Страница 99 из 122
Ланселетта медленно покачала головой:
— Нет, не Реген. Лионесс.
— Лионесс напал на Пендрат? Но почему?
Печаль мелькнула на ее лице:
— Никто не нападал на нас, Моргана. При поддержке Регена Пендрат напал на Лионесс.
У меня отвисла челюсть:
— Что?
— Все случилось сразу после того, как ты ушла. Помнишь делегацию из Лионесса? Твой брат отдал приказ убить часть из них, остальных взяли в плен. С тех пор мы их не видели, но я слышала, что они еще живы.
— О Заря.. – выдохнула я.
— Мы напали на Лионесс без предупреждения, ночью. Так подло, Моргана. Так трусливо. – Ланселетта покачала головой, словно не могла вынести позора. – Артур объявил, что Реген – наш союзник. Они нас поддержали вначале, посылая свои войска сражаться бок о бок с нашими.
— Но? – Я наклонилась вперед, почти забыв о боли в спине. Ну да, мечты о Королевской экспедиции, которой так восторгался Кей, были уничтожены. Путешествие в Лионесс так и не состоялось. Это было то, что Артур действительно замышлял с самого начала.
— Но у Лионесса оказался неожиданный союзник, – продолжила Ланселетта. – Тинтагел пришел им на помощь. Теперь Пендрат ведет две войны: с Тинтагелом на севере и с Лионессом на юге. Когда Тинтагел включился в войну, Реген отозвал свою поддержку. Теперь Артур воюет и внутри Камелота, и за его пределами. Он чувствует себя преданным и потому ищет виновных везде и во всем.
— Что ты имеешь в виду? – прошептала я.
Ланселетта сглотнула:
— Ты ведь знаешь, какой он, Моргана. Теперь все стало еще хуже. В королевстве введено военное положение и комендантский час. Он объявил массовую мобилизацию, призывая как мужчин, так и женщин. Ты помнишь, что жители королевства столкнулись с нехваткой продовольствия? Сейчас ситуация усугубилась. Думаешь, я плохо выгляжу? Ты не видела некоторых детей, Моргана. Это зрелище разрывает сердце. А короля это, кажется, не заботит. Во имя войны он забирает все, что считает нужным: еду, землю и все, что имеет хоть какую-то ценность. Каждого, кто критикует или выступает против войны, жестоко наказывают. Протестующий либо теряет свое имущество, либо еще хуже.
— Еще хуже?
Ланселетта побледнела:
— Несогласных с политикой Артура вешают на рыночной площади в назидание остальным. Казни теперь – ежедневное зрелище. Если вдруг среди провинившихся оказывается кто-то из знати – его обезглавливают рядом с виселицей. Даже жрица была казнена за то, что посмела высказать свое мнение.
— Жрица? – резко спросил Дравен. – Большинство из них – просто девочки.
Ланселетта кивнула:
— Она была молодой послушницей, как Галахад. Когда ее арестовали, ее семья была в ярости. Отец обратился к королю, но это не помогло. – Ее голос стал тише: – Теперь он тоже мертв.
Я подумала о головах в ящике. Об охотниках, которые осмелились бросить вызов Артуру, пытаясь добыть еду для своих семей.
— Я надеюсь, что люди восстанут, – сказала я, чувствуя, как ярость клокочет в горле. – Я надеюсь, что они осмелятся выступить против него.
Ланселетта выглядела ошеломленной:
— Правда?
— Он мой брат, но также он мой король. А мой король – тиран, Ланселетта. Ничто не может оправдать этого. Он причиняет зло своему народу. Он ополчился против Лионесса. Они были нашими союзниками, но Артур предал их. Убивать гостей у себя дома – это за гранью всего.
Ланселетта кивнула:
— Мерлин сказала то же самое. По ее словам, богини воспримут пролившуюся кровь гостей из Лионесса как нарушение священного закона. Король совершил преступление против самих Трех.
— Она сказала это Артуру? – спросила я, глаза мои были широко раскрыты, а в душе одновременно боролись надежда и ужас.
Ланселетта медленно кивнула:
— Он приказал ее выпороть. Публично.
— Нет, нет! – Я почувствовала, как горячие слезы собираются в уголках глаз. – Как он посмел?!
Ланселетта продолжала:
— Артур опустошил храм. Он даже пытался осквернить святилище, но я думаю, что страх перед Тремя в конце концов остановил его, прежде чем стало слишком поздно.
Я сглотнула:
— Возможно. – Хотя я сомневалась в этом.
— Перед моим отъездом он требовал построить новый храм для Перуна, брата Трех. А пока что алтарь Перуна стал центральной частью храма. Артур велел горожанам молиться и оставлять дары ему в первую очередь, а уже потом идти к Трем сестрам, если почувствуют в том нужду. Он поощряет кровавые жертвоприношения некрупных животных и тому подобное.
— Это святотатство, – прошептала я, чувствуя, как цвет уходит с моего лица. – Три не требуют крови.
— Ты спрашивала о Кее, – продолжила Ланселетта. – Он здоров, но он несчастен, Моргана. Мы знаем об этом, потому что он поддерживает связь с сэром Эктором. Король призвал твоего младшего брата в армию. Он тренируется каждый день, но находится далеко от Камелота. Сэр Эктор боится, что король собирается отправить Кея на передовую. Артур утверждает, что это вдохновит людей на победу, но сэр Эктор считает.. – Она замолчала.
— Что Артур хочет избавится от Кея, – пробормотала я.
— Все это не могло произойти за одну неделю, – сказала я. – Ты говорила, что гости из Лионесса были убиты и захвачены сразу после моего ухода.
— Это правда. – Ланселетта покраснела.
— Так когда ты на самом деле ушла?
Она встретилась со мной взглядом:
— Примерно через месяц после тебя. Менее недели назад.
Я громко выдохнула:
— Как? Как это возможно? Ты летела?
Она покачала головой, ее лицо было бледным.
— Тогда как ты сюда добралась, Ланселетта?
— Ты не поверишь, – прошептала она. – Я едва сама в это верю.
— Я знаю, как она это сделала, – вмешался Веспер. Он отложил ножи, подошел к нам, скрестил руки на груди и окинул Ланселетту ледяным взглядом.
— Веспер, – подал голос Дравен.
— Что? Ты тоже догадался, да? – спросил Веспер.
Дравен покачал головой:
— Я читал о таких вещах, но не думал, что это возможно.
— Что ты имеешь в виду? – спросила я. – О чем вы говорите?
— Об арках. Она должна была пройти через них, следуя по пути фейри, – сказал Веспер.
— Я не понимаю, – я уставилась на менестреля. – Мы тоже прошли через них, и что с того?
Он посмотрел на меня с любопытством:
— Ты ничего не почувствовала, когда проходила под ней?
Я нетерпеливо покачала головой:
— Она была красивой и, конечно, произвела впечатление.