Страница 4 из 107
— Я пыталась спастись! — обиженно отвернулась, но вокруг была темнота. Мне было даже не на чем сконцентрироваться.
— Если ты была на кровати, то безопаснее было там и остаться, а не сидеть на жердочке, ожидая такого же чокнутого, как я, — мужчина вдруг приподнял меня, развернул и снова включил фонарик.
Он что… Он что, рассматривает мою задницу, подсвечивая телефоном?
Боже! Какой стыд… Мой целлюлит! Он же его сейчас пересчитает и уже не будет столь прелестно, как в начале нашего знакомства. Говорила мне мама – не есть сладкого, спать на полу и без подушки…
— Так, ну филейная часть без сильного повреждения, а вот ноги нужно показать врачу и желательно обработать специальной пеной как можно скорее, может, не всё вздуется волдырями.
Боже, как стыдно! Закрыла лицо руками, съёжилась, ощущая себя куском тунца, который осматривают на аукционе. Интересно, у тунца есть целлюлит? По каким критериям его отбирают?
Только не смотри на него! Только не смотри!
Послышались шаги, детский плач, и мне удалось переключиться.
— Держи, Зарина, — соседка сверху принесла мне плед. — Муж вызвал аварийку, но там заверили, что к нам выехали ещё десять минут назад.
— Я успела позвонить подруге, — когда укуталась, пряча наготу, обернулась, а незнакомца и след простыл. И только пара коньков преданно лежала рядом, а ещё слышался его голос с этажа ниже…
Шум стал невыносимым, соседка помогла мне подняться и проводила в свою квартиру, где начала обрабатывать мои ноги и задницу. И я пролежала пару часов задницей кверху, с огромными островками холодной пены на ожогах.
Буря эмоций обернулась сонливостью, с которой было невозможно бороться. И я сдалась…
— Вставай, соня, — ласковый голос подруги просочился сквозь беспокойный сон.
Люба легко потрепала меня по плечу, поцеловала в макушку и опустилась у дивана.
— Ты не могла придумать ничего интереснее, чем свариться заживо?
В комнате было почти светло, из коридора лился свет бра, а значит, электричество дали. Слава Богу!
И тут я расхохоталась, рассматривая перепуганную ненакрашенную Любу, на голове которой торчали огромные бигуди на липучках. Она была в шелковой пижаме и кожаных лодочках на каблуке. Эта чертовка была неотразима даже в этом обличии…
— Боже, как я испугалась! — я не выдержала и расплакалась, падая ей на грудь. — Если бы не ты и тот странный здоровяк на коньках…
— Кто? — расхохоталась Любка. — Подруга, ты бредешь? Мозг ошпарила?
— Ну, какой-то здоровяк спас меня. Я всё думала, как он идёт, ему же должно быть больно! А этот выдумщик был на коньках!
— Зорь, тебе приснилось. Ты бредишь…
— Я не брежу! И звук был такой… Скрежещущий! Хотелось закрыть уши! — я размахивала руками, пытаясь убедить её. — Такой «цок-цок», потом «вжих-вжих»…
— Зорь, ещё скажи, что тебя спас кентавр. Перекинул тебя на спину и вынес из полыхающей квартиры. А что? Благородный сказочный персонаж. Давай, вставай, там все исправили. В квартире уже нет воды даже, мужички все откачали. Хватит тут сверкать задницей, твой сосед боком проходит в туалет, чтобы не смотреть в гостиную, — Люба зашипела, заметив красные пятна по всем ногам. — Чёрт! Я засужу эту управляющую компанию! Видит Бог, я не шучу!
Боль была умеренная, но просить помощи было не у кого, поэтому пришлось терпеть, опираясь на плечо верной подруги. Спустились на один пролет, и я чуть не завизжала, увидев сиротливые коньки, что так и стояли на ступеньке.
— Видишь? Ты видишь? А я говорила, что это не кентавр! — я подхватила коньки за шнурки, не понимая, зачем, но мне нужно было доказательство, что это не сон…