Страница 54 из 73
Оставив хакера в его естественной среде обитания, я перешёл на уличный плац, где команда под руководством Белова работала на кардио, вовсю таскала здоровенные шины.
— Собрались, Львы! Внимание на меня! — скомандовал я, останавливая тренировку.
Тандемы сгрудились вокруг, тяжело дыша.
— Физику вы отработали, — я обвёл их серьёзным взглядом. — Теперь переходим к шахматной партии.
— Ненавижу шахматы. Кто их ваще любит? — хохотнул Дэнни, и Лера довольно ощутимо пихнула его в бок.
— Не перебивай, — бросила она ему.
— Я проанализировал последние записи боёв «Лютых», — продолжил я. — Они сильные, но не идеальные. У них есть чёткие паттерны атак, свои излюбленные хитрости, которые я бы обозначил как привычки. И, главное, строгие тайминги срабатывания способностей. Мы будем бить именно по ним. А теперь за мной, в зал отдыха. Немного отдышимся, и поработаем извилинами.
Мы прошли в комнатку с плазмой на стене. В стороне по-прежнему замерла доска.
Пока команда располагалась на диване и креслах, я взял мел, быстро набросал схему Арены, помечая позиции крестиками и кружочками.
— Матильда! — начал я, комментируя свои схемы. — Гаргулья всегда… повторяю, всегда заходит с левого фланга под прикрытием вспышки. Её задача, Савельева, не смотреть. Слушать воздух… Бублик! Секач бьёт строго по прямой. Он тупой, как пробка, и не умеет маневрировать на скорости. Мы используем его инерцию против него самого…
Я чётко, шаг за шагом расписывал им, как именно бьются наши противники. Вскрывал слепые зоны каждого вражеского фамильяра. Всё я знал досконально, потому что в своём прошлом сталкивался с ними на арене.
Про гаргулью, нового питомца, пришлось узнавать отдельно. И, разумеется, не обошёл стороной и богомола, который в резерве. Его могли выпустить в любой момент.
Детали этого плана я вбивал в их головы более часа. А затем сделал перерыв.
Отправился в лазарет, забирая Искорку.
Кроха оживилась, обрадовалась, потёрлась мордочкой о мою шею и привычно растянулась на плече. А живчик звонким лаем обозначил, насколько рад её видеть.
Серёга между тем сработал оперативно. Действительно управился за пять минут. Уже давно на почте лежали файлы. Я изучил их, пока добирался до кабинета Белова. Подробнейшие заводские чертежи механизма ангарной крыши, включая размеры той самой фигурной детали, что нам и была нужна.
— Артём Сергеич, нам нужно ехать, — отвлёк я помощника от картины, заходя в кабинет.
— Прям щас? Может попозже? — умоляюще протянул Белов. — Всё никак не могу щупальце Желешки закончить.
— Потом с щупальцами своими разберётесь, — обозначил я, отправляясь в коридор. — Надо найти Викентия.
— Да это ж не мои щупальца, — хохотнул помощник, догоняя меня. — А зачем Викентия? А он что?.. Надо что-то выточить? Опять ключ?
— А вы не в курсе? Деталь нужна для подъёмного механизма, — произнёс я, косясь на помощника.
— А-а-а, — протянул он. — Вот же дурень, забыл. Точно! Так он знамо где, там же, колдырит со своими корешами.
— В гаражах?
— А то где ещё? В том же гараже он и сидит. Куда ему ещё деться?
Добравшись до микроавтобуса, мы лихо сорвались с места. Через двадцать минут свернули в уже знакомый и знатно обшарпанный гаражный кооператив на окраине района.
Картина внутри заветного гаража ничуть не изменилась со времён нашего прошлого визита. Стабильность, достойная восхищения.
Двое маргинального вида собутыльников в замасленных ватниках сидели за колченогим столиком. Тот был уставлен пустыми бутылками. Все были пьяны в хламину. А сам гений токарного дела, Викентий, по-прежнему валялся на своём излюбленном месте, на полу. Вот только оно теперь было застелено почему-то газетами. Токарь находился в глубокой отключке.
— Классика жанра, — философски констатировал я, переступая через порог. — Барон, можешь прочитать лекцию народу, о вреде пьянства.
— Я? — изумлённо высунулся из кармана Сверчанский. — Так они ж чужие.
— С ними можно, — одобрительно кивнул я.
— Хе-хе, — сверчок почесал передними лапками. — Это мы за здрасьте.
Гусар приземлился на заляпанный стол, аккурат между бутылкой водки и надкусанным солёным огурцом.
Сверчок упёр передние лапки в бока, возмущённо затряс усами. В ответ один из собутыльников икнул, уставился на него.
— Ты видел, Т-толян? — пихнул он своего товарища. — Ля!
— Срамота! Упадок нравов! Деградация офицерского состава! — барон начал расхаживать по столу, пиная хлебные крошки. — Вы не элитный гарнизон, вы — опарыши кабацкие! Как можно нахлебаться до состояния контуженной гусеницы⁈ И это прямо посреди бела дня! А ну, смирно! Перед вами боевой офицер! Розги по вам плачут, пьянь бескрылая!
Один из собутыльников, мужик с сизым носом, медленно сфокусировал мутный взгляд на возмущающемся насекомом. Его челюсть отвисла, обнажив отсутствие нескольких зубов.
Второй собутыльник, Толян, уставился на стол.
— Т-ты… эт чо такое? — дрожащим шёпотом выдавил сизоносый. — Ты… ты это видишь? Оно… зелёное… и ругается…
Толян судорожно сглотнул, с ужасом глядя на барона.
— Всё, Михалыч! — Толян в панике отшатнулся от стола. — Завязываем с этой палёнкой! Допились, мать её! До чертей зелёных, хе-хе!
Пока собутыльники обсуждали сверчка, а тот всё распалялся, мы с Беловым подхватили бесчувственное тело Викентия за подмышки, потащили к выходу.
— Опять Викентия утаскивают! — запоздало возмутился Толян, когда мы уже грузили недвижимого токаря в микроавтобус. — Эй! Чаво вам от него надо⁈
— Родине нужны его руки золотые, — коротко бросил я, захлопывая дверь микроавтобуса.
Сверчанский хохотал в голос, запрыгнув в приоткрытое окно. Под его весёлые залихватские речи, мы добрались до базы.
Затем отволокли Викентия прямиком в лазарет. Полина, только взглянув на «пациента», обречённо вздохнула. Достала из шкафчика шприц. Тот самый фирменный, жёсткий «отрезвитель», который ставил на ноги даже мёртвого, как она однажды призналась.
После болезненного укола Викентий дёрнулся, открыл мутные глаза и попытался сфокусироваться на окружающих.
— Где я? — прохрипел токарь, хватаясь за раскалывающуюся голову.
— На работе, Викентий. На любимой, высокооплачиваемой работе, — я сунул ему в руки распечатку чертежа от Серёги, положил на стол тяжёлую болванку из простой углеродистой стали.