Страница 20 из 125
Глава 10 «Вот и как мне реагировать⁈»
Утро следующего дня
В планах на сегодняшний день было разобраться с остальными преподавателями, поговорить с каждым лично и договорится об индивидуальных условиях. Я не собиралась халтурить и прикрываться ребенком, я готова впахивать на ровне со всеми и даже больше, но посещать занятия пока у меня возможности не было.
Но все изменил один звонок.
От Юры.
Горе-папаши, который вспомнил, что его ребенок в руках тетки, то есть меня, а тетка эта злая, противная и принципиальная. Приставы дошли до него, и он засуетился. Истеричным визгом потребовал встретится. И я согласилась. Но к нему домой ехать отказалась и выбрала сквер у больницы.
Ведь если выбираться в город, то и навестить сестренку.
Коляска и правда — палочка-выручалочка.
«Еще бы о Яне не думать, глядя на нее.»
Юра приехал первым, подскочил с лавочки увидев меня и отшатнулся от коляски, когда подошла ближе. Вот он «любящий» папаша, который так хотел малого, что теперь смотрит на него со страхом и брезгливостью.
А Максимку папаша и не интересует, он крутит в пальчиках мягкую игрушку.
— У нас с Мальвиной была договоренность, какого хера ты к приставам пошла? — наезжал он на меня, доставая из кармана сигарету.
— Закури при Максе, и я тебе в зад эту сигарету засуну! — рявкнула я, и Максимка тут же поднял на меня взгляд, но я улыбнулась ему и погладила по голове.
Я маленького роста, Юра выше меня на две головы, но он худой, как соломина. А я так зла на него, что реально запихну и сил мне хватит.
— И я знаю о вашей договоренности и твоем шантаже, но я не Мальвина. Где деньги, Юра? Или думаешь памперсы и еда с неба падают? Он твой сын, сам тест бегать делать!
Ненавижу этого человека. Сколько он нервов Мале потрепал. После родов заявил, что сын на него не похож, тест сделал, а потом искренне не понимал, почему Маля не хочет с ним больше жить.
— Я давай ей семь тысяч в месяц и ей хватало. И тебе буду столько же давать, а не согласна, заберу мелкого. Я отец! А ты тетка, еще и нищая! — прохрипел он, сплевывая на землю.
— Да? На! — я тут же нагнулась и стала отстегивать Максимку. — На, бери! Папочка! — я взяла его под мышки. — А я тебе буду семь тысяч платить. Ты мне двенадцать должен, не облысеешь еще пять доплачивать!
Юра шагнул назад и скривился, не собираясь брать Максимку. А мелкий захныкал, и я прижала его к груди.
— Короче, Юра, сын твой, платить ты обязан. Не хочешь, я лишу тебя родительских прав, но платить ты все равно продолжишь. Повторюсь, я не Маля. Жду деньги. — я поцеловала малышка в макушку. — И не беси меня лучше, я и так на взводе!
Я крепче перехватила Макса, взяла коляску и прошла мимо Юры, к зданию больницы, услышав вслед:
— Овца…
— От трусливого козла слышу.
«Горе-отец… Забрать он решил, ага, сейчас, голову откушу, если хотя бы притронется к Максу.»
Снова больница. Снова ее специфичный запах. Прежде чем попасть в палату, удалось встретится с врачом. Но новостей для меня нет. Мальвинка в прежнем состоянии.
Максим не спит, и попав в палату он притих, но вцепился пальчиками в мой свитер. Я усадила его на колени, стараясь скрыть дрожь. Наверное, это место не лучшее для посещения детей, но я подумала, что может… Макс поможет своей мамочке.
— Привет, Мали… — я старалась говорить мягко, а Макс стал прятать лицо, сильнее цепляясь за меня.
Я рассказала ей о последних событиях, о коляске, о Яне, о его помощи…
— Так что… можно сказать я не одна. Ян ужасно тяжелый человек, ты бы точно с таким общаться не стала, но… он помогает. Я чувствую, что за всей его тьмой скрывается доброе сердце. И Максу он нравится, представляешь. Думаю, отблагодарить его, но пока не решила как. А сегодня с Юрой виделась…
Я рассказала ей кратко наш разговор.
— Забрать он его решил… Не отдам, не волнуйся. Если понадобится, я учебу брошу, я Макса увезу подальше, но ему не отдам твое сокровище. Ты только поправляйся, прошу… — в глазах стали собираться слезы.
Но внезапно я услышала скрип.
Палата разделена на шесть коек и каждая отделена широкой ширмой. Койка Мальвины первая от двери, дальше никого, а вот у окна лежал еще кто-то, но ширма всегда была расправлена. Но скрип донесся оттуда.
Я слегка наклонилась и посмотрела под щель между ширмой и полом, я увидела черные кроссовки. А это значила, что в палате из посетителей не только мы с Максом. И я об этом совсем не подумала, изливая душу Мале. Не подумала, что могла помешать кому-то.
— Мы пойдем, сестренка. Дел на сегодня еще много. — я понялась, но прежде чем выйти решила обратится к тому, кто за ширмой. — Извините, я вас не заметила.
Ответа не последовало, и мы вышли из палаты.
Мне хотелось реветь. Я сильная, но я чертовски боюсь за сестру…
Но Максимка не позволял мне расслабляться, а поэтому я натянула маску беззаботности и улыбнулась ему. По дороге в общагу мы зашли в детский магазин, я купила несколько развивающих игрушек и ванночку для купания, потому что подмывать его под душем не совсем удобно.
После мы все же заглянули в университет и мне удалось пообщаться с двумя преподавателями, которые без проблем пошли мне на встречу, восхитившись красавчиком на моих руках.
— Мира! — я услышала свое имя и обернулась. — Привет! Привет, Максимка! — меня догнала Ксюша и состроила мелкому глазки, а он смущенно заулыбался.
— Привет. — я тоже улыбнулась ей.
— Вы ж в общагу? — я кивнула на ее вопрос. — Супер, и я туда же. Как с преподами, никто не ворчал?
Ксюша оказалась невероятно милой и доброжелательной девушкой, которая учится на юриста. Но она сразу шепнула мне, что это был выбор отца, а она просто не стала спорить. Мы проболтали до самой комнаты и только тогда разошлись.
Максимку вымотали все наши прогулки, и он уснул прямо в коляске. Я соорудила кокон из одел и подушек, и переложила его в него. У меня появилось полтора часа свободного времени. Мне хоть и страшно было оставлять его одного, но я козой сбегала на −1 этаж, чтобы забрать сухие вещи Яна.
— Вот, чистые, сложенные, не глаженные. — я протянула ему стопку вещей, когда он открыл дверь, и сегодня благо оказался одет.
Я действительно отлично рисую… и Яна нарисовала, как-то рука сама потянулась. А теперь мне стыдно, что рисунки увидел Денис. Но на лице «мистера вечно без настроения» все та же суровая маска, и вряд ли Денис рассказал ему.
Ну, я надеялась на это.
«Хоть бы для приличия улыбнулся.»