Путь одиночки

— Да не говори.. И капитан хорош! Дома жена молодая на сносях, хозяйка. «Веселого» трактира его привечает как родного, так он ещё и к Маричке бегать успевает. Когда он только свои обязанности выполнять будет? Вон вчера на Малой восточной купца подрезали и обобрали, а четвертого дня в трактире Ульриха высокородные хозяина на меч насадили и опять тишина. Никого не наказали. Говорят – виноватых нет, вроде как трактирщик сам с оскорблениями к господам полез. Ты вот в это веришь?

— А то! У нас высокородные никогда не виноваты. Они только обидчиков своих и наказывают, а обижают их бедных почитай каждый день.

— Хоть по улицам не ходи. Вот нас поди-ка только форма и защищает, ни воры, ни господа не трогают, вот и служим не за страх, а за совесть.

— Какая совесть? Ты чего несешь?! Когда мы последний раз кого ловили? Простой люд от высокородных стонет – мы молчим, не вмешиваемся, воришки распоясались – мы молчим, а почему? А потому, что наши гроши нам герцог платит, а ему на простой люд наплевать, лишь бы высокородных не трогали.

— Да он вот тоже поди думал, что самый главный, самый сильный, вот ему кто-то и отомстил.

— Да, караван-то весь почти положили и следов до сих пор не найдут. Вот и мечутся теперь стражники его в поисках деток герцога. Говорят только их тел так и не нашли и он все надеется, что они живы. А я бы на его месте уже и не надеялся. Много уж больно времени прошло.

— Да ну, может все и обойдется. Говорят, похитили, выкуп затребовали. Может их уже и вернули!

— Да не.. Мой свояк в страже у герцога служит, говорит за выкупом никто не пришел, вот теперь и считают все, что погибли высокородные наследники.

— А что же до сих пор по дорогам стражники все обозы проверяют, да и нас заставляют все тюки и телеги перетряхивать?

— Так надеются найти хоть что-нибудь указывающее на пропавший караван, разрешили даже не щадить никого, кто окажется причастен к похищению. Вчера вон в Гиблых Ямах кузнеца порешили, какая-то зараза донесла до герцогской стражи, что у него якобы на подворье кони из погибшего каравана стоят, вот те и не стали разбираться. Сходу подняли мужика на копья, а потом оказалось, что это заезжий купец ему лошадок подковать оставил, а мужика уже не вернешь.

— Да вот так узнаешь чего, так и говорить не захочешь. Сделают виноватым.. Докажи потом, что ты ни причем.

— Точно. Вчера герцог собственноручно нашему городскому голове зуботычину отвалил. Гневался на то, что поиски никакого результату не приносят. А он так вроде и не причем.

— Хорошо, что он вчера в свой замок убрался.

— Это в который?

— Да говорят в Лазурный. Ну тот, что у реки Раненки, мощный такой, красивый. Значит, он теперь надолго отъехал?

— Вряд ли. До замка-то ехать всего нечего, не торопясь полдня всего, в любой момент вернется.

— Ну значит расслабиться не получится. Пошли посты проверять, пока капитан не нагрянул.

Ушел я так же незаметно, как и пришел, и никакая стража меня не заметила. Пока возвращался, решил, что в город мы заходить не будем, да и вообще двинемся в путь прямо сейчас. Почти вся ночь впереди и пока темно нужно нам будет успеть добраться до замка. На стоянке было тихо и спокойно. Прежде чем будить юных леди, я достал из вещевого мешка карту и уточнил место положения Лазурного замка. Действительно, ехать недалеко. Нашим породистым лошадкам даже напрягаться не придется. К утру будем на месте.

Оседлав лошадей, объяснив все Малышу, угостив лакомством Злюку снисходительно принимающему мои ласки и подношения уже второй день, занялся совершенно неотложным делом. Очень аккуратно, не торопясь подправил в сознании ребятишек воспоминания о себе. Теперь при любых расспросах, простых или магических они не смогут вспомнить, как именно я выглядел. Да, молодой, да высокий, да воин, но лицо, руки, оружие.. ничего! Вот только на левой руке каждого из них появилась полоска тоненькой ажурной татуировки из цепочки нераспустившихся цветов. Почти незаметная для постороннего взгляда, она будет мне очень полезна. Я всегда смогу отследить их место нахождения, смогу знать, что с ними, узнать их спустя годы.

Ну вот, остался последний рывок. По пустому ночному тракту во весь опор несутся лошади. Маленький наследник в счастливом неведении по-прежнему крепко спит, прижавшись к моей груди, а вот высокородным красоткам точно не до сна, так быстро они ещё не ездили. Зафиксировав их в седле при помощи магии, я не боюсь, что они упадут, а потому не даю лошадям сбавить ход. Да, девчонки волнуются, но через полчаса они поймут, что держатся в седле очень крепко и успокоятся.

Три часа бешеной гонки и вот на горизонте видна тёмная громада замка. Редкие огоньки освещают окружающие его стены, а вот прилегающая к нему деревушка полностью темна. До рассвета еще целый час.

Немного не доезжая до деревеньки, я остановил нашу кавалькаду. Решил объяснить маленьким красавицам, как мы будем действовать дальше.

— Леди, я очень благодарен вам за терпение и понимание. Вы до сих пор не задали мне ни одного вопроса. Это дорого стоит.