Путь одиночки

Глава 43

Архимаг сидел в роскошном кабинете, в удобном кресле, за великолепным столом и нервно барабанил пальцами по мраморной столешнице. Его! Его заставили ждать! И кто? Пусть высокородный! Пусть воин.. Отличный воин, но.. Человек! Просто человек! Впечатления, полученные во время нападения, уже чуть притупились, и он изволил гневаться. Вчера.. Он ждал его вчера. Не пришел и даже не соизволил принести хотя бы письменные извинения в связи со своим отсутствием. Второй день ожидания. Полдень и опять никого.

Раздражение накатывало волнами. Вызванный секретарь заметно вздрагивал, ожидая указаний, но именно сегодня боги защитили его от гнева начальства, ибо глава Академии получил сообщение, которого ждал. Замигал ярко красным цветом впаянный в столешницу стола камень и в кабинете раздался голос:

— Господин директор, вы просили предупредить, когда человек, прибытия которого вы ожидаете, пересечет охранный периметр. Пять минут назад некто, соответствующий приписанной вами метке в сопровождении огромной собаки был пропущен на территорию без проверок и беспрепятственно проследовал в строну главного корпуса.

— Он представился?

— Нет. Он просто прошел.

— Наглец. Гури, встреть посетителя и попроси его подождать в коридоре. Сесть не предлагай. Я позову.

Дождавшись пока секретарь выйдет, Архимаг удовлетворенно улыбнулся и не торопясь приступил к поджидавшему его на небольшом столике в глубине кабинета обильному обеду. Посетителю придется подождать, так как войти в кабинет без приглашения не мог никто, даже секретарь, то и он подождет. Архимаг ждал?! Ждал. А молодому наглецу тем более просто необходимо научится терпению, пунктуальности и подобострастию. Никакой долг жизни не заставит его, уважаемого мага, сильнейшего в королевстве, прогибаться перед наглецом. На территории Академии он главный и это должно быть понятно всем.

Удовлетворенно улыбаясь, глава столичной Академии не торопясь, в течение полутора часов наслаждался обедом и вот наконец-то довольный собой активировав амулет связи велел секретарю пригласить посетителя пройти в его кабинет.

Минуты шли, а в кабинет никто не заходил. Молчал секретарь. На вызов амулета никто не отвечал. Великому и могучему – пришлось встать и проследовать в приемную для того, чтобы лично разобраться во всем происходящем.

Картина, открывшаяся его глазам, поражала своей нереальностью. Кресло стоящее в самом дальнем углу приемной, на которое никто не решался присесть, зная крутой нрав главы Академии, было прочно занято. И тот, кто по замыслу Архимага именно сейчас должен был изнывать от неизвестности, в тягостном ожидании, спокойно в нем спал. У ног сони лежала просто огромная, лохматая псина, размером с годовалого теленка, цветом больше напоминающая большой комок пыли. В нескольких шагах от удобно устроившейся парочки стоял, как застывшей памятник самому себе, бледный до синевы, потеряшка секретарь. Его ладони были сжаты в кулаки, по виску скользила капелька пота, а взгляд был направлен на неподвижную фигуру посетителя, закутанную в легкий плащ с глубоким капюшоном на голове.

— Гури! – рявкнул глава Академии. – Объясни мне, что происходит?

Гури не вздрогнул и не пошевелился. Шевельнулся пес. Он поднял свою лобастую голову, повернул ее в сторону вопрошающего, и глухо рыкнул. Звякнул, рассыпаясь осколками стекла стакан, стоящий на столе секретаря. Попятился от неожиданности и сам «любопытный», но вспомнив о том, что именно он здесь главный, повторил, правда, намного тише прежнего:

— Гури! Будите гостя и сядьте за свой стол. Что вы там застыли, в конце концов?!

Молодой паренек, вздрогнул и открыл рот, но вот заговорить он не успел. Легонько рыкнул пес, и решимость, наполнившая было секретаря Архимага, быстренько испарилась. Глядя на все это представление, хозяин кабинета понял, что именно побудкой гостя и собирался заняться Гури чуть раннее.

— Вы разочаровываете меня, Гури. – произнес он, – Как довольно неплохой маг вполне могли бы кинуть заклинание паралича на пса и сами.

Словно рисуясь, он сделал небрежный пас рукой в строну пса. Тот, глядя ему в глаза, в ответ на его действия демонстративно зевнул. Два последующих заклинания также не принесли никакого результата. Пес склонил голову на бок, Архимаг вытаращил глаза, а в приемной раздался сильный, уверенный голос.

— Не стоит махать руками на моего Малыша. Он этого не любит, тем боле, что магия ему нестрашна.

— Что? Почему? – ожил глава Академии.

Прежде чем ответить посетитель гибким, скользящим движением поднялся на ноги и отбросил капюшон со своей головы. Кирлан Лакруа увидел пред собой молодого человека лет двадцати пяти с черными, буквально смоляными волосами, убранными в аккуратный низкий хвост, черными глазами цвет которых создавал иллюзию отсутствия зрачков, густыми ресницами пушистости и длине которых завидовали все модницы столицы, и породистым лицом аристократа так удивительно похожим на лицо его младшего брата.

— Вы задаете непростительные для вашего звания вопросы, ваше магичество, – процедил парень и добавил. – В этом мире только одно живое существо совершенно не восприимчиво к магии. – Одновременно с его словами рядом с ним поднялся пес. И не просто поднялся, а по щелчку пальцев своего хозяина принял боевую форму, являя всем заинтересованным свою суть.

— Вервлок.. – прошептал секретарь и упал в обморок. Архимаг в обморок не упал, но вот щит активировал, да такой мощный, что его стало явно видно.

— Господин Архимаг, – произнес наблюдающий за всем этим представлением парень, – я начинаю сомневаться в том, что пришел по адресу. Ваш щит против вервлока бесполезен – это во-первых, и во-вторых, Малыш не проявляет агрессии. От чего вы защищаетесь? Не меня же вы, в самом деле, испугались?

Опытный и уверенный в своих силах маг очень быстро взял себя в руки и свернув щит, невозмутимо, как он наверное думал, проговорил:

— Племянничек?! Как же, как же.. Наслышан. Ну что же, можешь войти, но псину свою оставь в приемной. Надеюсь, в твое отсутствие она не решит подзакусить той припадочной «девой», что лежит рядом с ним?

— Господин Архимаг. Какой я вам племянничек? Род Лакруа не имеет ко мне ни какого отношения, а потому прошу не фамильярничать, иначе, защищая честь моего рода, мне придется убить вас. И поверьте, нет такой силы, что могла бы мне помешать сделать это, а по поводу Малыша.. не беспокойтесь: во-первых – он не питается падалью, а во-вторых он пойдет со мной. Он всегда со мной.