Истоки

Ребенок только что обезоружил около пятнадцати мужчин и, вероятно, обезоружил бы чертовски много больше, если бы Арчер не поразил малыша транквилизатором. Если быть честной, я даже не знала, что только что видела или кем был ребенок, но Дэймон выглядел значительно более испуганным, чем я себя чувствовала. Страх гудел внутри меня. Ребенок что-то ему сделал?

Оттолкнувшись от стены, я подбежала к Дэймону. — Ты в порядке?

Он пробежал рукой по волосам, кивнув.

— Кому-то нужно доставить этих двоих в их комнаты, — сказал сержант Дашер, сделав глубокий вдох, а потом пролаял еще приказы. Арчер придвинулся к нам.

— Подождите, — я сжала руку Дэймона, отказываясь сдвинуться с места. — Что это было?

— У меня нет на это времени, — глаза Дашера сузились. — Доставь их обратно в комнаты, Арчер.

Гнев поднялся во мне, горький и мощный. — Уделите этому хоть немного времени.

Дашер вскинул на меня голову, а я свирепо посмотрела на него. Дэймон настраивался на разговор, зафиксировав внимание на сержанте. Мышцы под моей рукой согнулись. — Тот ребенок не был Лаксеном или гибридом, — сказал он. — Думаю вы, парни, должны дать нам прямой ответ.

— Он то, что мы называем истоком, — ответила Нэнси, подойдя сзади сержанта. — Как новое начинание: исток идеальный вид.

Я открыла рот, затем закрыла. Исток — идеальный вид? Я чувствовала себя так, словно провалилась головой вниз в очень плохой научно—фантастический фильм, за исключением того, что все это было реально.

— Действуйте дальше, Сержант. Я уделю им свое время.

Она наклонила подбородок, встретившись с недоверчивым взглядом Дашера. — И я хочу полный отчет о том, как и почему произошло два инцидента с истоками в течение двадцати четырех часов.

Дашер громко выдохнул через нос. — Да, мэм.

Я в некотором роде была ошеломлена, когда он щелкнул каблуками и развернулся, и мое подозрение, что Нэнси, та, кто заправлял шоу, подтвердилось.

Она вытянула руку в сторону одной из закрытых дверей. — Давайте присядем.

Держа руку Дэймона, я последовала за Нэнси в маленькую комнатку, в которой находился только круглый стол и пять стульев. Арчер, наша вечная тень, присоединился к нам, но остался возле двери, пока мы втроем присели.

Наклонившись, Дэймон уронил локоть на стол, а руку на мое колено, его яркие глаза зафиксировались на Нэнси. — Хорошо. И так, этот ребенок — исток. Или как-то так. Что в точности это значит?

Нэнси облокотилась на стул, закинув ногу на ногу. — Мы не были пока готовы поделиться этим с вами, но, учитывая то, чему вы стали свидетелями, у нас действительно нет выбора. Иногда все идет не так, как планировалось, так что мы должны приспосабливаться.

— Конечно, — сказал я, кладя руку поверх руки Дэймона. Он перевернул свою вверх, переплетая наши пальцы, наши соединенные руки лежали на моем колене.

— Проект Исток — величайшее достижение Дедал, — начала Нэнси, ее взгляд не дрогнул.

— По иронии судьбы, он начался как несчастный случай более сорока лет назад. Он начался с одного, а вырос более чем до ста, как сейчас. Как я сказала ранее, иногда то, что мы планируем, не происходит, так что мы должны приспосабливаться.

Я взглянула на Дэймона, он выглядел таким же изумленным и обеспокоенным, как и я, но у меня было такое неприятное, щемящее чувство. На каком-то уровне я знала, чтобы бы мы сейчас ни услышали, это взорвет наши мозги.

— Около сорока лет назад у нас был мужчина Лаксен и женщина гибрид, которую он изменил. Они были очень похожи на вас двоих, молодые и влюбленные.

Ее верхняя губа скривилась от пренебрежительного веселья. — Им позволили видеться друг с другом, и, в какой-то момент, во время их пребывания у нас, женщина забеременела.

Ох, черт побери.

— Сначала мы не знали, пока не стало заметно. Мы не проводили гормональный тест, связанный с беременностью. Из того, что мы собрали, стало ясно, что Лаксену очень трудно зачать с кем-либо, так что нам не пришло в голову, что один из них окажется, способен зачать с человеком, гибридом он или нет.

— Это правда? — спросила я Дэймона. Мы не говорили о том, чтобы сделать ребенка. — Лаксенам трудно зачать?

Челюсти Дэймона заработали. — Да, но насколько я знаю, мы не можем зачать ребенка с людьми.

Это все равно, что получить совмещенных вместе кошку и собаку.

Фу. Я состроила рожицу. — Милое сравнение.

Дэймон самодовольно улыбнулся.

— Ты прав, — сказала Нэнси. — Лаксены не могут зачать детей с людьми, и в большинстве случаев, они не могут зачать с гибридами, но когда мутация идеальна, полностью на клеточном уровне, и если оказывается, что они хотят этого по-настоящему, они могут.

По некоторым причинам жар пополз по моей шее. Разговаривать о детях с Нэнси хуже, чем о сексе с моей мамой, а это было достаточно плохо, чтобы заставить меня захотеть ударить себя в живот.

— Когда обнаружили, что гибрид беременна, команда раскололась, должна или нет быть прервана беременность. Возможно, это звучит жестко, — сказала она в ответ на то, как напрягся Дэймон, — но вы должны понимать, мы не имели понятия, что могла сделать эта беременность, или на что будет похож ребенок Лаксена и гибрида. Мы не имели понятия, с чем связались, но, к счастью, на прерывание беременности было наложено вето, и мы получили возможность изучить этот случай.

— Так... так у них был ребенок? — спросила я.

Нэнси кивнула.

— Продолжительность беременности была нормальной по человеческим стандартам — между восемью и девятью месяцами. Но наш гибрид родился немного раньше.

— У Лаксенов это занимает около года, — сказал Дэймон, и я поморщилась, думая о том, что это чертовски долго, чтобы застрять, вынашивая тройню. — Но, как я сказал, это тяжело.

— Когда младенец родился, внешне у него не было ничего примечательного, за исключением глаз ребенка. По цвету, они были фиолетовыми, что является чрезвычайно редким цветом для людей, с волнистыми темными кругами вокруг радужки.

Анализ крови показал, что ребенок получил обе ДНК — человека и Лаксена, которая отличалась от мутированной ДНК гибридов. Так было, пока ребенок не начал расти, тогда мы поняли, что это значит.

Я была без понятия, что это могло означать.

Улыбка украсила лицо Нэнси — такая искренняя, как у ребенка рождественским утром.