Код мессии

Глава 7

Пещера Священного огня, Южная Иордания

Убить или объединиться с ним? Вот в чем вопрос.

На другой стороне планеты, в пещере Священного огня, под пятью скалами Асбаа аль-Лах, Изекьель де ла Круа потер усталые глаза и ощупал на уродливом старческом пальце когда-то плотно сидевшее кольцо с рубином, знак его власти. У дилеммы, стоящей перед ним, рога поострее, чем у самого дьявола! Если избрать сейчас неверный путь, то под угрозой окажется основная цель братства Второго пришествия…

Священное пламя за спиной Изекьеля по-прежнему сияло синевато-белым светом. Таким оно оставалось последние три с половиной десятка лет. Но сколько времени оно еще будет таким? Изекьель с ужасом думал о том моменте, когда либо пламя изменит свой цвет, либо сам он умрет — до того, как найдет нового мессию. Его хрупкие худые плечи дрогнули — он вспомнил, что уже разменял свой десятый десяток. Время было отнюдь не на его стороне.

Со своего места во главе огромного дубового стола он смотрел на пятерых споривших, сидевших друг против друга. Все в темных костюмах и белых рубашках, при кроваво-красных галстуках. На плечи каждого накинут церемониальный плащ белого атласа с вышитым на нем алым крестом. Главы трех региональных отделений братства. Брат Хаддад, мрачный, с всегда опущенными веками, возглавляет отделение в Святой земле — самый почетный и самый древний пост в братстве; его власть распространяется на Ближний Восток и Левант. Напротив него — высокий, с серебряной шевелюрой брат Лучано; он руководит вторым по значимости регионом христианского мира, который включает всю Европу. Рядом с ним — самый младший из региональных глав, брат Олазабал с вечно мертвенно-бледным лицом. Он возглавляет отделение в Новом Свете. Всем троим уже за семьдесят, и все они, подобно большинству самых старших членов братства, отдаленным кровным родством связаны с первыми учениками основателя братства, святого Лазаря. Каждый из них занимает достаточно высокое положение во внешнем мире, члены Внутреннего круга — влиятельнейшие люди в братстве. Но они подчиняются двоим, сидящим рядом с Изекьелем, а те — ему.

Изекьель повернулся к брату, сидевшему слева. Переваливший за рубеж семидесяти лет, брат Бернард Трир был единственным членом Внутреннего круга, оставшимся в живых из тех, кто в тот знаменательный день стал свидетелем изменения цвета Священного огня. Толстый, с козлиной бородкой и седыми редеющими волосами, он когда-то был старшим офицером в германской армии. Но с тех пор как его выдвинули на пост поборника Второго императива братства, он стал единственным членом Внутреннего круга, прервавшим все мирские связи. Второй императив с его строжайшими требованиями по обеспечению безопасности их организации, сбору разведывательной информации на всех внесенных в список для праведного убийства и по руководству двумя боевиками, которые осуществляли эти убийства, отнимал все его время. Даже брат Хеликс Керкэм, который в качестве поборника Первого императива занимался проблемами достижения главной цели братства — отысканием нового мессии, сохранял за собой должность профессора физики в Оксфорде. И сам Изекьель находил время, чтобы помимо руководства братством следить за его крупными международными банковскими операциями.

Как обычно во время их ежемесячных заседаний в Священной пещере, брат Бернард и брат Хеликс спорили. Это было понятно — они всегда расходились во мнениях. Пять лет назад брат Хеликс заменил брата Дария на посту поборника Первого императива, и Изекьель знал — Бернарду не по душе, что Хеликс обладает теперь таким влиянием. Хеликсу Керкэму исполнилось пятьдесят. Он был на двадцать лет моложе брата Бернарда и считался самым молодым из когда-либо действовавших поборников Первого императива.

Этот высокий лысый человек в очках с тонкой оправой являл собой новую кровь в братстве, столь ему необходимую. Хеликс получил образование в лучших университетах, прекрасно разбирался в новейших достижениях науки и техники и был отлично подготовлен для того, чтобы вести древнее братство через все лабиринты современного мира. Изекьель сам выбрал его, чтобы их поиск ознаменовался свежими идеями и мышлением.

Однако, может быть, его суждение, вызвавшее сейчас такие споры, было и вовсе экстравагантным? Слишком радикальным? Более всего Изекьеля пугало, что предметом обсуждения оно стало из-за неожиданного провала Немезиды в Стокгольме шесть недель назад.

Бернард с выражением полной безнадежности посмотрел на Изекьеля, прежде чем повернуться обратно к Хеликсу, который со своим ноутбуком и модемом казался в этой пещере совершенно неуместным.

— Брат Хеликс, — заявил Бернард, продолжая спор, — разве можно всерьез рассчитывать на то, что мы отменим праведные очищения ради этой вот… — он ткнул пальцем в ноутбук, — этой… твоей фантазии?

— Это не фантазия, — спокойно возразил Хеликс. — То, о чем я говорю, может помочь нам обнаружить нового мессию.

— Но откуда тебе известно, что это сработает? — спросил брат Лучано, нервно теребя свою серебряную шевелюру.

Хеликс лишь пожал плечами:

— Мне это не известно. Но это может оказаться более эффективным, чем все, что мы предпринимали прежде. Мне было пятнадцать, когда пламя изменило цвет. И все время с того момента братья по всему миру продолжали поиск нового мессии. Безуспешно.

Брат Хаддад поморгал и заметил:

— Мы продолжаем поиск.

— И что мы нашли?

Ответом было молчание.

— Вот именно! Более тридцати лет мы рассылали по свету лучших из нас, тех, кто был глазами и ушами в наших поисках, — они изучали всех заявлявших, что им были видения или что они совершают чудеса. И хотя у нас уже есть небольшой список возможных кандидатов, ни один из них не соответствует полностью всем критериям и знакам. Мы, как и братья до нас, ждали две тысячи лет, когда пламя изменит свой цвет, извещая, что мессия вновь пришел на землю. Каждый из нас надеялся, что честь поиска его падет на наши плечи, начнется в наше время. И вот эта честь была нам оказана. Новый мессия ходит среди нас уже более тридцати лет, а мы все еще не обнаружили его.

Бернард Трир в отчаянии подергал себя за бородку.

— Брат Хеликс! Человек, который, как ты рассчитываешь, поможет нам в поиске, состоит в списке обреченных на праведное убийство. Доктор Картер наш враг, а не союзник.

Брат Бернард говорил теперь тоном более спокойным, но не менее угрожающим.