Страница 23 из 125
Я не успела ответить ему, ведь калитка открылась и к нам вышла женщина, ростом ниже меня, но с такими большими голубыми глазами, будто в них было целое озеро. На вид ей было лет пятьдесят, в собранных волосах поблескивала седина, а на плечи был накинут яркий шарф.
— Вы наконец здесь! — женщина улыбнулась нам. — Здравствуйте.
— Здравствуйте… — тихо ответила я, чувствуя, как внутри все сжимается.
Ян подхватил Макса на руки, и тот сразу вцепился в капюшон его толстовки, довольно гукая.
— Мам, это Мира. — Ян кивнул в мою сторону. — Мира, это моя мать, Людмила Петровна.
Женщина излучала столько тепла, что мне захотелось подойти и обнять ее.
— Тетя Люда, просто тетя Люда. — тепло поправила женщина и шагнула ко мне, протягивая руки, я машинально подала свою, и она сжала ее в мягких ладонях. — Ах ты, господи, какая же ты худенькая! Ян нам ничего толком не рассказал, только что ты с малышом одна в чужом городе. Ну ничего, сейчас мы тебя откормим, напоим чаем и разберемся.
Я растерянно моргнула. Она говорила так, будто знала меня всю жизнь. Будто я не случайная студентка, которую ее сын притащил непонятно зачем, а долгожданная гостья.
— Спасибо, Людмила Петров… тетя Люда… — поправилась я, когда она укоризненно покачала головой. — Но я не хочу доставлять хлопот. Ян сказал, что вы можете помочь с Максимом, я…
— Поможем, конечно поможем! — она уже взяла меня под руку и повела к калитке, не выпуская, Ян пошел следом, на ходу подкидывая Макса, отчего тот заливался счастливым смехом. — Я знаю о детях все, милая. Даже то, о чем в книжках не пишут.
Я хотела ответить, но замерла на полушаге, когда мы прошли через калитку и передо мной открылся вид на двухэтажный дом. Нет, это был не просто дом. Это была усадьба. Светлый камень, широкие окна, колонны у входа. И лужайка… такая зеленая, что хотелось снять обувь и пробежаться босиком.
А на лужайке — дети. Много детей. Человек семь-восемь, разного возраста, от карапузов до подростков. Они гоняли мяч, визжали и смеялись.
И тут они заметили нас.
— ДЯДЯ ЯН! ДЯДЯ ЯН ПРИЕХАЛ!
Малыши мгновенно бросили свои игры и побежали к нам, облепив Яна со всех сторон.
— А ну, банда, дайте мне пройти! — он притворно рыкнул и сделал вид, что вот-вот уронит на них Максимку.
Дети завизжали еще громче.
Я машинально дернулась, и Ян перехватил мой взгляд.
— Да выдохни ты, дерганная. Я не уроню. Или думаешь, я совсем бездушный? — усмехнулся он.
— Ян, не хами! — сделала замечание Людмила Петровна. — А ты не переживай, милая, — она погладила мою руку. — Ян стольких помог нам воспитать, что опыта у нее достаточно. Он просто ворчит, но своей спиной всех прикроет. Идем в дом, я тебя со всеми познакомлю, дочери уже стол готовят, скоро мясо будем жарить.
«Я точно сплю… И этот сон начинает мне нравиться.»
Мы вошли в дом, и я едва не споткнулась о порог. Хорошо, что Ян подстраховал, ткнув меня ладонью в поясницу. Жестко, собственнически, будто имел полное право. Иначе я бы растеклась по мраморному полу от одного только вида. Внутри было еще круче, чем снаружи. Высокие потолки, лепнина, огромная люстра…
И запах… Боже, пахло сдобой, мясом и чем-то сладким. Домашний уют, который режет глаз своим шиком.
— Проходи, проходи, не стесняйся. — тетя Люда подтолкнула меня вперед, и я послушно шагнула вглубь коридора.
Ян шел позади, я чувствовала его спиной, буквально кожей ощущала этот его наглый взгляд. Он все еще держал Максимку, который уже вовсю крутил головой и таращился на люстру.
Мы прошли через просторную гостиную с двумя диванами, на которых наверняка уютно по вечерам смотреть фильмы. И тут меня накрыло.
Кухня.
Огромная. Светлая, с островом посередине, на котором громоздились горы фруктов, и с панорамным окном во всю стену, выходящим на задний двор. А за этим островом, как на подмостках театра, стояли они.
Четыре девушки.
Все разные, но одинаково красивые. Брюнетка с длинными волосами сосредоточенно шинковала салаты, то и дело отправляя в рот огурец. Блондинка в спортивном костюме сидела в плетеном кресле в углу, попивая сок из высокого стакана и листая ленту в телефоне. Еще две возились у плиты, о чем-то перешептываясь и посмеиваясь.
Я мысленно сжалась.
«Сестры Яна… Как они меня примут? Боже, какая у него огромная семья…»
Я, которая за последние месяцы привыкла прятаться за маской «не тронь меня — укушу», вдруг почувствовала себя маленькой и неуверенной.
А этот гад еще смотрит на меня, скалится, будто знает, что я сейчас развалюсь на кусочки.
Тетя Люда захлопала в ладоши, привлекая внимание.
— Девчонки мои, бросайте свои дела! Знакомьтесь, это Мира. Мира, это наши девочки. Знакомься, — она указала на брюнетку. — старшая, Алена. Дальше, — кивок на блондинку в кресле. — Катя. У плиты младшенькие: Оля и Настя.
Девушки подняли головы. Алена отложила нож, окинула меня быстрым, цепким взглядом и приветливо улыбнулась:
— Привет, Мира.
Я не из робких, но мне стало настолько не по себе, что хотелось стать невидимкой. Катя смотрела на меня с прищуром, а вот младшенькие улыбались во все зубы, такие солнечные девочки, что захотелось улыбнуться в ответ.
— Доброе… утро! Приятно познакомиться! — я старалась, что бы мой голос не дрожал.
— Ну давай, еще в обморок грохнись, мелочь. — посмеялся с меня Ян, усаживая Максимку на остров, Макс тут же потянулся к виноградине, и Ян перехватил его руку, жестко, но аккуратно. — Это Макс, ее мелкий.
— Ян! — в один голос выкрикнули его сестры.
— А ну-ка токсика выключай, а то я тебе зад надеру! — прошипела Алена. — Привет, сладкий! — ее голос мгновенно стал мягким, и она потянула руки к Максу.
И Макс вместо того чтобы испугаться, вдруг улыбнулся ей во весь рот.
— ЯН ПРИЕХАЛ⁈ — на кухню влетели двое высоченных парней. — Яныч!
— Мальчишки, не бегайте по дому! — мягко сделала им замечание тетя Люда.
— Прости, мам! — выкрикнули они в один голос, уже пожимая руку Яну
И мальчики эти точные копии друг друга, даже одежда одинаковая. И они явно младше чем я и Ян, но по росту ничем ему не уступают.
— Ян, давай, кто больше отожмется! Мы тренировались! — попросили парни.
Я смотрела на Яна и видела перед собой совершенно другого человека. Не циника, не грубияна с холодным взглядом, я впервые видела на его лице улыбку… теплую, довольную, почти мальчишескую.
У него появились ямочки на щеках.
«Серьезно⁈ У этого хама — ямочки!»