Страница 29 из 77
Глянул энергетическим зрением — и лучше бы я этого не видел, честное слово. Это сломало мне психику окончательно. Лич, как я про себя его назвал, был одновременно и живым существом, и нежитью, если судить по эйбу. То есть у него было стандартное энергетическое тело с упором в ядро, но при этом всё остальное заполнено некротическим эйбом высшей концентрации.
Я даже отдалённо не мог оценить силу этого существа, но веяло от него такой жутью, что мне приходилось заставлять сердце биться. Если бы не Четверг, я бы точно умер. Ощущения такие, будто бы я обязан быть мёртвым в присутствии этого существа. И моё тело, мой разум и даже мой эйб сами по себе стремились если не умереть, то перестать быть живыми.
Это существо словно было воплощением самой концепции смерти.
Но Четвергу было плевать — он и не жил никогда, в целом. Поэтому сейчас мой компаньон старательно поддерживал все процессы в организме.
— Тело сбоит, — сообщил он. — Ты просто опять пытаешься сдохнуть, но на этот раз даже видимость причины не соизволил придумать.
— О, причину я как раз отчётливо вижу. Уж поверь. Какие прогнозы?
— Скажем так, настоятельно рекомендую всё же начать молиться мне. Хотя бы из чувства банальной благодарности.
Я сосредоточился на происходящем внизу. В первую очередь на символе, вышитом на мантии лича. Похож на башню, состоящую из двух закручивающихся щупалец. Что-то это мне напоминало, какой-то знакомый символ.
— Четверг?
— Нашёл. Двойная сужающаяся спираль. Символ богини Морты.
Я в первую секунду решил, что нарвался на очередной тёмный культ, только иного масштаба, но короткая справка от Четверга тут же загнала меня в очередной тупик.
Богиня Морта была одной из Семерых. Информации по ней меньше всего — даже о Бездушном я уже выяснил больше. Морта была богиней жизни и смерти и отвечала за цикличность существования всего сущего, за перерождение, за новое начало, за перемены и всё такое.
То есть идея как будто бы схожая, но вообще ни разу не тёмная богиня, покровительствующая нежити.
Я особо не встречал её ярых последователей до этого момента. Справедливости ради, я вообще встречал мало последователей кого-то из Семерых, за исключением Эбола и Флавны.
Но этот фанат Морты только что заткнул всех их за пояс одним своим присутствием.
Кстати говоря, два культиста послабее уже померли, но всем было на это плевать. На ногах оставался только маг, который посильнее. Он и лич стояли друг напротив друга около минуты, может, о чём-то говорили, а затем началось представление.
Лич ударил посохом о землю, навершие вспыхнуло особенно ярко, а затем вся присутствующая на площади нежить начала терять эйб. Просто в каких-то запредельных масштабах. И всё это синее желе перетекало в посох прямо у меня на глазах.
Что тут вообще происходит? Я только недавно решил, что уже начал понимать, как тут все устроено в этом гребаном Логосе, и вот нате вам, пожалуйста.
Пока разглядывал, как лич спокойно всасывает некротический эйб в промышленных масштабах, пытался хотя бы навскидку прикинуть, какой там объём. Как будто бы пару-тройку десятков Рейнов со свалки можно было докачать до моего уровня.
Тут же заметил, что среди нежити были не только рыцари в ржавых доспехах, но хватало и вполне новой экипировки. Так местами попадались знакомые расцветки церкви Апола, причём тут были как паладины, так и жрецы. Заметил и отряд свежих наёмников, перемазанных алым.
С удивлением увидел среди них знакомую рожу блондинчика. Правда, теперь он уже был в некротической ипостаси, не такой смазливый, а вот рожа стала еще противней. Какой же Сектор всё-таки везучий. Я же выдернул его из этого отряда буквально перед отправкой. Задержись я на день — и сейчас варвар стоял бы среди них.
Процесс вытягивания эйба завершился также внезапно, как и начался. Лич не стал выпивать всех досуха, но по моим прикидкам процентов девяносто втянул. То, что сейчас стояло на площади, лишь выглядело грозно, а по факту теперь являлось весьма слабой нежитью. Хотя с тем здоровым големом я всё равно предпочёл бы не связываться.
Но на этом представление не закончилось. Лич отпустил посох, который просто продолжал плыть в воздухе рядом с ним. В руках скелета из ниоткуда появилось два артефакта. Кинжал с двойным закрученным лезвием — точный повтор символа богини Морты. И какая-то массивная решётка из чёрного металла с шипами. А в её центре горит голубое пламя.
Лич подошёл к последнему оставшемуся магу и вонзил кинжал аккурат в сердце. Маг при этом даже не попытался защититься, наоборот, раскинул руки в стороны, принимая удар. Маг сдох. Закономерный итог — так и бывает, когда в тебя тыкают артефактным кинжалом.
Затем лич поднял железный ящик, и тут началось странное. Эйб из тела человека начал перетекать в ящик, а огонь из ящика ударил в мёртвое тело. И всё это энергетическое безумие будто бы закольцевалось на несколько секунд. В итоге эйба в теле не убавилось, а скорее даже наоборот.
Когда всё закончилось, до меня наконец дошло. Тело мёртвого мага наполнилось некротической энергией. Но и его собственная энергоструктура никуда не исчезла. Через мгновение маг неуверенно поднялся на ноги и, кажется, начал разглядывать собственные руки.
Отлично. Теперь тут два лича. Ладно, новенький хоть не такой имбовый, но уже и не третья ступень, как было до того, как он помер.
Главный лич тем временем сунул ладонь в решётку с пламенем и достал из неё какой-то голубой кристалл, как мне кажется.
— Согласно моим базам, тем самым, которые из фильмов и комиксов, это должна быть филактерия. Если есть лич, то сто процентов должна быть и филактерия.
— Это что?
— Я сам понятия не имею. Но если этот кристалл не сломать, то лич не сдохнет.
— Супер. Очень важная информация. Я как раз собирался НЕ связываться с этим дерьмом. Вообще!
— Практика показывает, что выбора у тебя уже нет. Если ты увидел какую-нибудь срань, то назад дороги не будет. Вангую, тебе с этим чернозадым еще придется померяться… Силами. Хочешь спойлер на итог состязания?
— Конечно же нет. Вон у меня весь путь отступления свободен. Настолько свободен, что я сваливаю отсюда прямо сейчас.
Над головой раздался треск. Кусок песчаной стены отвалился вместе с воткнутым в него кинжалом, и я с шумом полетел вниз.