Страница 93 из 135
Казалось, она долго взвешивала полученную информацию, прежде чем удовлетворенно кивнуть. Услышанное ее вроде бы совсем не испугало, даже не очень удивило или расстроило. Она часто бывала у него на работе и нередко заходила в палату, общалась с больными. И сейчас каким-то образом даже стремилась поскорее оказаться одной из этих особых пациентов, которым — она сама это видела — он уделял столько времени и внимания. Это абсолютное доверие облегчило ему задачу сообщить ей о болезни, однако одновременно его ужасала реальная возможность это доверие обмануть.
— Тебе придется трудно, — еще раз повторил он. Обычно ему приходилось убеждать пациентов верить в лучшее после того, как он сообщал им плохие новости. С Холли же было иначе — нужно было умерить ее оптимизм.
— А Дженнифер и Меган смогут меня навещать? — спросила она.
— Конечно.
— И компьютером можно будет пользоваться?
— Можно. Сколько угодно.
Она снова задумалась на минутку, потом кивнула:
— И я буду больше тебя видеть?
— Конечно. В любое время, когда захочешь. Днем и ночью. Я все время буду рядом.
Через неделю. Бостонский центр временного содержания
К 24 апреля Мария находилась в заключении в Бостонском центре временного содержания меньше двух недель, но уже возненавидела это заведение. Дело было отнюдь не в предстоящем суде и возможном смертном приговоре, она даже радовалась допросам, которые вела Карен Тэннер, — они были для нее своего рода развлечением. Что она ненавидела, так это собственное состояние: она совершенно утратила контроль над собой и ситуацией. В камере ей не разрешалось держать свет все время включенным, нельзя было должным образом упражняться и брить голову. А поскольку у нее забрали все острые и режущие предметы, она не имела возможности доставить себе облегчение с помощью обычного кровопускания. Поэтому ей приходилось держать себя в руках, сосредоточив все внимание на одной-единственной задаче: как выбраться отсюда и остановить доктора Картера.
Ее кандалы на ногах звякнули, когда она вошла в комнату для допросов, чтобы встретиться со своим — очень дорогим — адвокатом, Хьюго Майерсом. Она села напротив и стала его рассматривать: аккуратно подстриженные серебристо-седые волосы, почти такого же цвета серебристо-серый костюм. Надо же… Ему нет и пятидесяти, а выглядит как второразрядный актеришка из телевизионного шоу. Но адвокат он очень хороший, особенно в той области права, которой занимается. Даже при том, что все, чем он до сих пор помог ей, заключалось в разъяснении, как мало он для нее может сделать без ее помощи. Он появился буквально через пару часов после ее ареста, предложив свои услуги в обмен всего лишь на сопутствующее этому делу паблисити. Ей даже не пришлось обращаться к своему счету в «Чейз Манхэттен», открытому как раз для подобного случая.
Охранники защелкнули цепочку ее наручников на кольце, закрепленном в середине стола, за которым они сидели. Она на это бегло улыбнулась. Может, она и утратила контроль над собой и ситуацией, но они все же выказывают ей должное уважение.
После обмена приветствиями Хьюго Майерс задал ей тот же вопрос, который задавал всю прошедшую неделю.
— Итак, — начал он, останавливая на ней взгляд своих мутных глаз, выражавших самую глубокую искренность, какую только можно купить за деньги, — вы уже решили, пойдете ли вы на соглашение с правосудием?
— Да как же? Я ведь уже говорила людям из ФБР, что не понимаю, о чем они толкуют.
Хьюго Майерс приподнял тонкую бровь, потом составил ладони домиком.
— Послушайте, Мария, если фэбээровцы не смогли четко и ясно сформулировать на последней встрече, чего они от вас хотят, тогда позвольте мне разъяснить вам некоторые вещи. Скотленд-Ярд пригласил людей из ФБР посетить вашу лондонскую квартиру. Они видели вашу необычную коллекцию оружия, парики и грим. Но самое главное, они ознакомились с содержимым всех ваших аккуратно собранных папок, с подробными досье на жертв убийств, совершенных на протяжении последних примерно тринадцати лет. У них также ваша необычная ручка со сделанным на заказ пером и показания того единственного парня, занесенного в ваши досье, который остался в живых. Этот доктор Картер — уважаемый ученый; он сделал официальное заявление о том, что вы два раза пытались его убить и что во время первой попытки жертвой оказалась его жена. Это заявление подтвердила его коллега, доктор Уошингтон, тоже известный ученый. Да, конечно, никто не видел, как вы убивали четверых охранников в кампусе «Джиниус», но пули были выпущены из вашего пистолета.
Он помолчал долю секунды и продолжил:
— Завтра ваша кровь будет доставлена в лабораторию ФБР на анализ ДНК. И если ваш генетический код совпадет с ДНК крови на месте убийства Фонтаны, федералы установят прямую связь между вами и Проповедником со всем им содеянным. Картина ясна? Я ваш защитник, но даже я считаю, что положение складывается скверное. В принципе, если мы не договоримся о сделке с правосудием, вам каюк. Из тех досье, что ФБР обнаружило в вашей квартире, им стало ясно, что кто-то оказывал вам помощь. По сути дела, они убеждены, что вы действовали по чьей-то указке. И если вы скажете им, откуда у вас эти папки, окружной прокурор обещал пойти на сделку.
— Ни по чьей указке я не действовала. Только по воле Господа.
Хьюго Майерс потер подбородок и медленно кивнул, явно стараясь сохранить хладнокровие.
— Мария, вы слыхали такую песенку: «Пусть платит преступник, а не налогоплательщик!»? Это главный слоган президента в его кампании «Криминал-2000». Эта его война с криминалом — хороший способ привлечь голоса избирателей, и большинство губернаторов штатов тоже в нее включились. Неужели вам не известно, что большая часть судебных дел по обвинению в убийстве после марта 2000 года проходила по ускоренной процедуре? То есть они завершались менее чем за две недели. Суд над вами начинается послезавтра и закончится дней через десять, даже раньше.
Мария молчала.