Страница 66 из 73
Новости о нападении быстро добрались до Киры. Родионыч был вынужден доложить наверх. Пришлось успокаивать её в чате. Я записал пару голосовых, как можно более обтекаемо описывая то, что происходило недавно.
На сон грядущий пообщался с Полиной. Она уже была в курсе, Кира ей выложила всё в тот же момент, когда к ней пришла информация.
Благо, что Поле достаточно было того, что мы победили. Мучить расспросами она меня не стала.
Пожелав ей сладких снов, я и сам упал на диван. И тут же уснул.
Петровская арена, на следующий день, 16:30 мск
— Ох, ребятки. Это вам не квалификация, — пробормотал Артём Сергеевич, вытирая вспотевший лоб.
Я был с ним абсолютно согласен. Да и остальные не возражали.
Петровская арена поражала своими масштабами.
Гигантский амфитеатр, залитый светом многокиловаттных прожекторов, гудел, словно растревоженный улей. Трибуны были забиты под завязку.
— ЛЮ-ТЫ-Е! ЛЮ-ТЫ-Е! — скандировала многотысячная толпа.
Я различал сквозь шум упоминание нашей гильдии. Но всё это растворялось на общем фоне. Что ж, настроение зрителей понятно. И логично. Мы здесь новички, а «Лютые» не в первый раз выступают в Бронзовом дивизионе.
Между тем мы приближались к бровке арены. А впереди площадка, где уже маячили организаторы в бронзово-белой форме. Один из них сопровождал нас, монотонно объясняя где находится тренерский штаб, что грозит за вмешательство в поединок и остальные нюансы.
Всё почти то же самое, что и на Бетонке. Мы с Кирой и Беловым в ложе, наша команда на арене. Связь с ней через гарнитуру. Выход тренера за бровку без весомой причины приравнено к техническому поражению.
Я слушал заунывное бормотание паренька в форме, втянул воздух. Он пах адреналином, горячим песком, а ещё озоном от защитного барьера, который окружал арену плотным кольцом. Лишь впереди нас в этой защите была прореха, которая после начала матча закроется.
Защита была на порядок серьёзней, чем на Бетонке. Выше в два раза и плотнее. Даже натиск мамонта выдержит.
— На поле выходят только команды, — прогундосил паренёк, протягивая мне два блокирующих браслета для моих питомцев. — Остальные переходят в тренерскую ложу… — затем он увидел, что я не спешил использовать браслеты, напрягся, — Надевайте, чтобы я зафиксировал. У нас отчётность строгая, сами понимаете.
Я защёлкнул на шее зарычавшего Живчика неудобный браслет, затем окольцевал Искорку, которая возмущённо зашипела.
«Так надо, по правилам», — поспешил я успокоить зверят.
— У вас есть минута, и начинаем, — предупредил нас организатор, посматривая на большой циферблат часов на своём запястье.
Мы собрались командой в круг. Все до предела напряжены, все волнуются. Я поспешил поделиться с ними правильным настроем.
— А теперь слушаем сюда, Львы, — оглядел я каждого Проводника. — Это наш первый матч в Бронзе. Мы долго к этому шли. Было непросто, а зачастую приходилось преодолевать себя. Так докажите, что этот путь вы прошли не зря. Докажите! Самим себе! Вы можете всё, если захотите! Вы лучшие! И я в вас верю!
— ЛЬВЫ! ЛЬВЫ! ЛЬВЫ! — загромыхала команда.
Мы скрестили руки, покачали, и… я отпустил их на поле.
Команда отправилась на площадку, а мы с Кирой и Беловым Поднялись на лифте в свою ложу.
Большое пространство. Раза в три больше, чем на Бетонке Просторный стол по центру с минералкой. Кресла с высокими спинками.
У стекла — большой пульт с биноклями и двумя кнопками.
Я знал для чего они. Одна из них зелёная, для вызова обслуживающего персонала. Принести что-либо на стол, за дополнительную плату, либо вызвать организатора для спорных вопросов. Красная кнопка для прекращения боя, в случае травмы кого-либо из команды. Или для тайм-аута, который можно активировать каждой команде один раз за матч.
Мы с Кирой и Беловым заняли свои места у пультов, усаживаясь в удобные кресла.
— Ух, всё же соперники нам достались… Выдержать бы их напор, — пробормотал Белов, доставая из кармана свои заговорённые фисташки.
— Артём, помолчи, пожалуйста, — зазвенел голос Киры.
— А что я? Констатирую факты!
— Констатируй молча…
Скрывая волнение, я нацепил тактическую гарнитуру, настроил канал связи. Затем взглянул вниз, через бинокль.
Внизу, на островке посреди золотистого песка, выстроились две команды. «Лютые» все плечистые, высокие, среди них одна крупная девушка. Они снисходительно посматривали на «Львов», хотя понимали, что лёгкого боя не будет. Те, кто вырываются из Бетонки противники серьёзные, и ожидать можно чего угодно.
Хотя наверняка они уже изучили нашу тактику, подкованы в этом плане.
Дэнни, обычно не упускающий случая попозировать, сейчас забыл про телефон. Нервно поправлял ремешок на своём щите.
Искорки хватило лишь на щиты. У всей команды они класса А. А вот до брони кроха не добралась. Впрочем это лучше, чем ничего.
Команда предупреждена, поэтому в крайнем случае будут использовать щиты, чтобы избежать ударов Секача или в случае прямого столкновения с Проводниками «Лютых».
Лера хмуро сверлила взглядом противоположный конец арены. Костя был белее мела, а Анна непрерывно гладила Матильду, пытаясь успокоить и себя, и лисицу.
Из мощных динамиков заиграл торжественный гимн Бронзовой лиги. Музыка гремела, добавляя моменту эпичности. Судейская коллегия в строгих чёрных мантиях неспешно обошла обе команды, методично проверяя экипировку Проводников и питомцев.
Главный арбитр, сухощавый и высокий как жердь старик, поднял руку, призывая трибуны к тишине, поправил микрофон возле уха, подтягивая его ко рту.
Гул многотысячной толпы мгновенно плавно стих.
— Правила Бронзовой лиги неизменны! — усиленный аппаратурой голос судьи прокатился по стадиону. — Срыв брони с Проводника или глубокий нокаут фамильяра — тандем выбывает из игры! Разрешён один тактический тайм-аут для каждой команды. Длительностью в пять минут. Кроме того судейская коллегия начисляет баллы за активные действия и инициативу на арене. Эти очки не играют роли в случае чистой победы. Но именно они будут решающими в спорных ситуациях! Итак! Команды, занять позиции!
— Внимание, Львы, — ровно и холодно обратился я к команде через гарнитуру, отсекая мандраж. — Ещё раз. Работаем строго по плану. Никакой самодеятельности. Удачи.
Пятачок убрали. Команды расположились на арене, каждая на своей половине.