Страница 65 из 77
Глава 44
Глава 44
Кирилл
– А-а-р-р!!!
В ярости бью кулаком в стену.
Штукатурка и осколки бетона разлетаются во стороны.
Я опоздал!
– Сука!
Женщины испугано отшатываются и сжимаются в объятиях друг друга.
– Бля! Бля! Бля!
Колочу стену еще и еще, разбивая руки в кровь.
Это нисколько не успокаивает.
Никакого эффекта от этого эмоционального всплеска.
Легче не становится.
Я. Ее. Не. Уберег.
И сейчас она в лапах этого ублюдка… и что он с ней делает только Богу известно… вернее, дьяволу, потому что Валера – дьявольское отродье.
Размазываю кровь по лицу и стискиваю зубы.
Так, Кир, взял себя в руки.
Страдать потом будешь, после…
От этого «после» сердце болезненно сжимается.
Никакого, блять, «после»!
Никакого!
– За мной, – рычу перепуганным женщинам и вылетаю из дома.
Прыгаю в тачку погибших парней Круглого и в приспущенное окошко кричу:
– Быстрее, бля!
Они юркают на заднее сидение и трясутся там, постукивая зубами.
Плевать на них.
Плевать на все.
Только Полина важна. Только ее жизнь.
Поворачиваю ключ и давлю на акселератор – авто ревет как стреноженный мустанг!
С пробуксовкой сдаю назад и полицейским разворотом бросаю машину на сто восемьдесят.
Дергаю рычаг переключения передач и газую на всю.
Перепуганные собаки из окрестных дворов провожают нас яростным лаем.
Достаю трубу.
– Але, Круглый. У меня плохие новости – твои парни все.
Я в двух словах рассказываю ситуацию. Терять время на долгие разговоры нельзя.
– У меня две женщины – им бы в безопасное место. Пусть кто-нибудь подберет их у меня по пути…
Круглый задает один из важнейших вопросов:
– А ты куда, Ярый?
– За Полиной.
В зеркало заднего вида, вижу как вскидывается Полинина сеструха.
Чуйка колет под ребро – не так все просто с этой телкой, ой не так.
Пообщаемся с ней плотнее чуть позже.
Сейчас главное – спасти мою пташку.
– Где ты собрался ее искать?
– Только один человек может подсказать, – отвечаю я. – Молот. Он мне все, блядь, расскажет…
– Кир, – голос Круглого растерянный, – ты же понимаешь, что это… война?
– Похуй. За нее я сожгу весь мир и не пожалею.
Круглый смолкает.
Думает напряжено о чем-то.
– Завтра ведь сходняк, Кир. Уверен, что…
Перебиваю – мне этот пустой базар ни к чему:
– Уверен, Тох. На все, блять, тысячу и один процент. Всем кто пальцем ее тронет или встанет у меня на пути – пиздец.
Опять пауза.
Круглый мой друг. Единственный и лучший.
Но в мире криминала и группировок помимо друзей есть и другие обязательства. Дороже жизни: и своей, и чужой.
Я не рассчитываю, что он подорвется идти со мной. Формально, они с Молотовскими не в контрах. Ему это не просто ни к чему, а еще и, фактически, смертельный приговор…
– Я иду с тобой, братишка. Эти пидоры и меня заебали, – смеется в трубку Тоха.
Сглатываю вдруг откуда не возьмись появившийся твердый комок.
– Не надо брат. Это не твоя война. Не подставляйся…
– Помолчи и заедь за мной. Баб свои тут и оставишь, кстати. Заберем их после, как закончим…
– Это может быть билетом в один конец.
Круглый замолкает и через мгновение продолжает:
– Не пытайся меня отговорить, Ярый. Все равно не получится. Через сколько будешь?
Бросаю взгляд на часы:
– Через пятнадцать минут.
Настроение у меня боевое.
И становится оно гора-а-аздо лучше от того, что Тоха пойдет со мной.
Вдвоем мы перевернем эту Молотовскую богадельню и наведем там шороху!
– Хорошо, брат, – заминаюсь на секунду. – Спасибо тебе.
И перед тем как положить трубку добавляю:
– Антох, пожалуй, возьми ружья… Вдруг придется пошуметь…
Вдавливаю педаль в пол и лечу по дороге бешено лавируя в потоке машин.
Шепчу неслышно:
– Держись, пташка, только держись. Я уже иду за тобой…