Страница 18 из 78
Ничего не говорю, но сама себе обещаю попробовать. Слишком много разных мыслей в моей голове. Слишком сильно волнуюсь, хотя и стараюсь подавить в себе это чувство. Меня начинает трясти делаю глубокий вдох ещё один.
— На разговор с родителями не больше десяти минут. Потом снова приходишь ко мне! — хочется спросить, а что мешает ему самому прийти за мной, когда будет нужно? Вдруг он будет разговаривать с какими-нибудь серьёзными людьми, которых, здесь не так уж мало, а вернее тут сплошь серьёзные люди и я должна буду…
— Дарина? — от тихого маминого голоса щемит сердце. Поворачиваюсь к ней и вижу как она смотрит, не на меня. Мама очень внимательно смотрит на Аскарова.
— Мама. — я не выдерживаю, первая бросаюсь в объятия родительницы. Внутри меня целая буря эмоций, и я даже всхлипываю, но вовремя останавливаю себя. Плакать нельзя. Нельзя быть столь сентиментальной, тем более показывать это людям. Нужно держать себя в руках. — Я так рада тебя видеть!
— Как ты, дочка? — мама, спрашивает не строго, но и теплоты в голосе её нет. Неужели она по-прежнему зла на меня?
— Всё хорошо. — папа за руку приветствует Демида. Они обмениваются парой фраз и папа идёт в мою сторону.
— Дочка?..
— Папа, всё хорошо. — во взгляде папы читаю его беспокойства.
Более неловкой ситуации сложно себе представить. Мне кажется я никогда не чувствовала себя настолько потерянной.
Чувство неловкости не отпускало. Мне хотелось столько всего сказать своим родителям, и в то же время, я не могла подобрать слов.
Я с родителями отошла в сторону. Ближе к зоне отдыха. Там несколько великосветских дам, вели беседы, но мы не претендовали на их общества. Мама держала меня за руку, я улыбалась родителям, хотя между нами был только лишь зрительный контакт. Скорее всего со стороны мы выглядели просто взволнованными. Прошло какое-то время, и я поняла, никто из присутствующих не обсуждает нас. Меня никто не обсуждает. Да, несомненно, я ловила на себе взгляды, но в них читался разве что только интерес.
Я была в этом обществе новым человеком. Меня никто не знал. Хотя…
— Михаил, боже, это вот такая у тебя красавица дочь выросла? — солидный мужчина, что подошёл к нам, казался мне смутно знакомым, но я никак не могу вспомнить, где его видела?
— Альберт, рад. Очень рад — папа искренне улыбнулся седовласому мужчине. — Помнишь какой была, да?
— Разумеется. Егоза такая. На новый год, когда ей подарок не понравился, она меня укусила за бороду. — я впадаю в ступор и, кажется, краснею.
— Мне было шесть! — улыбка, как-то сама собой расцвела на моём лице. Я вспомнила этого мужчину. Он был дедом морозом на детском утреннике. Не помню, что случилось с настоящим. Я сейчас имею в виду того, кто должен был исполнять роль Деда Мороза. Я вообще не помню подробностей, знаю только то, что из мешка “дед мороз” достал совершенно не ту куклу, которую я хотела. Я очень разозлилась и достаточно хорошо тогда зубами вцепилась в бороду “Деда”. Меня еле оторвали тогда от него.
— Четыре, дочка. — подсказывает мама, наконец искренне улыбаясь. Папа тоже, отвлёкся, как и я в общем-то.
— Я запомнил на всю жизнь урок, и с тех пор, к подаркам на новый год отношусь предельно внимательно.
— Подтверждаю. — к нам подошла видная женщина лет пятидесяти. Жена Альберта, отчества мужчины, к сожалению я не знаю.
— Инесса, дорогая. — мама улыбнулась ещё шире. — Прекрасно выглядишь. — и это правда. Истинный возраст женщины разве что её мудрый взгляд выдавал
— О, Елена, ты тоже выглядишь просто великолепно. Дарина, ты меня не помнишь?
— Помню конечно. Здравствуйте, Инесса Романовна.
На самом деле, единственное что я помню об этой женщине, это то, что они с моей мамой совместно занимались волонтёрством. В приюты для животных привозили корм, собирали средства на лечение собак и кошек. Не слишком долго они проработали вместе, но насколько я знаю, всё же успели сдружиться.
Мы всё же сумели расслабиться. Общались, искренне смеялись. Альберт и Инесса Резановы, как выяснилось не просто очень давно знакомы с моими родителями, они в молодости крепко дружили. Только дороги их почему-то разошлись.
Хотя, что тут удивительного? Бизнес Альберта стремительно начал набирать обороты. Папа мой в научной деятельности и соответственно его доход достаточно приличный, но по меркам простых людей. До Резановых он явно не дотягивал, как и сейчас, впрочем, ни до Альберта, ни до уровня здешних гостей наша семья не доросла до сих пор.
В какой-то момент где-то в районе лопаток, я почувствовала жжение. Я несколько раз выпрямила спину чуть сильнее, и повела плечами, желая отделаться от неприятных ощущений, но у меня не вышло.
Я проследила за встревоженным взглядом мамы и посмотрела в ту сторону, что и она.
Меня словно ледяной водой окатили.
Страх, волнение, гнев. Всё как-то вмиг на меня обрушилась, и я напряглась всем телом.
Каролина Робертовна, моя несостоявшаяся свекровь, смотрела так, будто убить желала. Гневно прожигала меня взглядом и бокал с шампанским в руке сжимала так сильно, что казалось он вот-вот просто расколется под её побелевшими пальцами.