Страница 11 из 83
— С ума сойти, у тебя получилось, Лидер, — выдохнул Гвоздодёр, оказываясь рядом и, от души, добавил сразу несколько крепких словечек. — Я прям зауважал тебя.
— А раньше не уважал?
— Да ещё сильнее зауважал, Лидер, — нисколько не смутился воин, заставив меня хмыкнуть.
— Понятно всё с тобой. Проклятья там нет. Живых.. я не чувствую. Идём внутрь, на этот раз первый иду я и всё проверяю. Ни к чему не прикасаться. А если заметили что-то интересное, вначале подзываете меня, и только после того, как я всё проверю, вы трогаете. Это ясно?
— Ясен пень, старший, — опять отозвался болтун Гвоздодёр, остальные ограничились кивками.
— Теперь по движению. Первый, как и сказал я, дальше Слав, за ним Хвоя, Задира и Май. Гвоздодёр, ты замыкающий. И старайся помалкивать там. Двинули.
Была у меня мысль самому туда отправиться, как в старые добрые. Но тут же отбросил её. Я теперь не одиночка, у меня есть собственный отряд и поступать, как одиночка уже не получится. Тем более что так не принято — награду получает тот, кто рискует. И группа может просто не понять моего героизма, особенно когда опасности не видно даже близко.
Внутри башни оказалось холодно. И чем дальше мы заходили, тем сильнее был холод. Настолько, что на стенах коридора нам начали попадаться белый иней, наросший буграми на них. А ещё давящая тишина, как если бы я опять вернулся в Хрустальный город.
У нас ушло больше десяти минут на то, чтобы найти главный зал и массивную винтовую лестницу, поднимающуюся куда-то на следующий этаж. Но самое удивительно оказалось то, что лестница вилась вокруг настоящего грузового лифта. Обесточенного и неработающего, установленного посередине зала, да и всей башни.
Стоило мне только шагнуть к лестнице, как рядом с ней, на полу засветился большой круг, и через секунду в нём неожиданно появилась фигура красивой девушки, облачённой в свободные одежды.
— Приветствую гостей павильона магии клана Тарута! — с улыбкой торжественно объявила она. — Желаете ли вы вступить в клан? Стать внешним учеником или наёмным работником?
— Мать вашу, она же, как живая, — в полной тишине раздался удивлённый голос Гвоздодёра.