Кровавый сад

Глава 13. Черный всадник

Тома устроилась на заднем сиденье, и такси покатило по старой ночной дороге.

– Чудна́я какая-то у вас машина, – отметила Изи, осматривая салон. – Никогда таких не видела.

– От отца осталась, – добродушно отозвался водитель. Прямо как в прошлый раз, когда он подвозил Тамару и Рому, только тогда мужчина звучал куда мрачнее.

С правой стороны бесконечно тянулась высокая кирпичная стена, заросшая у основания кустами и невысокими деревьями. С другой стороны виднелись сплошные раскидистые деревья и непролазные кусты. Никакого другого света, кроме почти полной луны и фар, поблизости видно не было.

Зато появились звуки. Пьяные голоса – мужские и женский. Водитель притормозил, и Тома в левое окно увидела, как три парня заталкивали в машину верещавшую, извивающуюся девчонку в джинсах и топе, который открывал живот. Такси остановилось, водитель пару секунд наблюдал за разворачивающейся сценой, потом открыл дверь.

– Эй, вы куда это? – резко спросила Изи.

– Надо помочь, – неуверенно произнес таксист.

– Э нет! – решительно заявила Изи. – Сначала нас отвезите, потом помогайте кому хотите!

Мужчина, кажется, передумал вмешиваться, но девица заголосила на всю округу, будто от сильной боли, потом надрывно заплакала.

– Да что ты выделываешься, – возмутился один из парней, продолжая заталкивать ее в машину.

Таксист решительно вылез из машины и направился к нападавшим.

– Во дура-ак, – протянула Изи, сползая в кресле с невысокой спинкой.

С одной стороны, хотелось ее осадить, ведь это Томин отец, да и дело вроде благородное. С другой стороны, это благородное дело – явно неблагодарное, а то и вовсе опасное.

Таксист перешел дорогу и оказался в нескольких метрах от компании. Он сказал что-то вроде того, что девушка, кажется, не хочет садиться в машину, а потом предложил подбросить ее до города.

Парни что-то грубо ответили, слов было не разобрать. Более того, те двое, что держали девицу, ее отпустили, и, странное дело, она даже не попыталась убежать. Так и топталась рядом, рассматривая ногти, а потом вообще капризно уперла руки в бока.

– Тебе не кажется, что эта девушка похожа на Ярославу? – тихо спросила Изи, поворачиваясь.

Тамара присмотрелась. Точно, как будто Яра, только одета совсем по другой моде – штаны висят, так что видно всю поясницу до копчика, топ без бретелек, босоножки на толстой платформе. Но волосы такие же – высветленная грива до пояса. Впрочем, если они все же в прошлом, то… То что? Кто это вообще?

Пьяные парни тем временем окружили отца Тамары, оттесняя его к такси, а девица просто молча наблюдала за всем этим со стороны.

– Ой-ой, – напряженно пробормотала Изи, глядя, как водитель пятился к машине, выставляя ладони.

– Ты нас оскорбил, – выговаривал главарь компании, потряхивая ключами от машины.

Как же этот парень похож на предводителя банды с Божедомки, который теперь, к слову, коротает дни закопанным в палисаднике Вальпургии Карловны.

– И даму нашу оскорбил. Такое не прощают, понимаешь? – намеренно спокойно произнес парень, ударяя в ладонь кулаком.

– Бежим! – крикнула Изи за секунду до того, как пьяная троица набросилась с кулаками на Томиного отца.

Изи открыла дверь и вынырнула из салона. Тамара будто оцепенела, не в силах последовать за подругой, потому что водителя прижали к машине, а потом повалили на землю. Из окна было видно, как нападавшие с искаженными лицами размахивают руками, пиная лежащего на земле.

Дверь открылась, и Тому за рукав выволокли из такси.

– Пошли отсюда! – шипела Изи, потащив подругу через рельсы к кустам.

– Отстань, – попыталась высвободиться Тома и рвануть в сторону драки, но Изи ее удержала.

– Еще одна сумасшедшая на мою голову, – бубнила Изи, перебирая ногами по шпалам. – Сунешься к ним – они и тебя отметелят. Спасибо скажешь, если живая останешься!

Тома даже кричать не могла, потому что горло сдавил спазм.

И тут девушка, из-за которой все началось, что-то прокричала парням и указала на подруг. Ее друзья тут же даже перестали пинать таксиста и обернулись.

Изи выругалась и упала плашмя на шпалы, утягивая за собой Тому.

– Вот мерзкая тварь, – выплюнула Изи, глядя, как девица продолжает показывать в их сторону, что-то надменно выговаривая парням.

А Тома, больно ударившись локтями, глотала слезы бессилия из-за того, что не может помочь отцу и хоть что-нибудь изменить. Этих уродов самих пустить бы на фарш. Правильно он тогда сказал про казан. В котел их засунуть!

Из-за облаков вышла почти полная луна.

– Только тебя не хватало, – злобно прошипела Тома бледному ночному светилу.

И вдруг луны стало две. Вторая, полупрозрачная, проплыла по небу и растворилась за верхушками деревьев. И в этот же момент Тамар тоже стало две. Одна лежала на заброшенных рельсах в пыли, грязи, слезах и соплях, а вторая со спины подбиралась к девице, похожей на Яру.

Девушка оказалась такой худой, что можно было пересчитать все кости. Зато волосы длинные, густые, прямые. И красивые. Ничего, это легко исправить.

– Все, капец, – насмешливо произнес один из парней, носком ботинка пиная лежавшего на земле таксиста. Тот никак не отреагировал, застыв, как брошенный сломанный манекен.

– И что теперь делать? – равнодушно спросил второй.

– Спалимся, – почесал затылок третий. – В багажнике глянь. Там канистра должна быть. Таксисты всегда одну про запас возят.

– Зачем?

– Быстро! – приказал задира.

Один из парней полез в багажник, а двое других подхватили водителя, у которого теперь вместо лица было кровавое месиво, и затолкали в такси, запихнули в салон негнущиеся ноги и торчащие руки, с пальцев капала кровь.

Главный среди парней откупорил канистру, которую приволок один из его прихвостней, и принялся поливать машину бензином. В воздухе разлился едкий запах.

– Пошли отсюда, – прошептала Изи и стала отползать прочь по шпалам.

Тома пожалела, что упустила момент и хотя бы не оттаскала тощую девицу за волосы. Она снова вернулась в себя и попятилась вслед за подругой. Перебирая руками и ногами по старым, заросшим шпалам, подруги все дальше уползали от пожара.

Обернувшись, Тамара увидела в огне черный остов «Волги», которая ее отцу досталась от его отца. И рядом в лунном свете темные силуэты, прикладывающиеся к бутылке.