Пришелец в СССР - 3

Глава 2

Поселок Мичуринское Ленинградской области находился на берегу Мичуринского озера, которое местные рыбаки не сильно жаловали, поскольку людей много, желающих поудить рыбу много, вот в результате ни отдыха, ни рыбы. Поэтому местные предпочитали ездить на рыбалку на другие озера. Одним из самых популярных было Журавлевское озеро, которое находилось среди лесов в удалении от крупных поселений и маленьких деревень. Как говорили рыбаки, «места там знатные, рыба сама в лодку запрыгивает».

Неизвестное тело, поправка пока неизвестное, из озера выловил Олег Коробейников, сорока двух лет от роду, преподаватель в «Среднем профессионально-техническом училище №1», где готовили высококвалифицированные кадры для сельского хозяйства, так было написано в Указе президиума Верховного Совета СССР от 30 мая 1975 года о награждении училища орденом «Знак почета». На рыбалке Коробейников был со своими друзьями Семеном Банниковым и Федором Булыгиным. Банников также как и он преподавал в училище, а Булыгин трудился врачом в местной областной больнице.

До Великой Отечественной Войны Мичуринское поселение было захудалой финской деревней, которыми заполнена вся Ленинградская область, а потом здесь основали учебный центр для подготовки специалистов полеводов, огородников и садоводов, и поселок тут же переименовали в честь известного ученого. Маленькая захудалая деревня разрослась до большого поселка на две с половиной тысячи человек, живущая тихой уеденной жизнью вдалеке от большого города. До ближайшей железнодорожной станции Сосново тридцать километров, и эта уединенность накладывала свой отпечаток на повседневную жизнь жителей.

Дорога до Мичуринского заняла полчаса. Пришлось плутать по проселочным дорогам в глухом лесу. Нравились мне такие места, подальше от человеческой цивилизации, поближе к естественному покою и умиротворению. Ведь когда вокруг тебя такие высокие, большие сосны, помнящие еще петровские времена, все проблемы большого мира кажутся далекими и несущественными.

— А все-таки интересную машинку мы обнаружили. Такую в наших магазинах не купишь, — Стрельцов совсем не настроен был молчать.

Эту поездку он воспринимал в том числе и как увесилительную прогулку. Возможность сменить привычную картинку за окном, увидеть что-то новое, пообщаться с новыми, если повезет то и интересными людьми. Но я бы предпочел, чтобы меня сопровождал другой Никита — Рябинин, младший лейтенант, который по протекции моей и Амбарова был переведен из областного города Мглова в Ленинград. Но неделю назад Рябинин вынужден был уйти в отпуск и отбыл на малую родину. У него мама умерла, и он поехал организовывать похороны. Дали ему на это две недели, чтобы парень в себя пришел от горя, да все хозяйственные вопросы уладил.

— Иномарка? Интересно откуда она в этих местах? — спросил я.

— Если иномарка, то почему на ней русское название? Мы это уже обсуждали. Тут больше вопросов, чем ответов. Хотя может быть это любительской автомобиль, — предположил Стрельцов.

— Что за любительский автомобиль? — удивился я странному термину.

— Ты что никогда программу по телику не смотрел «Это вы можете» — удивился Никита. — Там же все время о народных умельцах рассказывают, которые то чайник, то пылесос своими руками соберут, то автомобиль. Некоторые и самолеты на коленке мастрячат.

— Разве автомобиль можно собрать своими руками? — продолжал я удивляться.

Такое можно было представить в условиях моей Родины — Бресладской империи, когда человек имеет практически безграничный доступ к любым ресурсам и запасным частям. А то что недоступно можно вырастить на заводских принтерах, которые мог купить любой гражданин. Поэтому человек мог заниматься научно-конструкторским творчеством безгранично. Но в условиях социалистической действительности, где заводской автомобиль сложно купить, не то что запасные части, металлические составляющие и прочие аксессуары. Мне эта информация казалась фантастической.

— Наши умельцы надо будет ракету своими руками соберут. У нас вообще очень умелые ребятки живут. Помнишь историю про Левшу. Если надо и коня на скаку подкуют и на блоху уздечку наденут, да заставят упряжку таскать.

Кто такой Левша я понятия не имел. Эта часть памяти контролировалась Тенью, прежним владельцем этого тела. Был когда-то серый милиционер, тянувший служивую лямку не по призванию, а по необходимости. Надо же где-то работать, чтобы тунеядцем не прослыть. Но после алкогольной интоксикации и моего вселения в ослабленное тело, он скрылся на дне моего сознания и теперь жил там автономной тихой жизнью, наблюдая за происходящими событиями как зритель в телевизоре. Он мне практически не мешал, я ему создавал развлечения. Удачный симбиоз, но информацией он делился весьма дозировано. В последнее время придерживал ее, пытаясь выторговать для себя новые условия существования.

Неожиданно воспоминания из школьной программы по литературе всплыли в моей памяти, и я оценил аллюзию Стрельцова.

— Интересно, почему жертву привязали к капоту? — неожиданно спросил я.

Стрельцов посмотрел на меня с любопытством.

— А правда, почему? Куда проще зарезать человека, а затем оставить его внутри машины. Сам он не всплывет. Вероятность того что в таком глухом месте найдут тело очень мало вероятно. А тут привязали к капоту, тело могли зацепить крючком. Рыбаки люди хозяйственные, леску жалко. Да и не сильно глубоко там, — начал рассуждать Стрельцов.

— Тогда получается убийца не знал, что это место любимое для рыбаков, — заметил я.

— Получается это не местный. Местные все знают, где народ рыбу удит, да грибы собирает. Понятное дело, у каждого свое любимое место, но все же озер тут не так много. Процесс разложения трупа в воде занимает месяцев шесть. В одежде процесс идет медленнее. Убийца рассчитывал, что тело надолго застряло в воде, он его надежно привязал. А потом его начнут жрать рыбы. Потом зима. Озеро замерзнет. Полгода, год у него вполне может быть. А там может так никто и не найдет.

— Расчёт понятен. Не понятно пока кто и почему это сделал. Какие мотивы?

Стрельцов потер лицо правой ладонью.

— А если без мотивов? Захотел, убил.

— Снова маньяк? Не много ли маньяков на Ленинградскую область за столь короткий срок времени? — спросил я.