Страница 3 из 65
И вновь тренированный ум позволил мне избежать ненужных рефлексий на тему, а как оно произошло, а как это вообще возможно? Я просто принял это, как данность. Что реальность вокруг меня, это реальность популярного комикса, и мне теперь в ней жить.
Вот только я не помнил персонажа по имени Дерек. Или помнил?
Среди основных персонажей комикса такого не было. Встречалась Найтгейл с несколькими суперами, но вышла замуж только в одном из поздних выпусков за Старбаттлера, сблизившись с ним во время совместных битв против суперзлодеев. Но ни один из них не был Дереком. И всё же это имя мне казалось смутно знакомым.
И вновь помогла тренированная память. Стоило начать прогонять страницы комикса перед внутренним взором с самого первого пилотного выпуска, как я вспомнил, и вспомнив, тихо, но эмоционально сквозь зубы произнёс:
— Ф-фак!
Дереком действительно был первый муж Найтгейл. Вот только на момент начала комикса она уже была вдовой. А он был лишь краткой предысторией, маленьким штришком, объясняющим, как эта красивая и молодая женщина стала такой жёсткой и непримиримой воительницей с преступностью. Его похитила и убила одна из городских банд, которую затем безутешная вдова извела под корень. Вот только её мужа, Дерека Коэна, это уже вернуть не могло.
Глава 2
В целом, однако, чёткая идентификация себя и места в сюжете, принесла даже некоторое облегчение. По крайней мере, есть определённое понимание дальнейших действий. А то что убьют… Ну, кто предупреждён, тот вооружён. Когда ты десятки лет на нелегальном положении, ожидание того, что в любой момент к тебе может вломиться ФБР, становится частью твоей повседневной жизни. Здесь тоже, угроза скорой гибели скорее подстёгивала, заставляя думать быстрее, чем вгоняла в депрессию. Впрочем, о последней речи вообще не шло. Я вновь здоров и молод, пусть мир вокруг всего-лишь, комикс. Хотя… Я выглянул в окно, наблюдая за суетой на улице, десятках и сотнях проезжающих машин и качнул отрицательно головой. Нет, это живой мир, настоящий, реальный, хотя бы для моих органов чувств.
Вспомнился шедевр тогда ещё братьев Вачовски — «Матрица». Впрочем, неважно, моя личность и сознание живы, а значит жив и я и не важно, настоящее у меня тело или массив программного кода.
Я снова поднял руки перед собой, сжимая кулаки и любуясь напрягающимися мышцами. Тридцать два, самый пик расцвета, когда впереди минимум десяток лет пика своих физических возможностей. Да и в дальнейшем, если себя не запускать, можно очень достойно встретить старость. Да и тело досталось, грех жаловаться, крепкое, высокое, физически развитое. Даже лицо, не смазливое, но мужественное. Из минусов только ощутимая жировая прослойка на животе, но то, возможно, от малоподвижной работы, хотя про спортзал Дерек Коэн явно не забывал.
— Итак, — негромко произнёс я, глядя на себя в зеркало, — глобальная задача номер один — выжить.
Следовало как можно больше деталей вспомнить, по той банде, которая стала причиной смерти бывшего мужа Найтгейл. Вот кстати, пока ещё не бывшего. В памяти всплыл утренний образ едва одетой девушки, поцелуй и тонкий намёк на сегодняшний вечер. Глянув вниз, хмыкнул, но вернулся к определению порядка действий.
— Подзадача — выяснить наиболее полно круг общения, привычки, род занятий и образ жизни, для успешного внедрения под личностью Коэна.
Тут я вновь подумал о Найтгейл и определил глобальную задачу номер два:
— Не допустить сближения с другими суперами, особенно с Старбаттлером.
Ну а что. Кто не мечтал о жене супергероине? Да даже отставники СВР, тем более когда у них новая жизнь начинается.
Мысли связаться с бывшими коллегами были, но я их отложил на дальнюю полку. В комиксах практически ничего о СССР не было и какой Союз в этом мире, ещё надо было выяснить. К тому же, на лицо было сильное расхождение по временной шкале. Классические комиксы по «Уравнителям» это шестидесятые, здесь же, судя по уровню развития техники, минимум двухтысячные. Может тоже уже и Союза-то нет. Но в любом случае, сейчас глобальные задачи у меня совсем другие.
И самая-самая первоочередная, это легализация на новом месте и в новом теле. Жирный плюс, что телом я реальный Дерек Коэн, тут ни отпечатки пальцев ни днк во мне подмену не выявят. Минус — абсолютно никаких воспоминаний и знаний о аспектах его жизни до моего попадания.
Та же Джессика знает своего мужа как облупленного и неизбежно заметит изменившееся поведение, привычки, манеру разговора, да даже секс, как таковой, может меня выдать. Будь мы едва знакомы, легко списать на новые грани личности, но не после нескольких лет семейной жизни. Хотя и о том, что в голове её мужа сидит уже совсем другой человек, она вряд ли сходу задумается. Особенно если залегендировать эти изменения влиянием каких-то внешних факторов.
Но для начала надо было выяснить о себе как можно больше. И, как и любой поиск, начал я его методично и планомерно, комната за комнатой.
Да, сама квартира была достаточно большой, особенно с учетом, что жили мы в Нью-Йорке. Упоминание Бронкса послужило индикатором того, что здесь расхождений с комиксом нет.
Вид из окна, количество комнат, потолки, отделка — все это говорило о том, что это достаточно современный кондоминиум в не самом бюджетном районе.
Слишком хорошо для репортера телеканала. По комиксу-то Найтгейл не особо шиковала, ни Донни Шарк какой, и ни Ваттман, где под масками супергероев скрывались не подпольные, а вполне себе явные миллиардеры.
В спальне ничего примечательного не нашлось, разве что большое количество повседневных костюмов стало ещё одним намёком на офисную деятельность этого тела.
Но стоило мне добраться до отдельного кабинета, с большим дубовым столом и книжными шкафами вдоль стены, и найти папки с документами, как внезапно выяснилось, что это не Джессика хорошо зарабатывает, а это, оказывается, я хорошо зарабатываю. Квартира была куплена мною, как и две машины. А жили мы на Манхэттене, Верхний Вест-Сайд, кондоминиум по адресу: Бродвей 2505. Очень, очень недешёвое место, не уверен, что даже в бытность бизнесменом, легко мог бы себе позволить тут жить, особенно купить квартиру, а не арендовать, как я изначально предполагал. Недалеко Центральный парк и деловая часть Манхэттена.