Страница 44 из 119
Глава 27
Занятия с девочками оказались намного продуктивнее, чем самостоятельные попытки разобраться в местных науках.
Особенно хорошо пошло дело после того, как я поговорила с Лейлой наедине, уверив, что ректор Деморт во мне ни на грамм не заинтересован, а если и питает какие-то чувства, то только негативные.
Она пыталась сделать вид, что это всё её не касается, и вообще ей плевать. Но общаться со мной стала более тепло.
В итоге под двойным руководством я даже начала видеть что-то знакомое в местных учебниках и проводить параллели.
Магия искажения пространства, или телепортация, если по-простому, до боли напоминала физику. Формулы артефакторики чем-то смахивали на высшую математику. Призыв и подчинение в основном сводилось к изучению языка иных сфер.
Теперь, когда были люди, которые всегда могли подсказать мне что-то, дело пошло значительно быстрее.
И моё расписание сложилось во что-то относительно приемлемое.
Каждое утро я так и просыпалась от сирены и всё так же терпела издевательства от магистра Вейсса.
Но что примечательно, после этого уже не хотелось лечь и умереть.
Далее шли занятия, на которых я старалась не выделяться. Итак на меня враждебно смотрели. Особенно после того, как Сайлус отправился на периметр из-за своей выходки.
Виноват в этом был он, но ответственность возложили, конечно же, на меня. И его друг — смуглый брюнет с тонкими чертами лица и вечной усмешкой на губах — как-то не слишком дружелюбно поглядывал на меня.
После лекций шли самостоятельные занятия и учёба под покровительством девушек. Далее — вечерние занятия с магистром Вейссом, отчёт перед ректором и работа в библиотеке.
Свободного времени оставалось ровно на то, чтобы поспать. Но я не жаловалась. С таким уровнем нагрузки я так уставала, что кошмары мучили меня реже. Даже не каждую ночь.
Так прошли две недели. И в один прекрасный день, когда я пыталась разобраться в стихийной магии, Робин с силой отшвырнула от себя карандаш, вызвав очень неодобрительный взгляд мадам Бигот.
— Знаете, мне надоело, — сказала девушка. — Мы из тебя что, нового магистра собираемся сделать?
— Без такого звания обойдусь. Но должна признать, вы мне здорово помогли. Я уже не чувствую себя на лекциях так, словно у меня пара лишних хромосом.
— Лекции — это замечательно. Но тебе практика нужна. Пойми, далеко не все дисциплины тебе подчинятся. Вот меня возьми. Я ведьма. Моё дело — проклятия. В остальном я уже далеко не так сильна. Лейла — артефактор. Это ей нужны все эти формулы. А у тебя, по идее, должна быть сильна магия стихий и призыв с подчинением. Основы изучила? Теперь вперёд, тренироваться. Или думаешь, тебя за ручку тащить будут? Экзамены не сдашь и вылетишь отсюда.
Резонно. Но проблема состояла в том, что у меня не получалось. Только несколько раз, когда я была очень напугана, выдавала какой-то непонятный телекинез.
Но не просить же ректора в меня ножи швырять или Сайлуса — угрожать расправой. Тем более последний пока так и не вернулся в академию. Признаюсь, в период его отсутствия у меня оказалось на одну головную боль меньше.
— В общем, пойдём на полигон, Ева. Пора тебе уже научиться чему-нибудь полезному. А я примерю на себя роль магистра.
— О нет! — простонала я. — Уверена, магистр Вейсс будет посрамлён. Тебе не жаль отнимать у него звание главного тирана академии?
— Что поделать, — пожала плечами Робин. — Надо.
***
Если я преувеличила относительно методов преподавания одной светловолосой ведьмы, то ненамного.
Лейла стояла в стороне, уткнувшись в книгу, и смотрела, как всегда, хоть и с любопытством, но не слишком заинтересованно, как будто это всё её не касается.
Как я поняла, она училась в академии третий год и за это время так и не завела подруг, предпочитая общество книг. Да и окружающих отпугивала её напускная заносчивость.
Робин же лишилась подруги по банальной причине — ту отчислили незадолго до моего появления в этом мире. Хотя круг общения у этой блондинки был достаточно широкий.
И сейчас этот идеальный образец экстраверта с удовольствием посылала в меня то одно заклинание, то другое.
— Учти, я тебя пока жалею. Говорила ведь, что в стихийной и боевой магии не особо сильна. Но сразу предупреждаю — если к концу дня ничему не научишься, получишь от меня проклятие.
— Какое?
— Пусть это будет сюрпризом.
Проклятие не хотелось. Они были самыми разными, начиная от всеми известного слабительного, которое традиционно накладывается на каждого бывшего, заканчивая чем-то совершенно смертельным.
Учитывая фантазию Робин, я сомневалась, что отделаюсь быстрой и безболезненной смертью.
Наверняка придумает что-то оригинальное, вроде того, чтобы я билась мизинцем каждый раз, когда встаю с кровати в чётное количество минут…
Озвучивать я это не стала, чтобы не подавать идеи.
Вместо этого сосредоточилась, пытаясь представить, как через меня проходит поток силы, аккумулируясь на кончике пальцев, а потом, повинуясь приказу, оформляется в заклинание.
Мне сказали особенно налегать на магию земли и воды. Мол, именно эти стихии традиционно покоряются элларам.
Я начала с магии земли. Представляла из раза в раз, как камни поднимаются в воздух и летят в Робин. Или как почва под её ногами становится зыбучими песками. Вот только результат был, как обычно, нулевой.
— Не получается, — крикнула я с отчаянием в голосе, уворачиваясь от очередной молнии, что Робин послала в меня. — Моя магия не действует.
Ещё до того, как я договорила это предложение, в глазах потемнело, а лёгкие начало жечь от недостатка кислорода.
Моя магия не действует…
Магия не действует…
— Моя магия не действует, — сказала я, задыхаясь от бесконечного бега.
— Знаю. Они растянули блокаду. Нужно попытаться вырваться.
Мужчина буквально тянул меня за руку, вынуждая ускориться.
— Брось, это бесполезно. Может, я… Может, я просто пойду с ними?
— Они убьют тебя. Забыла, во что они превратили академию?