Страница 30 из 69
Глава 5.
Он почти не соображал, перед глазами плыло, плыло… Единственное, что он понял сразу и ясно, еще не открыв глаза, – рядом Тина. Ее лицо расплывалось перед ним, утратив четкость контуров. Болело тело, муторно, тягуче, как после запредельной пьянки с обязательными элементами потасовки, он его почти не ощущал.
– Попробуй подвигать руками и ногами! Давай! Это очень важно, прошу тебя! – требовала Тина.
Она все держала железный лист так, чтобы вода постоянно текла на лицо Итана.
Он напрягся, преодолевая взрыв боли, стал двигать ногами, медленно согнул и разогнул их. А вот с руками дело обстояло намного хуже: они были сцеплены за спиной, и он на них лежал. Постепенно к телу возвращалась чувствительность, а с ней нарастало ощущение боли.
– Помоги мне сесть, – с трудом произнес он.
Тина, поставив железку на пол, перебралась на четвереньках Итану за спину и, подталкивая его плечом, помогла сесть. И сразу подняла железо и устроила его так, чтобы вода текла ему на голову.
– Это тебе поможет, – объяснила она.
– Я в наручниках? – спросил он.
– Да, и я тоже. Как ты? Встать сможешь?
– Подожди, не так быстро, я еще не очень соображаю.
– Пей воду! Откинься, положи голову мне на плечо. Вот так. Пей!
Итан глотал и глотал мерзкую воду с привкусом железа и еще каких– то непонятных примесей, но она действовала на него, как лекарство, с каждым глотком все больше проясняя мозги и принося все нарастающее ощущение боли.
– Ты уже можешь понять, что я говорю? – спросила Тина.
Он кивнул и резко втянул в себя воздух, вызвав этим движением жуткую головную боль.
– У нас очень мало времени – минут сорок, – чтобы отсюда выбраться, – объясняла она. – Мне нужна твоя помощь. Я расковыряла гвозди на решетке, ее можно отогнуть наружу и вылезти в окно, но одна я буду долго возиться и, уж точно, не смогу тебя вытащить.
– Вода соленая.
– Это от крови, я разбила руки. Это ерунда! Как ты? Попробуешь встать?
– Подожди! – Он отвернулся от воды. – Мне трудно говорить, голова очень болит. Меня били?
– Только один раз ногой в живот, но сильно. По голове не били, это от лекарства, которое тебе вкололи.
– Тогда все в порядке, руки, ноги целы, а там разберемся!
Итан перевел дыхание, постарался сконцентрироваться, отодвинуть болевые ощущения на второй план.
Так. Нужна свобода передвижения!
– Тина, с меня ремень не сняли?
– Нет.
– Вот и славно! Надави посильнее в правый нижний угол пряжки.
Тина отодвинулась от него, придержала руками:
– Ты не упадешь?
– Нет, уже нет.
Она подползла к нему спереди. Пряжка ремня маленькая, аккуратная, с логотипом известной фирмы. Тина повозилась с ней, но смогла открыть, и ей в ладонь выпал небольшой ключик.
– Это от наручников, – объяснил Итан. – Попробуй открыть мои.
– Ты Джеймс Бонд? – захлопала ресницами девушка.
– Нет, я только учусь, – хмыкнул Итан.
Тине удалось сразу, с первой попытки открыть его наручники.
Итан растер запястья, размял затекшие пальцы, повернулся к ней, кряхтя, как старый дед, движения получались неловкими, еще заторможенными и плохо подчинялись приказам. Он снял с нее наручники, рассмотрел пораненные запястья, поднес ее руки к губам и расцеловал.
– Очень больно? – спросил он.
– Да, но сейчас не до этого!
– Сколько у нас времени? – спросил он, убирая ключ на место.
– Полчаса, может, меньше, – ответила Тина.
– Нас охраняют?
– Да, один человек, но он не сидит под дверью, а наблюдает за территорией вокруг. Они вкололи нам что– то очень серьезное и уверены, что ты не очнешься так быстро.
– Это хорошо. Мне нужно несколько минут, чтобы собраться с силами.
Тина кивнула. Итан встал со второй попытки, прислушиваясь к своим ощущениям. Закрыл глаза и стал делать быструю дыхательную терапию, изгоняя боль и стараясь подчинить тело своей воле. Он несколько раз присел, нагнулся вперед, назад, сделал махи руками, покрутил головой.
– Все. Реакции, конечно, не те, но на большее, как я понимаю, нет времени. Кто нас взял?
– Ты отгибай решетку, а я тебе буду рассказывать.
Итан подошел к ней, взял в ладони ее лицо и поцеловал в губы. Быстро, без страсти, нежно и как– то значительно. Еще раз внимательно посмотрел ей в глаза и отошел от нее. Даже в такой странной и трудной ситуации его тело реагировало на эту женщину, как и положено реагировать мужскому телу.
«Пациент скорее жив! – усмехнулся про себя Итан. – Ладно, попробуем вытащить необходимую, как оказалось, тебе в жизни женщину из этого дерьма! Хотя похоже, что это она нас вытащит!»
***
От внезапного поцелуя я замерла, как под гипнозом, по телу разлилось такое приятное, необыкновенное тепло.
«Потом, Тина, – одернула сама себя. – Это называется в ненужное время и в ненужном месте!»
Итан встал на ящик и навалился на решетку, отгибая ее наружу. Я же упиралась руками ему в спину, создавая дополнительную опору для него, и рассказывала, опуская подробности, только основные, важные моменты. Я чувствовала как от напряжения руки и ноги мужчины дрожали мелкой, противной дрожью, пот катился по спине, но он отогнул решетку ровно настолько, чтобы можно было в нее пролезть, закрыл глаза и перевел дыхание, давая себе пару минут, чтобы собраться с силами.
– А где мы находимся, они не говорили? – спросил Итан.
– Нет. Ехали мы около часа, может, минут пятьдесят. Ты знаешь этих людей?
– Очень хорошо! Как родных! Нам бы телефон!
– Возле двери стоит стол, в него этот Куст сложил все наши вещи. У меня там есть одна вещица.
– Неужто, переговорный амулет?
–Угу, – кивнула головой.
–Ты ж моя прелесть! Давай– ка, Тиночка, выбираться!
Итан подтянулся на руках с большим трудом, сцепив до хруста зубы, и вылез наружу. Улёгся на живот, протянул руки, ухватил меня за локти, чтобы не задеть пораненные запястья, и вытащил наружу. Мы полежали, приходя в себя, рассматривая голубое небо и плывущие по нему беззаботные, равнодушные облачка, потом присели, помогая друг другу, опершись о стену возле окна.
– Девочка, – тихо спросил Итан, – ты сможешь еще побыть такой мужественной?
– Что, без боя не сдадимся? – уныло спросила, подозревая отсутствие простых решений типа бежать.
Единственное, о чем я сейчас мечтала, – бежать, как можно дальше и как можно быстрее!