Терра и турнир Тринадцати

Глава 24

ТЕРРА

ТАЛЛИЯ

Я увидела много лиц, которые когда-то были мне родными. Одно сменялось другим в бесконечном потоке воспоминаний.

Мой первый смех. Первый плач. День, когда я стала сиротой. День, когда обрела новую семью. Моя первая и единственная любовь. Первый поцелуй. Первое нападение на наш город. Первый острый меч в моих мозолистых руках. Первые доспехи на юных плечах.

Картинки сменялись до тех пор, пока имя «Терра» не утратило всякий смысл.

Таллия рано потеряла своих настоящих родителей. Она была сиротой и росла вместе с четырнадцатью другими детьми. Они еще не успели полностью повзрослеть, когда пришла их очередь защищать город от бесконечных нападений врага.

Они, совсем еще дети, оказались втянуты в войну, которую не разжигали.

В те редкие дни, которые Таллия проводила не в доспехах, она была со своими четырнадцатью назваными братьями и сестрами. Не каждый из них был воином, как она. Некоторые стали лекарями и так же рисковали жизнью на поле боя. Другие отвечали за скот.

Один из них, Каэль, был ей особенно дорог. Только с ним она могла убежать в ночное поле, чтобы посмотреть на звезды. Там они до самого рассвета говорили о своих мечтах, которым не суждено было сбыться.

Только с ним Таллия позволяла себе проливать слезы, чувствуя невыразимое горе из-за той жизни, которую им приходилось вести.

Они знали, что она будет короткой.

Они знали, что никогда не увидят седину в своих волосах.

Таллия и Каэль были парой влюбленных, которым суждено было погибнуть на поле боя.

— Если бы ты мог, ты бы убежал со мной? – спросила его Таллия незадолго до последней битвы.

— Если бы я мог, я бы прожил с тобой совсем другую жизнь.

Каэль был красивым, как самая яркая ночь. Каждый раз, когда Таллия смотрела в его лиловые глаза, она не могла отвести взгляд.

А он, в свою очередь, с трудом выпускал ее из своих объятий, когда наступал новый день, который мог стать для них последним.

Каэль любил Таллию так сильно, что готов был оставить город. Встретить любую опасность вместе с ней, если это могло подарить им еще один рассвет.

Но Таллия стала самым сильным воином в городе. Она была надеждой этих людей. Таллия не смогла убежать. Даже когда Каэль сказал, что они заберут всех братьев и сестер с собой.

Она не смогла оставить свой город.

Таллия бы..

Нет.

Я бы никогда не свернула с выбранного пути.

В нос ударил запах гари. Кто-то тряс меня за плечи.

— Таллия! Таллия, очнись, прошу! – Знакомый голос, хрупкий, как стебель подснежника, был полон страха.

Мои глаза еще не успели открыться, а я уже нащупала свой меч, вскочила на ноги и оттолкнула девушку себе за спину. Затем взмахнула оружием и пошла на звук чужого дыхания.

Противники пали секундой позже. И алые капли окропили мое лицо.

— Таллия? Что с твоим глазом?

Я попыталась открыть глаза. Левый отказывался слушаться: веко онемело. Правый получилось открыть только после того, как я рукавом стерла с него свою же кровь.

Передо мной стояла юная девушка в тонком белом одеянии. Она была ниже меня на целую голову. Ни оружия в руках, ни опасного блеска в глазах. Ее белые распущенные волосы смотрелись неуместно на фоне горящего разрушенного города.

— Таллия?

— Аврора? – Я хотела нахмуриться, но от этого стало только больнее. – Что ты тут делаешь?

Голова гудела, в ушах стучало. Поэтому, когда моя сестра что-то сказала, я не услышала ни слова.

Теперь я вспомнила, что на город напали. Враги прорвали защиту, перебрались через стены, вломились в главный вход. Мы с Каэлем разделились, когда вернулись с поля: я побежала за оружием, а он сразу бросился в бой. На наш дом напали именно тогда. Застали меня врасплох, ударили по голове и рассекли глаз.

Я похлопала себя по ушам и наконец расслышала отдаленные звуки битвы.

— Аврора, почему ты не прячешься? Что ты тут делаешь?

Аврора была младше нас с Каэлем на пару лет. Искренняя, добрая и нежная, она была сердцем нашей семьи.

— Я искала Нокса. Он не..

— Мальчик не у себя дома? Его родители?

— Что, если они уже.. – Ее взгляд упал на врагов позади меня.

Они больше не дышали, поэтому не представляли никакой опасности. Но Аврора так на них смотрела не из страха, а из жалости.

— Не смотри.

Я сдвинулась так, чтобы заставить ее переключить внимание на меня. Ее руки потянулись к моему раненому глазу, но сейчас не было времени разбираться с этим.

— Может, Нокс уже в укрытии, под землей?

Там прятались те, кому не было места на поле боя. Аврора опустила руки, прижала их к своему платью.

— Таллия, ты ранена.

— Со мной все будет в порядке. Найди Нокса – и бегите в укрытие. Ты знаешь все обходные пути лучше кого-либо из нас.

Нокс был единственным уцелевшим сыном наших соседей. Он жил в таких же стесненных условиях, что и весь город. С Авророй они были не разлей вода.

Мне нужно было поторопиться. Каэль и другие уже сражались. Если я не появлюсь, они подумают, что со мной что-то случилось, и станут искать меня, вместо того чтобы защищать город.

— Таллия..

Я уже собиралась выйти через выломанную дверь, но остановилась.

— Да?

— Это конец, да? Они.. они уничтожат всех нас.

Да.

— Нет. Я не позволю этому случиться, Аврора.

И это была правда. Я не собиралась сдаваться или убегать без боя. Мои братья и сестры сражались. Мой Каэль сражался.

И я уничтожу любого, кто навредит моей семье.

Весь город был объят алым пламенем. Здания разрушены. Под ногами.. тела. Множество тел, чужих и знакомых. Эти люди уже не дышали, и помочь я им не могла. Поэтому бежала вперед. Рубила мечом врагов.

Таллия не останавливалась, даже получив сквозную рану.

Даже когда одно за другим нашла тела своих братьев и сестер.

Таллия была последней, кто упал.

Она знала, что накануне им стоило убежать, как предлагал Каэль.

Но Таллия никогда бы не смогла принять такое решение, даже зная о собственной участи.

Она была последним оставшимся на ногах воином в окружении врагов.

Под ее ногами лежали сотни жителей города.

Среди них – одиннадцать сирот, ставших ей семьей.

Стрела пронзила ее спину. Затем бок и плечи. Оба колена.

Только тогда Таллия упала. И увидела Каэля всего в нескольких метрах от нее.

Его глаза были открыты, но они не моргали.

Его прекрасные лиловые глаза смотрели прямо на нее.

Слезы стекали по его лицу, смешиваясь с алыми лужами под его головой.

— Каэль..

Стрела, пронзившая его грудь через доспехи, торчала из сердца.

— Каэль..