Страница 27 из 69
– Откуда вы знаете? – удивилась Тина.
– Мне рассказала ваша подруга, мисс Миркл. Она за вас очень беспокоится, а вот вы почему– то промолчали, – следовательским тоном мягко пожурил Итан.
– Я не думала, что это важно. Может, у меня просто воображение разыгралось.
Итан слушал ее, откинувшись на спинку стула. Он расслабился, разрешив себе наконец перестать сопротивляться.
Она ему нравилась. Очень сильно!
Ему нравилось ее лицо, глаза, руки, фигура – все, что и было Тиной Бойд. Ему нравилось, как она двигается, как говорит, как смотрит. Она не просто ему нравилась, рядом с ней он испытывал незнакомый ранее небывалый внутренний восторг. Она совпадала со всей его жизнью, с ним самим идеально, вызывая постоянный, весьма ощутимый отклик тела. Странно. Очень странно.
«Просто она единственная женщина, которая, когда– либо так тебя цепляла, с ходу! – признался себе Итан. – Все очень просто! Каких только женщин у тебя не было, за твои годы! И жена даже была, и страсти разнообразные, и секс до одурения, как у всех мужиков! А чтобы вот так: хотеть женщину, и не просто в постель, а всю, со всей ее жизнью, трудным детством, комплексами, проблемами! Не бояться и избегать этого, как ты привык и прекрасно обходился, а страстно желать! Ну надо же, вот ведь тюкнуло в голову! И не только в нее! Все, Кёрк, ты попал! Как бы это все быстро решить? Может, зазвать ее к себе жить, под предлогом, что ей нельзя оставаться одной? Хорошая идея!»
И все равно странно! Для него, его жизни, привычек, собственного понимания взаимоотношений с женщинами. Ох как странно и еще более не вовремя!
Он очнулся от своих мыслей, поняв, что она задала какой– то вопрос и ждет ответа.</p>
<p class="b">– Простите, что вы спросили?
– Я спросила: что мне с этим делать?
– Вам –ничего! Делать будем мы, а вы сейчас возвращайтесь на работу, а вечером я позвоню. Во сколько вы заканчиваете?
– Часов в семь.
– Вот и хорошо. Никуда не уходите из офиса. Я позвоню, и мы решим, что делать. Договорились?
– Да. Вы думаете, что все так серьезно?
– Я пока не знаю, – честно ответил Итан. – Но лучше перестраховаться.
– Ко мне вечером Лара с Арти приедут.
– Хорошая у вас подруга.
– Да, – улыбнулась Тина, – мне повезло!
– Ей тоже. Идемте, – сказал Итан, расплатившись с официантом.
***
Мы вышли из кафе.
– Я подвезу вас на работу, – предложил Итан, указывая рукой на припаркованный чуть дальше экипаж, очень напоминающий земные машины начала ХХ века.
– Спасибо, это очень кстати, я уже опаздываю.
Мужчина галантно предложил мне, согнутую в локте, руку.Что мне ещё безумно нравится в этом мире, ну кроме все прочего, это учтивость мужчин.
Не спеша мы подошли к машине, стоявшей у тротуара. Итан протянул руку к дверце машины, чтобы открыть ее для меня. В этот момент какой– то прохожий, видимо очень куда– то торопясь, пробегая мимо нас, толкнул меня к Итану, а шедший ему навстречу мужчина сделал резкий шаг в сторону, пропуская бегущего, и оказался прямо перед нами. В следующую секунду он выкинул вперед руку и направил в лицо Итану струю удушающего газа из маленького амулета, напоминающего маленькую резиновую грушу. От неожиданности я замерла на месте, не попытавшись даже уклониться. Всё происходящее было словно в замедленной съемке: вот рука мужчины перемещается вместе со струей газа в мою сторону, рядом падает на тротуар Итан, и в следующее мгновение я получаю порцию удушливого газа в лицо.
«Как глупо!» – мелькнула мысль, перед тем как я отключилась.
Пришла в себя достаточно быстро, через несколько минут. Тело было как парализованное, поэтому мне даже не пришлось изображать обморок, но мозг работал четко и ясно. Сознание я потеряла не от препарата, которым нас с Итаном отключили, а скорее от неожиданности и страха. Я слышала все, что происходило вокруг меня, чуть– чуть приоткрыв глаза, через ресницы, пыталась посмотреть вокруг.
Возле нас остановилась небольшая повозка, напоминающая дилижанс, из нее выскочили два парня. Вчетвером, вместе с теми, которые так успешно разыграли столкновение, они подняли Итана и запихали внутрь.
– Тяжелый, сволочь! – сказал кто– то.
Они бросили его на пол повозки, я почувствовала, что меня хватают грубые руки, причиняя боль, поднимают с тротуара, как мешок с картошкой, тащат в машину и кидают на пол рядом с Итаном.
– Ходу! Ходу! – крикнул кто– то.
Повозка рванула с места, сопровождаемая целым оркестром возмущенных сигналов и окриков, проезжающих мимо авто и экипажей.
– Куст, давай скорее укол! Важняк здоровый, как боров, сейчас очнется, устроит нам тут кровавую баню! Зик, надень на них наручники!
Итан лежал лицом вниз. Сквозь ресницы я видела, как ему защелкивают наручники, заведя руки за спину. Я лежала на правом боку, переворачивать меня не стали, а резко дернули за правую руку, застегнули наручники впереди и откатили от Итана, но только затем, чтобы парню, которого назвали Куст, было удобнее сделать укол, прямо через ткань юбки, в ногу. Затем меня, как бревно, перекатили, уложив таким образом, что я наполовину лежала на Итане. Прямо перед моими глазами были его губы, и тут же почувствовала ещё один болезненный укол в ягодицу.
– Куст! – заржал кто– то. – Ты бы с мисс поделикатнее. Задрал бы юбку, спустил бельишко и уколол!
– Все, ша! Зубоскалить потом будем! Надо Кесарю позвонить.
После этой фразы я ощутила, что теряю четкость мысли и мои мышцы непроизвольно расслабляются.
«Что они вкололи?»
После того как я переехала к тётке, примерно через год, у меня обнаружили неправильный обмен веществ, какой– то совсем неправильный, наличие которого я приписываю тому самого обряду, что провела «мамаша». Каких только исследований со мной не проводили лекари! Один даже диссертацию защитил на моей уникальной нервной системе, объяснив мой феномен так: