Страница 75 из 135
Но вот изображение сменилось в последний раз, и на экране возникла таблица, в левой колонке демонстрирующая все двадцать три пары хромосом, в правой — процент читаемых кодов ДНК в каждой паре.
— Все хромосомы поврежденные, — сообщил ДАН. — Никаких исключительных генов в читаемых секциях не обнаружено. Для экстраполяции отсутствующих сегментов необходима дополнительная информация.
— Скверно? — спросил Алекс.
— Скверно, — подтвердил Том. — Но нам оказалась доступной только треть информации с этого образца. ДНК — мощная и сложная структура, но из-за коррозии железа и того, как разложились на нем клетки крови, значительные фрагменты генетического кода либо нечитаемы, либо разрушены. Все, что мы знаем наверняка, — это то, что в той трети, которую мы сумели прочитать, необычных генов нет.
— И что теперь?
— Ждем результатов второго анализа. ДНК в нем защищена зубной эмалью, так что должна была остаться неповрежденной. Как известно по опыту изучения ДНК египетских фараонов, генетический материал, взятый изнутри зуба или из кости, может дать достаточно хорошо читаемый образец ДНК, а те образцы были на тысячу лет старше наших.
Алекс, как обычно, желал знать больше.
— Но откуда ты знаешь, что в первом образце ничего нет?
Отцу нужны слова, а не какие-то там тупые цифры, к тому же он не привык быть единственным учеником в классе, который не понимает, что написано на доске. И Том взял распечатку, как раз выползавшую из принтера.
— Смотри сюда, я тебе сейчас все покажу, — сказал он, расправляя бумагу на столе. — Это легче понять на бумаге.
Джек тоже подошел поближе.
Том повернул распечатку так, чтобы цифры были видны обоим.
— Смотрите.
— Это хромосомы? — спросил Алекс, надевая очки и указывая на пронумерованные строки.
— Ага. Представь себе, что это карта США, на которой изображены только двадцать три штата. Эти двадцать три пары хромосом — штаты, а гены в них — это города и поселки в штатах. В самих генах видны вот эти «буквы» кода — условно жители. Порядок «букв» определяет, какие белки синтезирует каждый ген. Белки определяют развитие и существование организма. Заставляют расти волосы. Переваривают съеденную пищу. Залечивают порезы. И тому подобное. Эти данные — общая характеристика, они относятся только к генам, к тому же к необычным генам. Понимаешь? К генам, которые выходят за рамки или находятся у самой границы показателей стандартного здорового генома.
Он указал в распечатке на графу «Ненормальные гены»:
— Если бы тут было что-то необычное, эти гены были бы выделены. Но, как видишь, все гены в данной хромосоме в пределах нормы. Во всяком случае, те, что не были повреждены из-за коррозии железа.
Он ткнул пальцем в верхнюю часть страницы:
— Если взглянуть сюда, то увидишь, что во всем этом геноме, вернее, в той части, которая уцелела и которую мы смогли просканировать, необычных генов нет. Никаких.
— И ты надеешься, что какие-то необычные гены могут обнаружиться в тех семидесяти процентах, которые вы просканировать не сумели? — спросил Джек.
— Да.
Джек повернулся обратно к геноскопу, возле которого Джасмин и Боб проверяли результаты сканирования зуба:
— И рассчитываешь, что более полная ДНК, взятая из зуба, даст тебе возможность их обнаружить?
— Может быть.
Алекс склонился над распечаткой:
— А откуда ДАН узнает, где именно находятся эти гены, среди всех этих букв?
— В действительности лишь очень небольшой процент из трех миллиардов букв генетического кода, содержащегося в ДНК человека, кодирует работу действующих генов. Остальные, в особенности так называемые интроны, как бы вообще ничего не делают. Цепочка кода в каждом гене начинается и заканчивается особой комбинацией символов, именуемых старт-кодонами и стоп-кодонами. Они-то и укажут ДАНу, куда следует смотреть. Например, большая часть генов начинаются с метионина — аминокислоты, код которой — АТГ. И вот, когда ДАН натыкается на АТГ, он тут же опознает начало гена. Другое сочетание «букв», ТАГ, указывает ДАНу на его конец. Поэтому он читает только те «буквы», что находятся между этими маркерами, в так называемых «открытых для чтения рамках». Остальное просто игнорирует.
— Завершено сканирование образца «зуб из Назарета». Результаты получены. Выбрана опция «Подробный анализ генов», — перебил его голос ДАНа.
— Отличные результаты! — воскликнула Джасмин. Голос ее звенел от возбуждения. — Практически безупречные!
Том вместе со всеми прильнул к экрану.
— Никаких генов, выходящих за рамки стандартного генома человека, не обнаружено, — внезапно сообщил ДАН.
— Что?! — воскликнул Том, пораженный. Он не верил своим ушам.
Джасмин испустила протяжный вздох: то ли разочарования, то ли облегчения — ей самой было непонятно.
Джек тихонько, но вполне отчетливо произнес:
— Вот черт!
Алекс лишь покачал головой и нахмурился.
Том еще раз просмотрел результаты анализа. Сканирование не выявило никаких необычных генов. Абсолютно никаких. Это было невероятно. Геном, более того, был безупречным! Стандартным. Можно сказать — образцовым, с такими обычно сравнивались другие геномы для определения отклонений. Геном Христа, если это был его геном, был необычен только в одном — он был слишком обычным, слишком нормальным. В его генетической структуре не было обнаружено вообще никаких дефектов. Но кроме этого — ничего.
Первым неловкое молчание нарушил Алекс.
— Это, наверное, глупый вопрос, — произнес он хорошо поставленным голосом, — но, может быть, те гены, которые мы ищем, имеют иные старт- и стоп-кодоны, которые ДАН просто не опознает?
Том посмотрел на Джасмин: она, кажется, подумала о том же. Вопрос действительно был глупый. Ни один уважающий себя генетик не станет и задавать такой. Но именно поэтому Том не стал от него отмахиваться.
— Но как нам найти эти иные начальные и конечные кодоны? — растерянно спросила Джасмин, словно читая его мысли.
— Можно попытаться найти гомологические пары, — предложил Боб Кук. — Но тогда нам понадобится другой фрагмент ДНК, содержащий те же гены.
— Гомологические пары? — недоуменно спросил Алекс.