел на меня и, кажется, вообще не дышал. В темноте его глаза мерцали, словно в них плясали искры.
— Вы… В порядке?
— Это я должен у вас спрашивать.
Его голос хрипел, но уже не был похож на то страшное рычание, что я слышала четверть часа назад.
— А Сайлус? Жив?
Было темно, но глаза потихоньку привыкали к такому освещению, и я заметила, как после этого вопроса на скулах ректора заходили желваки.
— Да.
И как-то по тону сразу стало понятно, что допытываться не стоит. Ну его, целее буду. Лучше потом сама у тираннозавра спрошу, все ли конечности у него на месте.
— Что ж, раз все остались живы, я, пожалуй, пойду.
Ага, конечно, разбежалась.
Нет, он не попросил остаться. Он просто не открыл двери.
Я несколько минут подёргала ручку, как дура. А потом повернулась.
— Выпустите меня!
— Не раньше, чем ты скажешь, кто это сделал с тобой.
Ректор указал на мою щёку.
Прикоснувшись к коже в месте удара, я поняла, что она слишком горячая. Как минимум отёк. А, возможно, и синяк будет.
— Бывало и хуже. Магистр Вейсс гоняет так, что подобные синяки мелочью кажутся.
Магические светильники вспыхнули все разом, заставив меня зажмуриться.
Ректор отвернулся и направился к шкафу. Быстро взяв что-то, подошёл ко мне и, мягко направив за плечи, усадил на диван. А потом опустился на одно колено прямо возле меня, так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Близко. Очень.
А потом в нос ударил резкий лекарственный запах.
Это ректор открыл пузырёк с какой-то мазью и, выдавив горошину на палец, прикоснулся к моей пылающей коже.
Я вздрогнула. Холодная перчатка делала этот момент чуть менее интимным, чем он должен был быть. Но всё равно вся ситуация была слишком… нетипичной для ректора и студентки.
— Я могу сама…
Мужчина передо мной только дёрнул щекой, показывая, что лучше не двигаться.
— Кто это был?
— Амир Айситт, — сказала я.
Скрывать я не собиралась. Зачем? Чтобы ходить с высоко поднятой головой и осознанием, что я слишком гордая, чтобы пожаловаться? Нет уж.
Пусть у козла проблемы будут.
Даже если попытается на мне за это отыграться… Ну и пусть. Где наша не пропадала! Не факт, что он бы не захотел продолжить начатое, почувствовав полную безнаказанность в случае моего молчания.
— Он больше вас не побеспокоит, — пообещал ректор.
— Жив останется? — уточнила я.
Он пожал плечами, мол, ещё не решил.
— Ректор Деморт, а мне… вы уверены, что мне нужно оставаться в этой академии? Объективно, от моего присутствия здесь хуже всем. В первую очередь мне, конечно. Но других тоже задевает по касательной.
Мужчина вздохнул. Посмотрел мне в глаза. Этот зрительный контакт длился чуть дольше обычного. И мне начало казаться, что у меня снова кружится голова, но ректор отвёл взгляд, и ощущение сразу же пропало.
— Пока что да, необходимо. Если вы исчезнете из академии, это привлечёт нежелательное внимание Совета и осложнит ваше возвращение домой.
Он закончил наносить мазь на мою щеку, но остался в том же положении. Разве что в глаза старался больше подолгу не смотреть.
— Я могу как-то помочь?
— Пока что нет. Пока что будет достаточно, если вы воздержитесь от новых магических выбросов. Чуть позже, возможно, мне понадобится, чтобы вы подробно описали мир, из которого пришли.
— Вы так длинно называете мою родину, — грустно улыбнулась я.
Он промолчал, подтвердив мою догадку.
— Потому что Земля — не моя родина, да? Может, уже расскажете, почему я вообще попала в этот мир именно после окрашивания?
— Запечатление сработало. Соответствие стало стопроцентным, после чего проснулись ваши способности. А дальше вас просто выбросило в мир, который может их принять.
— То есть, если бы я не покрасилась, так и продолжила бы жить своей обычной жизнью?
— Какое-то время, — сказал ректор, а затем, наконец, отодвинулся.
Он отошёл к окну, но не спешил выгонять меня из своего кабинета. Несмотря на позднее время, несмотря на то, что завтра должны были продолжиться занятия. На самом деле этих «несмотря на» было очень много.
— Я думаю, что рано или поздно вы всё равно оказались бы здесь.
— Потому что я действительно не человек, а эллара, — грустно констатировала я. — И родина моя здесь. Как так получилось? Я родилась на Земле. У меня есть папа и мама. Они мои биологические родители, я точно знаю.
— Так… бывает.
— С кем? Кроме меня, с кем-то ещё так было?
И снова он промолчал. Как удобно. Сразу становится понятно, что ответ отрицательный. Кажется, я начинаю привыкать к его стилю общения.
Но молчание в ответ на вопросы лучше, чем ложь.
— А если мои способности уже проснулись, я смогу жить на Земле? Меня не перекинет обратно?
— Можно сделать артефакт, который будет подавлять вашу магию.
Прошло не так много времени с того выброса, когда я чуть не убила девочек. Но даже этого времени хватило, чтобы понять, каково это — чувствовать землю. Словно всю жизнь я провела в темноте и, наконец, увидела солнце.
Смогу ли я отказаться от этого ради прежней спокойной жизни?
Сложный вопрос. Но логика подсказывала, что безопасность дороже. К тому же там всё ещё оставалась моя семья.
— А родители? Кто-то из них тоже принадлежит к роду эллар? У меня есть маленькая сестрёнка. Каковы шансы, что её тоже в этот мир перебросит?
— Я не могу утверждать наверняка, но мне кажется, что это крайне маловероятно. Ваш случай уникален.
— Но почему он уникален, вы мне, разумеется, не расскажете? — предположила я.
Ответом мне послужило уже привычное молчание.
Я вздохнула и поднялась, надеясь, что на этот раз меня всё же выпустят из злополучного кабинета.
Но прежде чем уйти, я всё же обернулась, обронив: