Страница 30 из 74
Глава 10
Я приехал в Контору рано утром. Надо было ознакомиться с протоколами опросов конструкторов Геншина и Дятлова и изучить результат встречи с доктором Шубиком. Каждый из нас занимался собственным фронтом работы, но только после сшивание воедино всех отчетов можно было представить полную картину преступления. А также мне нужно было составить план работы по Хирургу. Я владел полной информацией по Игорину, только теперь надо было систематизировать эти знания и найти с чего начать работу.
С утра в Конторе было также оживленно, как и в любое время суток. Между кабинетами по делам расхаживали сотрудники, повсюду шли какие-то обсуждения, но тихо, так что и слов отдельных не расслышать. Только хлопки дверей, да стрекотания пишущих машинок. Пахло кофейной бурдой и отчего-то листом смородины.
У нас в кабинете ни души. Я сразу подошел к окну и открыл форточку для проветривания. После чего поставил портфель на стул рядом со своим столом и разделся. Первым делом я поставил чайник. Изучать опросы, допросы, личные дела и другие материалы по делу лучше всего вместе с кружкой добротного чая. Я предпочитал крепкий черный чай с терпкими нотами. Он помогал собраться разуму, настроиться на активную работу, не отвлекаясь на посторонние детали. Я заварил чай, использовав двойную порцию заварки.
Все материалы по делу мы держали в сейфе, чтобы каждый в любое время имел к ним доступ. Я открыл сейф, достал папку и вернулся за стол. Распутав завязки, я достал верхние листы. Ими оказались протоколы опросов конструктора Геншина и Дятлова. Я просмотрел другие бумаги, но информации по доктору Шубику не нашел. Стрельцов никогда не отличался аккуратностью в ведении бумажной отчетности. Похоже, забыл добавить документы в дело или надлежаще их оформить. Придется его дожидаться.
Я углубился в изучение документов. Вскоре отложил их в сторону, и потер виски, пытаясь собраться с мыслями. Глоток крепкого чая помог сосредоточиться. Я не понимал, почему меня время от времени накрывает какой-то волной информационного раздрая. Теперь я знал, что в моем разуме новый поселенец, который похоже занимается благоустройством своего местожительства. Таких проблем с Тенью, который теперь окончательно ушел в тень, у меня не было.
Итак, ничего нового в опросах конструкторов я не нашел. Оба дружили с Колмыковым с давних времен. Увлекались одним и тем же. У Геншина проект был почти доведен до конца, остались последние косметические доработки и можно было проводить обкатку. У Дроздова проект был в самом разгаре. Он самый последний приступил к работе. Все втроем активно посещали секцию Самавто, не пропуская ни одно заседание. Участвовали в общественной работе. Посещали выставки достижений самодеятельного автомобильного движения. Участвовали в автопробегах самоделок. Геншин дважды. Дятлов один раз. Но во всех случаях, как штурманы у других конструкторов. Один вопрос меня все же заинтересовал. Для создания автомобиля своими руками нужны автозапчасти и комплектующие. Где-то они все это доставали. В условиях социалистической экономики и отсутствия свободной торговли материалами этот вопрос был весьма специфическим. Но ни одного из конструкторов это не останавливало. Значит были каналы поставок металла, стеклопластика, винтов, гаек, болтов. Доставали они откуда-то и двигатели, аккумуляторы, детали для узлов связи и ходовой. В материалах дела об этом не было никакой информации. Значит, придется навестить Геншина и Дятлова самолично и расспросить их об этом.
Я чувствовал, что что-то упускаю. В материалах я видел какую-то полезную деталь, которую упустил из вида. Я еще раз вернулся к документам и через минуту нашел нужное мне. Геншин показал, что несколько недель назад на одном из заседании клуба Самоделкиных, он познакомился с журналистом Овсянниковым, который намеревался написать статью о современных кулибиных. Товарищ Овсянников несколько раз посещал мастерскую Геншина. Активно интересовался его работой. Смотрел чертежи, «лазил под машину» — в материалах так и было записано. Точно такая же информация содержалась в опросе Дятлова. Овсянников посещал и его мастерскую. Также изучал чертежи и строящуюся модель автомобиля. Но ни один из конструкторов не мог вспомнить журналистом какого издания он был.
Я сделал пометку у себя в блокноте установить на какое издание работал журналист Овсянников.
Я вернул документы в папку, завязал ее и положил в сейф. Я закрывал сейф, когда в кабинет стремительно вошел Стрельцов.
— Привет, жаворонок. Чего так рано? По работе любимой соскучился. Леший, тебе надо девушку завести. А не только одной работой кровоточить.
— Доброе утро, Никита. Девушка у меня есть. И я как раз ждал тебя.
— Что случилось? По какому вопросу?
— Ты вчера меня на какую-то встречу пригласил.
— Точно. Хорошая тусовка будет. Отлично отдохнем. С душой, товарищ.
Стрельцов хлопнул меня ободряюще по плечу.
— Я могу с девушкой своей прийти. Заодно познакомитесь.
— Да, конечно. О чем вопрос. Чем больше народа, тем веселее песни поются.
— Отлично. Тогда по делу. Я не нашел информацию по твоей встрече с доктором Шубиком.
— Слушай, не успел оформить до конца.
— Можешь рассказать, — попросил я.
— Чайник кипяченый?
— Да полчаса как вскипел. Остыл уже.
Стрельцов подошел к чайнику и включил его.
— Тогда ты мне расскажешь о встрече с Липницким. Твоего отчета в деле тоже нет. А я тебе про Шубика. Договорились?
— По рукам
Стрельцов положил в свою кружку заварку, дождался пока вскипит чайник, залил кипятком и сел возле моего стола.
— Получается мы с тобой социалистическое соревнование устраиваем на тему, кто быстрее поймает преступника. Думаю, что это хорошее начинание. Что тебя интересует?
— Все что удалось узнать.