Страница 17 из 77
— Ну и нормально, — успокоил её Жека, — проживем, вам ещё как беженцам пока паёк выдают, прорвемся. Если ты переживаешь за те деньги, что тебе Настя добавила — забей. Ничего не должна, вон как мне форму подогнала, Кузьмич ещё обратится. Думаю, не будет у тебя отбоя от клиентов, прорвемся.
— Да надоело прорываться и превозмогать, Женя. — Света не срывалась в плач, не всхлипывала, голос её был сух и отстранен, и от этого было тревожней. Она помолчала, глядя в сторону, и добавила тише: — Просто пожить нормально хочется…
Жека потоптался, надо было что-то сказать, но ничего в голову не лезло. Вместо слов прижал Свету к себе, погладил по плечу, негромко сказал:
— Поживем ещё, не мы, так Мишаня. Пошли, Свет, сейчас уже народ потянется.
Света, уткнувшаяся ему лицом в плечо, кивнула, отстранилась и уже более бодро ответила:
— Да, конечно, спасибо ещё раз вам, Женя…
Подвал их встретил полуоткрытой дверью, Жека сразу насторожился, рука метнулась к поясной кобуре. Отодвинул Свету в сторону, приоткрыл заскрипевшую железную дверь пошире и заглянул — дядя Ваня с Клавдией Петровной приперся раньше них. Тьфу, он лежать должен, вместо того, чтоб по промозглому бомбоубежищу шастать. Вот ведь неугомонный…
— Ну дядя Ваня! Чо приперся-то? Клавдия Петровна, а вы куда смотрели?
— Подмораживает, Женька, — пенсионер держался достаточно бодро для больного, только лихорадочный блеск в глазах и хриплый голос выдавал, — надо подрегулировать вентиляцию, сделал уже. И инвентаризацию провести, сколько у нас неиспользуемых помещений в активе, кто не платит, кто как Михайловна моя — помер и наследников не оставил. Две клетушки я точно знаю было, третья от Михайловны осталось, надо ещё пошукать…
Клавдия Петровна поздоровалась, пожаловалась:
— Как этого оглашенного угомонить, втемяшил себе в голову — не удержишь. Мы ненадолго, надеюсь, он уже там что-то подкрутил, ничего не должно замерзнуть.
— Сейчас, дядя Ваня, подождите, — отозвалась Света, открывая гроссбух с оплатой, — сейчас пройдусь по подвалу. У вашей Михайловны вся бухгалтерия в ажуре, по порядку нумерации заполнено. Сверюсь и минут через-десять пятнадцать фактическое состояние дел доложу.
Света направилась на обход, сверяясь с тетрадью и щелкая выключателями по мере того, как удалялась всё глубже. А дядя Ваня позвал Жеку в свою мастерскую:
— Пошли, посмотрим, чего ты у меня спёр, пока я в беспамятстве валялся. Да шучу-шучу, айда…
В каморке, где совмещалась мастерская и склад с различным хламом, который дядя Ваня с упорством муравья стаскивал в подвал — было тесно, не повернуться. Жека подначил друга:
— В сейф то загляни, пересчитай, всё ли на месте.
— Да уже, — сознался дядя Ваня, — все четыре в целости и сохранности. Вот что, Женька, окромя шуток, надо все бесхозные клетки в порядок привести. Стеллажи обустроить, если нет, с расчетом как лежанки использовать. Воды запас натаскать в пятилитровках, свечей, НЗ продуктовый. И дома собери тревожный чемоданчик, чтоб и спальник там был, и аптечка, и ружжо свое под рукой держи…
Жека, глядя на состояние дяди Вани — только кивал, не переча. Болезнь обострила паранойю до крайности, что бы там не было на той флешке — это уже шизой попахивает, на грани строительства бункера. «Лишь бы до мародерства не додумался…» — Беспокоился Жека. Насчет тревожного чемоданчика уже подсуетился, рюкзак стоял со спальником и аптечкой, на случай выезда в Челябу готовился. Сунуть только в кармашек пластиковый файл со всеми документами и можно эвакуироваться, ситуация последнего месяца показала, что ни в чем нельзя быть уверенным.
— Газовый баллон у меня есть пустой, заправлю, как проболеюсь, — продолжал дядя Ваня, — в седьмой кладовке поставим, туда же и плитку газовую переносную, все переходники есть. Это Михайловны была, так что никто туда не должен сунуться. А в остальные воды и ещё раз воды…
Наполеоновские планы пенсионера прервала Света, закончившая обход:
— Пять клеток, дядя Ваня, в наличие, за которые больше года не платят. Несколько под вопросом, постараюсь выяснить за пару недель, что с их хозяевами. Там люди уже идут…
— Пошли уже домой злыдень, — Клавдия Петровна уже в мастерскую не поместилась, поэтому взывала из коридора, — заработаешь осложнение здесь, я тебя выхаживать не стану! Выходи давай!
Дядя Ваня переписал номера кладовок, ещё раз заручился согласием Жеки, что тот поможет с обустройством и только тогда сдался на милость Клавдии Петровны. Жека даже не заикнулся о том, что ему бы не помешал ещё один резак для табака, пенсионер бы нашел, но сколько бы он искал… Пускай идет домой лучше. Уходил он нехотя — несколько раз оглянулся по дороге, пока старуха его как на буксире тащила к выходу. Едва старик скрылся за дверью — Жека с облегчением выдохнул:
— Что он, — спросила Света, — одолел? Вздыхаешь так тяжко. По приборам всё в норме, больной не больной, а дело туго знает.
— Да болеет, заговаривается, отлежится и придет в себя. — Отозвался Жека, с гордостью добавив: — Он инженер, ещё бы не всё в порядке было.
Дежурство прошло нормально, без скандалов. Свете опять целое ведро овощей накидали, от каждого понемногу, теперь Жека не сомневался, что до весны они протянут. Ещё и своим помогать можно. Света и с людьми успела уже познакомится: с кем перешучивалась, с кем просто разговаривала, слух о том, что новая смотрительница подвала работает учительницей — обошел весь дом. Так что соседи, имеющие детей школьного возраста — двойной интерес к ней имели. Наташа приехала под самое закрытие — помог ей овощей до машины донести. Еще раз попросила поговорить с Ильясом — Жека подтвердил договоренность.
Вернувшись в квартиру — поужинали, просто, но сытно. После Жека сменил напарника, вооружившись резаком, а того пустил за компьютер. Кузьмич, дорвавшийся до любимого дела, да еще на большом мониторе, вместо привычного смартфона — потирал руки. Но недолго, через несколько минут тоном обиженного ребёнка, у которого отобрали конфету, пожаловался:
— Жека, но ведь у тебя нет никаких игрушек…
— Всё есть, — поднялся, достал из шкафа жесткий с играми, — вот тут смотри, поставить недолго.