Страница 49 из 69
Глава 8.
Ещё днем Итан поговорил с некоторыми людьми и кое– какие мысли и наметки у него появились. Он чувствовал, что его версия верная, как бы парадоксально она ни выглядела, а выглядела она именно так. Они с ребятами и Роланом договорились это не обсуждать с Тиной и Ларой, надо проработать все детали в этом направлении, – день, два, и он будет знать точно! Сейчас главное было успокоить девчонок и не спускать с них глаз, для этого и было придумано совещание на дому, в виде психологической поддержки.
И еще! Ему хотелось быть с ней рядом, знать, где она находится и что с ней все в порядке! Постоянно! Вот такая вот ерунда!
«Это уже совсем из другой оперы, Кёрк!»
***
– Ролан, – подала наконец голос я, – а как Альберт? Ему сильно досталось?
– Ну, придушили маленько, синяк будет, испугался, конечно, шок небольшой, а так в порядке. Ночь поспит в больнице, а утром выйдет.
– Может, теперь спортом займется! – раздался голос Арти от двери.
– Арти, ты подслушивал? – удивилась Лара.
– Ничего я не подслушивал! Я только пришел, воды попить, и услышал про Альберта. Вообще, все из– за него!
– Это почему? – удивилась его выводам Тина.
– Потому что, как только ты его выгнала, все это и началось!
«Устами младенца…» – подумал Итан.
– А тебе не пора спать? – «задушевно» спросила Ларка.
– Вот я и иду! – парировал он.
– Как– то странно идешь: через столовую и кухню в спальню, – заметила я.
– Я же говорю – воды попить!
Весь вид мальчишки показывал, как ему было весело пререкаться с ними, как раньше, когда они жили втроем и все время смеялись, играли во что– то. Ларка как– то прочитала его школьное сочинение. Арти писал, что он обожал то время! Время, когда я пекла всякие плюшки, пироги, в доме часто пахло сдобой, тестом, ванилью. Время, когда мы обе могли из ничего устроить праздник, или просто потанцевать, или петь, или разыгрывать целые представления втроем друг для друга. У него были и есть замечательные, лучшие на свете мамы! И всем нам взрослым было понятно, пить он совсем не хотел, а пришел просто так, напомнить, что он здесь не последний человек, а очень даже важный, ну и проверить, как они тут.
С трудом влив в себя полстакана воды, которую подала ему Лизи, он вытер губы и сказал:
– Ну все, спокойной ночи! Тина, не забудь мне завтра все рассказать!
– Всенепременно! – поклялась я, и притянув его к себе и расцеловала в щеки.
– Все, все. Без поцелуев! – вывернулся он из моих рук и неторопливо пошел в ванную, чистить зубы.
– Господин начальник! – подал голос Томас. – Как я понял, совещание закончено в общих чертах. Так, может, по маленькой? – изобразив подобострастие на лице, предложил он.
– Рано еще! – с напускной суровостью ответил Ролан. – Мы зачем здесь собрались? Устроить этим двум мисс перекрестный допрос, пройтись вместе по их знакомым. Вот скажи мне, Томас, что из сегодняшнего нападения следует?
– Что? – не стал умничать Томас.
– А следует то, что этот человек хорошо знает ее гардероб и потрудился купить точно такой же костюм. Кстати, Тина, где и когда ты его покупала?
– В конце весны, и не покупала я его, мне Лара сшила, уж извините.
– Вот видишь! В конце весны! Значит, человек давно готовился. Может, он другой план разрабатывал, раз экипировался три месяца назад! – и усталым тоном продолжил свою мысль: – То, что у Лары, это хорошо. Так что вы, мисс, – обратился он ко мне и Ларе, – будете сейчас вспоминать в подробностях, кто знал о нарядах Тины, кому она говорила, где, когда и что купила, кто был вхож в дом и мог взять шарфик и окурки из пепельницы, откуда фотокопия паспорта и где она находилась, дома или на работе? В общем, думайте, а мы поможем вопросами. Выходит, что наш «злодей» задумывал все давно, еще весной, оттуда и начнем.
– Так, может, все– таки по одной? – просящим тоном страдальца с бодуна затянул Томас и поспешил пояснить, отвечая на грозный взгляд начальника: – Я ж для пользы дела! Под рюмочку и вспоминать легче!
– Ох, дождешься ты у меня! – не страшно пригрозил Ролан.
– А что сразу я! Вон Дин тоже выпить хочет, меня под столом ногой пинает, подстрекает, так сказать, вступить в переговоры с начальством, рискуя вызвать его недовольство! – сдал товарища Томас, добавив: – Сам– то боится вашего гнева!
Мы с Ларкой старались смотреть в сторону, сдерживая смех, Лизи зажала двумя руками рот, Итан опустил голову и прикрыл глаза рукой. Все еле сдерживали рвущийся хохот.
– А что Дин?! – тут же подхватил подачу Колин, искренне возмущаясь. – Чуть что, сразу Дин! Для чего– то ж мы ее купили, не в подарок же!
Над столом грянул дружный хохот. Держаться больше ни у кого не хватило сил.
– А что вы смеетесь? – возмутился Колин.
– Для компресса! – пояснил Итан, поддевая Дина. – Мы ее купили для компресса!
– Подкалываете, да? – с надеждой спросил Дин, вызвав новый взрыв хохота.
Зазвонил телефон, висящий на стене возле меня. Я встала, чтобы не тянуться, взяла трубку и, вытирая выступившие от смеха слезы, весело ответила:
– Да!
На том конце провода кто– то шумно втянул в себя воздух и каким– то придавленным голосом прошипел:
– Ну, сука!
Я перестала смеяться, почувствовав, как в меня перетекает чья– то жгучая ненависть.
Человек молчал, как и в прошлый раз громко дыша в трубку. И ненавидел!
Итан посмотрел на меня, понял все сразу и, прерывая общий смех, громко позвал:
– Тина! – и еще раз, пытаясь заставить меня смотреть на него, только на него и не паниковать: – Тина!
В столовой повисла тягучая тишина, все посмотрели на меня. Сквозь накатывающие темные волны я расслышала, почувствовала его голос и посмотрела в глаза Итану.
И тут я разозлилась! «К черту! Пошел к черту! Я не буду тебя бояться, урод! Я не собираюсь из– за твоей шизофрении превращаться в шкурку от колбасы и скукоживаться от страха!»
Внутри поднимался протест, противостоящий холоду, вызванному чужой ненормальной ненавистью, и больному уму звонящего.
– Что ж ты, придурок, все Альберта достаешь? – спокойно, контролируя каждое слово, спросила я, смотря только на Итана, чувствуя его силу и уверенность, передающиеся мне. – У тебя ведь ко мне претензии, так давай приходи, выскажи, чем же это я тебя так допекла?! Или боишься?!
Человек все так же молчал. Его дыхание участилось и стало громче.
«Проняло!» – почему– то радостно подумала я.
Итан жестом показал: «Тяни время». «Зачем?» – не поняла я. «Так надо!»